Получить Героя не успел

Детство 15 марта 1916 года в селе Большая Боёвка Орловской губернии родился будущий Герой Советского Союза Иван Андреевич Немков. Время было тяжёлое: Мировая война, потом две революции, Гражданская...

Детство

15 марта 1916 года в селе Большая Боёвка Орловской губернии родился будущий Герой Советского Союза Иван Андреевич Немков. Время было тяжёлое: Мировая война, потом две революции, Гражданская война, разруха и голод, реквизиции белых и продразвёрстка красных, военный коммунизм, продотряды, выметавшие всё подчистую из крестьянских амбаров – белые пришли, грабят, красные пришли, тоже грабят, куды бедному крестьянину податься? Крестьянские бунты, захлестнувшие плодородные чернозёмные районы России, Советская власть подавляла не церемонясь, и особо не разбираясь, кто на самом деле участвовал в вооружённом сопротивлении, а кто просто оказался не в то время и не в том месте. В 1921 году, когда ещё не был полностью подавлен Кронштадский мятеж, Ленин одумался, на IX съезде ВКП(б) продразвёрстку заменил продналогом, и началась Новая экономическая политика, дававшая серьёзные послабления частному предпринимательству и торговле. Жить стало чуточку легче, но ненадолго: в 1929-м начались индустриализация, государство придумало так называемые «ножницы цент», установив на сельскохозяйственные продукты низкие цены, а на промышленную продукцию – высокие. Следом началась, по сути, насильственная коллективизация, борьба за уничтожение кулачества как класса, а с ними и новые напасти для народа – сперва был «Год великого перелома», а спустя год – «Головокружение от успехов». Кулаками семья Немковых не была, их не раскулачили и в Сибирь не выслали, но лиха они хлебнули изрядно. В общем, первые 15 лет Ваниной жизни лёгкими не назовёшь – кое-как семилетку окончил, и на том спасибо.

Получить Героя не успел

Работали колхозники за трудодни, денег им не давали, а рассчитывались натурой – овощами, зерном, иногда мясом. Кое-что, совсем мало, поскольку сил на них совсем не оставалось, приносили крохотные приусадебные участки личных хозяйств. Всего этого едва хватало на то, чтобы прокормиться до следующего урожая, и может быть, продав что-то на колхозном рынке, на вырученные деньги купить какой-то одежонки. Многие стремились уехать от такой жизни в города, где шло бурное строительство предприятий социалистической индустрии – электростанций, домен, заводов. Из всей «механизации» на строительстве были лопата, кирка и одноколёсная тачка, из «транспортных средств» – телега, запряжённая клячей, у которой от бескормицы рёбра выпирали наружу. Потому и требовала индустриализация десятки миллионов рабочих рук – как строителей, так и тех, кто потом будет работать на тысячах новых предприятий.

Одним из таких работников и стал Иван Немков: в 1931 году, в возрасте 15 лет, на излёте «сплошной коллективизации» он приехал в Москву, устроился на завод учеником слесаря, получил койку в общежитии, вступил в комсомол, а уже через три года достиг очень высокой квалификации, его портрет красовался на «Доске почёта». Работая на заводе, Иван учился в школе рабочей молодёжи, и ходил в аэроклуб, строил лёгкие планеры и летал на них.

Курсант военно-авиационной школы

В 1935-м Иван Немков стал курсантом военно-авиационной школы в Ейске на берегу Азовского моря недалеко от Таганрога. Место расположения школы было выбрано не случайно: школа готовила пилотов и лётчиков-наблюдателей – летнабов. Это было первое в Российской империи учебное заведение, готовившее лётный состав и технический персонал для морской авиации. В разное время школу окончили несколько десятков Героев Советского Союза, в том числе известный полярный лётчик, участник операции по спасению челюскинцев Сигизмунд Леваневский. После войны в школе учились будущие лётчики-космонавты СССР, многие Герои Советского Союза и России.

Морская авиация – это особая каста, элита элиты. Море ошибок не прощает: у сбитого над сушей лётчика есть парашют, и, даже если он воспользуется им над территорией врага, остаётся шанс выжить и вернуться в строй. У пилота морской авиации парашют тоже есть, но шансов выжить куда меньше, чем у «сухопутного» коллеги: даже в тёплой летней морской воде спастись практически невозможно, ведь ни специальных спасательных средств, ни запаса воды и продовольствия у лётчиков не было. До того момента, как его отыскивали с воздуха, мало кто доживал. Что уж говорить о зимних условиях, когда температура воды опускалась до + 4 – в такой воде человек умирал минут через 10.

Весной 1938 года на базе 27-й отдельной авиаэскадрильи Балтийского флота был сформирован 1-й минно-торпедный авиаполк. Командиром полка назначили выпускника той же лётной школы, что и Немков, майора Евгения Преображенского, будущего Героя Советского Союза, генерал-полковника авиации, который лично вёл самолёты на Берлин в августе 1941 года. Полк был вооружён дальними двухмоторными бомбардировщиками ДБ-3ф (с 1942 года – Ил-4), разработанными в конструкторском бюро Сергея Ильюшина.

Советско-финская война

30 ноября 1939 года началась советско-финская война. Полк, в котором служил Немков, принял участие в боевых действиях с первого дня – несколько бомбардировщиков вылетели в район полуострова Ханко, где по данным воздушной и сухопутной разведки базировались два броненосца береговой обороны Финляндии – «Вяйнямёйнен» и «Ильмаринен». Это были самые мощные корабли финского флота: их водоизмещение составляло 4 тыс. тонн, на вооружении были 4 пушки калибра 254 мм с дальностью стрельбы 31 км, и 8 орудий калибра 105 мм. Прикрывать корабли с воздуха финнам было просто нечем: советская авиация имела многократное превосходство. Однако броненосцы сменили дислокации, бомбардировщики их не нашли, и сбросили бомбы на Хельсинки. (К слову сказать, такое повторялось несколько раз: воздушная разведка обнаруживала финские корабли, сообщала координаты, но корабли уходили на пару миль в сторону, а низкая балтийская облачность не позволяла экипажам боевых самолётов их обнаружить. Броненосцы остались невредимы и в ходе советско-финской войны 1939-1940 годов, и во время Великой Отечественной войны, и были переданы Советскому Союзу в 1946-м). Особыми успехами в той войне советские лётчики похвастаться не могли, тем не менее, некоторым было присвоено звание Героя Советского Союза, а лейтенант Немков получил орден Боевого Красного Знамени.

Получить Героя не успел

Когда советско-финская война закончилась, Немкова откомандировали обучать молодых лётчиков, не имевших боевого опыта и не знавших театра военных действий – перевели лётчиком-инструктором в 1-ю запасную авиаэскадрилью Балтийского флота.

Великая Отечественная война

Когда началась Великая Отечественная война, Немков просился на фронт, писал рапорты по инстанциям, но командование оставляло все его рапорты без внимания: кто-то же должен был обучать не нюхавших пороха офицеров, пришедших из училища с налётом 10 часов, и едва научившихся взлетать и садиться. Своей работой Немков спас жизни не одному десятку молодых парней, он научил их летать над морем.

В мае 1942-го очередной рапорт Немкова наконец-то удовлетворили: он получил назначение в 73-й бомбардировочный авиаполк на должность командира звена, а затем его перевели командиром эскадрильи в 15-й отдельный разведывательный авиаполк ВВС Балтийского флота.

Специальных самолётов для воздушной разведки, вроде немецкого Focke-Wulf 189, за двухбалочный фюзеляж прозванного «рамой», у которого был прекрасный обзор из кабины во все стороны, вниз и назад, в Красной Армии не было. Впрочем, не было таких самолётов и у других воющих держав. Поэтому воздушную разведку приходилось вести на чём придётся – на старых, но надёжных бипланах Р-5 и У-2 конструкции Николая Поликарпова, двухмоторных скоростных бомбардировщиках СБ конструкции Андрея Туполева и ДБ-3ф. Функции летнаба на этих самолётах выполнял штурман, у которого был хороший обзор из носовой кабины.

15-й авиаполк был оснащён пикирующими бомбардировщиками Пе-2 конструкции Владимира Петлякова. В младенчестве это был высотный истребитель, и пикировщик унаследовал от него довольно приличную скорость 540 км/час на высоте 5 км. Это позволяло пустому разведчику уходить от истребителей противника, а два крупнокалиберных пулемётами УБС и один 7,62 мм пулемёт ШКАС обеспечивали хорошую защиту. Дополнительные бензобаки позволяли самолёту залететь на территорию противника на глубину до 1000 километров. Нос кабины Пе-2 был частично остеклён, и штурман-летнаб мог вести наблюдение вниз. Во второй кабине устанавливалась фотоаппаратура, при помощи которой штурман осуществлял аэрофотосъёмку. В экипаж входило три человека: пилот, штурман и бортрадист, он же стрелок.

Немков летал на поиски вражеских кораблей в Финском заливе, на разведку сухопутных позиций противника. Кинофотоматериалы и данные визуальных наблюдений, которые доставлял его экипаж, всегда были очень ценными. 4 июля 1942 года его самолёт атаковала четвёрка истребителей Messerschmitt Bf 109. Немков не только увёл свой Пе-2 невредимым, но и сбил вражеский истребитель. К концу августа 1942-го он больше тридцати раз вылетал на боевые задании. В октябре 1942 года в районе деревни Керстово был обнаружен вражеский аэродром, и вылетевшие по указанным Немковым координатам бомбардировщики, уничтожили на земле 17 вражеских самолётов. В ноябре экипаж Немкова доставил командованию кадры аэрофотосъёмки вражеских батарей в районе Стрельна неподалёку от Петродворца, которые вели огонь по Ленинграду. Немцы посылали на перехват разведчиков свои истребители, которые активно мешали разведке своих позиций, но Немкову регулярно удавалось обмануть перехватчиков.

С декабря 1941 года по программе ленд-лиза в Советский Союз стали поступать самолёты из США. До конца войны американцы поставили 11,4 тыс. самолётов, в том числе, более 800 бомбардировщиков North American B-25 Mitchell и более 3 тыс. Douglas A-20 Boston – самолётов такого класса в СССР просто не выпускали. Кроме того, американцы поставили более 5 тыс. истребителей Bell P-39 Airacobra, истребители-бомбардировщики Republic P-47 Thunderbolt, транспортные Douglas DC-3 и другие машины.

В мае 1943-го Немков пересел на двухмоторный A-20 Boston. В скорости новый самолёт Пе-2 не превосходил, но дальность полёта была почти на 500 километров больше, а вооружение составляло девять 12,7 мм пулемётов Browning.50, шесть из которых стреляли вперёд, два были установлены в башенке над фюзеляжем и стреляли назад вверх, а один пулемёт стрелял назад вниз. Пулемёты имели электропривод и управлялись бортстрелком или штурманом. Такое мощное вооружение позволяло бомбардировщику достаточно успешно отбиваться от истребителей врага. Условиями работы, комфортом для экипажа, состоящего из 3-4 человек, и организацией рабочих мест A-20 Boston выгодно отличался от всех советских самолётов: герметичная кабина отапливалась, кресла имели хорошую эргономику, органы управления были расположены очень удобно, из кабин был прекрасный обзор. А ещё вместе с самолётами американцы присылали для советских лётчиков шикарные кожаные куртки на меху, и наши авиаторы щеголяли в них долгие годы и после войны, ведь сносу им не было.

Герой

Старший лейтенант Немков был уже очень опытным лётчиком, досконально знавшим Балтийский театр военных действий – более двухсот раз вылетал на боевые задания, из которых привёз почти 40 кино- и фотоплёнок. К ордену Красного Знамени, полученному за Финскую войну, Немков добавил второй такой орден. В феврале 1943-го начальник ВВС Военно-Морского флота СССР генерал-лейтенант Семён Жаворонков по представлению командования ВВС Балтфлота подписал документы о присвоении Ивану Немкову звания Герой Советского Союза, однако получить эту высокую награду он не успел.

Получить Героя не успел

3 мая 1943 года экипаж в составе командира старшего лейтенанта Немкова, штурмана капитана Яковчука, стрелков сержантов Азизова и Горуненко вылетел на аэрофотосъёмку вражеских позиций на острове Гогланд в Финском заливе. Гогланд имел важное оперативное значение, и интерес советского командования к нему был не случаен. Этот финский остров после Зимней войны по договору от 12 марта 1940 года отошёл Советскому Союзу, в декабре 1941-го финны вернули его себе, в апреле 1942 года Красная Армия и Балтийский флот попытались Гогланд отбить, но безуспешно. Финны разместили на острове свою артиллерию, а немцы от Гогланда через остров Большой Тютерс протянули в Нарвский залив минные заграждения, по сути, перекрыв весь Финский залив и обезопасив от советских подлодок балтийские коммуникации, по которым железная руда из Швеции доставлялась в Германию.

Пролетев над Гогландом несколько раз, отсняв плёнку, и не встретив никакого противодействия со стороны противника, Немков лёг на обратный курс, и в этот момент самолёт атаковали вражеские истребители. Бортсрелки были убиты сразу. Немков попытался маневрировать и отстреливаться, но «Бостон» загорелся и стал падать. Немков приказал штурману Яковчуку прыгать, и, когда тот покинул машину, выпрыгнул сам. Горящая неуправляемая машина врезалась в море. Лётчики опускались на парашютах, могли приводниться неподалёку от берега и попасть в плен, но немецкие лётчики расстреляли их в воздухе.

Спустя почти три месяца после гибели, 24 июля 1943 года старшему лейтенанту Ивану Андреевичу Немкову было посмертно присвоено звание Героя Советского Союза. Больше всего Героев и дважды Героев среди лётчиков-истребителей. Затем идут штурмовики и бомбардировщики. Лётчиков-разведчиков очень мало, возможно, Иван Немков единственный представитель этой военно-лётной профессии, ставший Героем Советского Союза. И то верно, за что тут награждать – сбил только один самолёт врага, на штурмовку и бомбардировку не летал, снял кино, и всё. 200 вылетов – эка невидаль. И никто не вспомнит, что достоверные данные воздушной разведки порой имеют огромное значение, могут решить исход стратегической операции и уберечь от гибели десятки тысяч людей.

автор: Николай Кузнецов

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...
Adblock
detector