Стреляющие горы

28 сентября в поселке Белиджи Дербентского района Дагестана, в семье Исрафиловых родился долгожданный сын Абас. Отец был счастлив безмерно – как и большинство кавказских мужчин, он давно хотел...

28 сентября в поселке Белиджи Дербентского района Дагестана, в семье Исрафиловых родился долгожданный сын Абас. Отец был счастлив безмерно – как и большинство кавказских мужчин, он давно хотел сына, но первый мальчик умер сразу после родов, а потом родились две девочки. Когда Абасу было четыре года, он едва не погиб: свалился с дерева и ударился затылком о пенек. Но, к счастью, это первое неудачное десантирование обошлось без последствий.

Стреляющие горы

Отец и мать Абаса встретились поздно. За их плечами была трудная жизнь военного поколения. Отец в годы войны служил у бога войны – в артиллерии, с боями прошел пол-Европы, награжден многими боевыми орденами и медалями. После войны родители Абаса работали в Баку нефтяниками. Там они и познакомились, поженились и переехали в Дагестан.

Когда отец строил дом, сын помогал ему, испытывая невероятную гордость, видя, как растут стены, сделанные его руками. Со стройматериалами в Дагестане плохо, дома в поселках строили из саманного кирпича, который делали вручную из глины и соломы.

Абас подрастал, и чем старше он становился, тем больше друзей и товарищей у него появлялось. Он был душой любой компании, к нему тянулись и ребята помладше, и ровесники. Недалеко от дома был пустырь, детвора ставила булыжники вместо ворот, и с утра до вечера гоняла в футбол. Абас был высоким, крепким парнем – очень важные качества для футбольного защитника. Играл он с полной самоотдачей, не щадя ни себя, ни соперника. Но грубияном не был никогда: всегда старался сыграть чисто в мяч, чтобы товарища не травмировать.

Человеком Абас был не конфликтным, никогда не задирался, но постоять за себя умел. И никогда не прощал, когда при нем обижали слабых. Он даже на некоторое время перестал разговаривать со своим близким другом Колей, который то и дело задевал свою маленькую сестренку.

Абас хотел побыстрее стать взрослым, чтобы взять на себя часть забот о своих родных. В школе он учился хорошо, и для всех было большой неожиданностью, когда после восьмого класса Абас бросил школу и пошел учиться в профессионально-техническое училище на моляра-штукатура. Родные и учителя попытались отговорить его, но парень настоял на своем: ему хотелось побыстрее начать зарабатывать, чтобы семья ни в чем не нуждалась. Работать он научился хорошо, и когда в Москве стали возводить объекты к Олимпиаде–80, рабочих рук не хватало, строители приезжали со всей страны, и Абаса с удовольствием взяли на работу в одно из московских строительно-монтажных управлений. В Москве он влюбился: его избранница Таня приехала на олимпийские стройки из Сибири.

В ряды Советской Армии Абаса призвали в Москве. С его гражданской специальностью ему была прямая дорога в стройбат, однако попал он, хоть и в инженерную часть, но, все-таки, в воздушно-десантные войска. После окончания учебки в Литве ему присвоили звание сержанта и назначили заместителем командира инженерно-саперного взвода.

В мае 1980 г. их часть направили в Афган, где уже 5 месяцев шла необъявленная война. Там Абасу пригодились знания, умения и навыки, полученные в учебке: моджахеды применяли самые разные типы мин, привезенные со всего света – пластиковые, металлические, безкорпусные, противопехотные, противотанковые… Самые большие потери Советская Армия несла именно от противотанковых и противопехотных мин, заложенных на дорогах и горных тропах, в кишлаках, небольших городах и даже в столице Кабуле. Поэтому саперы участвовали в любой, даже самой незначительной операции, сопровождали все пешие и автомобильные колонны. Душманы под руководством иностранных инструкторов проходили обучение минно-взрывному делу в специальных лагерях. Инструкторы дело свое знали хорошо, и мины, установленные «духами», советские миноискатели порой не чувствовали, да и железа в земле было хоть отбавляй. В такой обстановке нужно было быть действительно большим мастером своего дела и обладать по истине музыкальным слухом, чтобы отличить сигнал о мине от десятков ложных звуков. Да и обычный щуп в руках профессионала превращался в надежный и эффективный инструмент. Работа сапера при разминировании была сродни работы археолога – требовалась предельная осторожность и аккуратность, чтобы не повредить исторический артефакт. Вот только артефакты не взрываются.

Абас Исрафилов не только сам стал специалистом экстра-класса, он и своих подчиненных превратил в асов: за лето 1981 г. его взвод обезвредил 190 душманских закладок – мин и фугасов, уничтожил склад с медикаментами и два склада с оружием и боеприпасами. Сапер со своим щупом всегда шел первыми, и первая снайперская пуля доставалась, как правило, ему Сержант Исрафилов за спинами своих бойцов не прятался, почти всегда шел самым первым. Те, кто шел за взводом сержанта Исрафилова, были уверены, что впереди чисто, подрывов не будет. Абас Исрафилов и его саперы настолько досадили душманам, сорвали столько их планов, что они объявили за их головы высокие награды – готовы были платить, как за офицеров.

Абас Исрафилов был старше своих подчиненных всего на год, но был к людям очень внимателен, пресекал малейшие намеки на дедовщину, внушал своим солдатам, что новобранцы – братья, а братьев нужно защищать. Сослуживцы смотрели на него как на отца родного. И еще он был человеком слова – пустых обещаний не давал, а если что-то обещал, обязательно выполнял обещание.

В августе 1981 г. 3-я рота 357 парашютно-десантного полка 103 гвардейской воздушно-десантной дивизии получила задачу выйти в район ущелья Алишанг провинции Лагман и перехватить крупную банду моджахедов. Для того, чтобы вовремя выйти на необходимый рубеж, командир роты капитан Фетисов принял решение выступать ночью, как говорят, ко времени собачьей вахты – с 4 до 6 утра, когда у человека рассеяно внимание, когда он теряет концентрацию, когда его неудержимо тянет в сон. Местность была незнакомая, и чтобы ее разминировать требовались настоящие боги саперного дела. Команда Исрафилова ювелирно проложила проходы для военной техники и людей. Бесшумно и полной темноте были сняты все мины на маршруте роты. Рота беспрепятственно вышла на рубеж, дождалась, пока к месту расположения подошла группа из 28 «духов» и практически всю ее уничтожила, а сама потерь не понесла. Тем самым было обеспечено прохождение по этому маршруту боевой техники.

Домой Абас писал бодрые письма, ни словом не обмолвившись, что воюет в Афганистане – боялся волновать маму и сестер. Семья узнала об этом случайно: неосторожно проговорился друг детства Абаса – тот самый Коля–Николай, который задевал свою сестру.

В конце сентября 1981 г. был подписан приказ об увольнении сержанта Исрафилова с действительной военной службы. Служить оставалось совсем не много, и Абас, как, формально, отличник боевой и политической подготовки, а по факту – один из лучших солдат полка, мог уйти на гражданку в числе первых. Но он был человеком ответственным, и не мог покинуть взвод, не подготовив себе достойной смены.

Ночью 16 октября 1981 г. 3-я рота выдвинулась к одному из аулов провинции Лагман, куда накануне из Пакистана прибыла крупная банда моджахедов. На рассвете «духи» стали уходить из кишлака, и нарвались на засаду, заранее выставленную командиром роты. Понеся большие потери, боевики отошли обратно в аул и закрепились там. Командир принял решение подтянуть бронетехнику, и уничтожить остатки банды. Впереди, как обычно, шли саперы. Однако разведка ошиблась, определяя численность банды, ее вооружение и уровень боевой и тактической подготовки. Моджахеды, никак себя не обнаружив, пропустили саперов, а когда подошла колонна техники, открыли огонь из всех видов оружия, и сразу подбили головную машину, заблокировав всю колонну, ведь развернуться на горной дороге практически невозможно. Командир роты понимал, что подбитую машину вместе с раненым экипажем нужно срочно эвакуировать, но удержать бандитов могли лишь саперы сержанта Исрафилова, которые, по сути дела, находились в тылу у душманов. Командир роты приказал Абасу закрепиться на рубеже и не пропустить банду в горы.

Саперы, радисты, санинструкторы… Когда идет настоящий бой все забывают о своей военно-учетной специальности, записанной в военном билете. В таком бою воюют все, кто может держать в руках автомат, пулемет, кто может бросить гранату, кто может резать врага штык-ножом.

Получив приказ, Абас сразу же развернул свое подразделение в боевой порядок, прикрыв дорогу и одновременно контролируя проход в горы. Бандиты попытались прорваться, но безуспешно. Перед второй атакой Абас вместе с другим сапером пробрался на удобную позицию на фланге атакующих бандитов. Попав под перекрестный огонь, бандиты отступили, однако Абас во время этой атаки был ранен, но в безопасное место уйти наотрез отказался. Перевязав, как умел, раненое плечо, он продолжал руководить боем. Третью атаку тоже удалось отбить, но обстановка изменилась не в пользу советских бойцов: теперь уже они находились под перекрестным огнем душманов, да к тому же лишь три человека из десяти оставались невредимыми. Когда душманы пошли в атаку в четвертый раз, Абас решил «снять» самого опасного бандита, спрятавшегося за валуном на небольшом возвышении. Понимая, что в таком укрытии «духа» не достать, Абас встал в полный рост, и когда бандит высунулся, дал по нему очередь, и попал. Но и моджахед успел выстрелить. Пуля пробила бронежилет Абаса, нанеся ему тяжелое ранение брюшной полости. Грамотные действия сержанта Исрафилова не позволили бандитам прорваться в горы.

Стреляющие горы

Вскоре подошла артиллерия, и бандитов выбили из аула. Тяжело раненого Абаса «вертушкой» доставили в Кубул, где хирурги военного госпиталя несколько дней пытались его спасти, но врачи не боги – ранение было слишком тяжелым, и 26 октября 1981 года Абас Исрафилов умер. Месяц назад ему исполнился 21 год.

В 1988 г. директор Дагестанского музея боевой славы Лидия Макарова в архиве Министерства обороны СССР нашла документы о представлении сержанта Абаса Исрафилова к званию Героя Советского Союза. Однако в Москве кто-то посчитал иначе: Звезда Героя была заменена на орден Красного Знамени. Когда этот факт стал известен в Дагестане, за своего земляка вступилась вся республика. Сотни тысяч подписей собрали под обращением в Верховный Совет СССР и в ЦК КПСС и добились своего: в декабре 1990 г. Президента СССР своим Указом присвоил Абасу Ильясовичу Исрафилову звание Героя Советского Союза посмертно. Впрочем, для армии и своего народа он был и остается Героем.

автор: Николай Кузнецов

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...
Adblock detector