Ажиотаж в СССР был огромный: проигрыш отщепенцу и перебежчику – это даже хуже, чем поражение от американца

Именно этого заступничества прекрасный шахматист Корчной не мог забыть Карпову – если заступился, значит, пожалел, значит, считает слабым. Такое не прощают… Самородок Международным гроссмейстером он стал в 19,...

Именно этого заступничества прекрасный шахматист Корчной не мог забыть Карпову – если заступился, значит, пожалел, значит, считает слабым. Такое не прощают…

Самородок

Международным гроссмейстером он стал в 19, чемпионом мира по шахматам – в 23 года. Чтобы так рано взлететь на эту вершину, ему пришлось пожертвовать очень многим: учёбой, отдыхом, детскими играми и забавами, общением с родными и друзьями. Он трижды завоёвывал мировую шахматную корону, ещё трижды был чемпионом мира по версии ФИДЕ, в составе сборной СССР выигрывал золото на двух чемпионатах мира и шести шахматных олимпиадах, девять раз – вряд ли этот рекорд когда-нибудь будет превзойдён – получал шахматного Оскара. Кавалер советского ордена Ленина и российского «За заслуги перед Отечеством», президент Международной ассоциации фондов мира, посол ЮНИСЕФ, автор 60-ти книг, почётный доктор, почётный профессор, 12-й чемпион мира Анатолий Карпов. Человек, сделавший себя сам, с нуля.

Ажиотаж в СССР был огромный: проигрыш отщепенцу и перебежчику – это даже хуже, чем поражение от американца

Пик шахматной карьеры Карпова и пик всемирной популярности шахмат пришёлся на 70-е–80-е годы. Участников чемпионских матчей встречали толпы народа, они играли в лучших концертных залах, они получали огромные гонорары. В центре всемирного шахматного бума были несколько избранных, которые вели борьбу за титул чемпиона – экстравагантный американец чемпион мира Роберт Фишер, диссидент и невозвращенец Виктор Корчной и Борис Спасский, тоже чемпион, который покинул страну не так шумно, женившись на француженке. Позже в эту когорту великих вошёл Гарри Каспаров. Карпов в этой компании был ключевой фигурой – он десять лет сохранял титул чемпиона. У многих его современников гроссмейстеров просто опускались руки: казалось, что победить Карпова невозможно.

Детство

Анатолий родился 23 мая 1951 года в самой обычной советской семье в рабочем городе Златоуст в Челябинской области. Отец, Евгений Степанович прошёл путь от рабочего до главного инженера завода, мать, Нина Григорьевна, была домохозяйкой. Анатолий был вторым ребёнком – сестра Лариса была пятью годами старше него.

Ажиотаж в СССР был огромный: проигрыш отщепенцу и перебежчику – это даже хуже, чем поражение от американца

В шахматы Толя начал играть в четыре года. Как это часто случается, на жизненный выбор будущего чемпиона повлиял случай. Толя заболел, и ему не разрешали бегать и прыгать, и, чтобы сын не скучал, папа показал ему шахматы. Мальчика древняя игра заинтересовала настолько, что во двор он выходил с шахматной доской, и, пока сверстники с упоением гоняли мяч, он, ничего вокруг не замечая, с таким же упоением решал шахматные задачи. Чрезвычайно важные для шахматистов способности – склонность к анализу, быстрому счёту, память, у Толи проявились очень рано, и первые успехи не заставили себя долго ждать – в 9 лет он стал перворазрядником, через год выиграл первенство Челябинской области среди школьников и получил кандидата в мастера. Про талантливого мальчика узнал экс-чемпион мира Михаил Ботвинник, и пригласил его в свою школу в Москву. В 14 лет Карпов стал мастером спорта СССР.

В 1965 году Евгения Карпова направили в Тулу главным инженером на крупный оборонный завод. Евгений Степанович принимал участие в разработке боевой машины БM-21, больше известной, как «Град». С жильём было плохо, и первый год семья жила вчетвером в двухместном гостиничном номере. Родители спали на одной кровати, брат с сестрой – на другой. Хозяйством занималась мама. Отдельную квартиру они получили через год.

Ажиотаж в СССР был огромный: проигрыш отщепенцу и перебежчику – это даже хуже, чем поражение от американца

Карпов в 1967 году в возрасте 16 лет

Особых хлопот родителям Толя с сестрой не доставляли, школу он окончил с золотой медалью, подал документы в МГУ, но конкурс там был слишком велик, и юноша из провинции, несмотря на золотую медаль и шахматные регалии, его не прошёл. Но тут вмешался Ботвинник: он написал министру Елютину, что Карпову необходимо учиться в Москве, и для молодого шахматиста нашлось место на мехмате МГУ. Впрочем, через год Карпов перевёлся в Ленинградский университет и сменил тренера: с ним стал работать Семён Фурман, который и довёл Карпова до чемпионских вершин, начав с победы в чемпионате мира среди юниоров в 1969 году.

Чемпион мира

В 1974-м Карпов стал финалистом матча за звание чемпиона мира, и началось! Матч века – СССР против США, Анатолий Карпов против Роберта Фишера, который превратил в шахматы в часть индустрии шоу бизнеса. Именно благодаря ему гонорары шахматистов выросли до десятков тысяч долларов. Фишера называли шахматным гением, шахматистом будущего. Владимир Высоцкий про него написал:

Фишер очень ярок,

Он даже спит с доскою – сила в ём,

Он играет чисто, без помарок…

Своей нестандартной агрессивной игрой он сметал всех соперников, в том числе Бориса Спасского в 1972 году в финальном матче, в котором Фишер вчистую проиграл первую партию, не явился на вторую, и получил «баранку», но в итоге отыграл эту фору и «привёз» сопернику 4 очка – даже «ход конём» не помог… Для советской шахматной школы это был тяжёлый удар: шахматная корона не просто уплыла из СССР, она уплыла в Америку к злейшему врагу. Я хорошо помню ту панику, которая охватила советский народ после поражения Спасского.

Ажиотаж в СССР был огромный: проигрыш отщепенцу и перебежчику – это даже хуже, чем поражение от американца

Защитить шахматный престиж страны должен был Карпов. Психологическое напряжение у претендента было запредельным – второго подряд поражения ему бы не простили. Поэтому к Карпову, который никогда не был атлетом, да и здоровьем богатырским похвастать не мог, помимо его воли прикрепили массажиста и тренера по общефизической подготовке Валерия Крылова – в общем, как у Высоцкого: он налёг на бег, на стометровку. Задачу поставили не простую: помимо тела, привести в порядок голову, отвлечь от постоянного анализа шахматных партий. Лучшим способом для этого стали не футбол и бокс, а теннис и бадминтон: летящие мяч и волан занимали всё внимание, кони и белые слоны из головы вылетали.

До 00 часов 1 апреля 1975 года Фишер должен был подтвердить свою готовность защищать чемпионский титул. Но он молчал. Президент ФИДЕ Макс Эйве объявил, что срок продляется до 11 часов 3 апреля, и, если Фишер не ответит, чемпионом мира будет провозглашён Анатолий Карпов. В конце концов, Фишер играть отказался, и Карпов без борьбы стал чемпионом мира. Говорят, Фишер, легко выигрывавший у «старичков», попросту испугался играть с представителем нового шахматного поколения. Жаль, конечно, что ни Карпов, ни пришедший вслед за ним Гарри Каспаров, так никогда с Фишером и не сыграли.

Получив титул, в отличие от Фишера, который после победы над Спасским в турнирах практически не участвовал, вероятно, опасаясь того, что его могут обыграть, Карпов играл часто и много, работая с величайшим напряжением. Его имя вписано в книгу рекордов Гиннеса – он выиграл больше всех крупных шахматных турниров. Из-за этой интенсивности у Карпова распалась первая семья – жена просто не выдержала напряжения.

Ажиотаж в СССР был огромный: проигрыш отщепенцу и перебежчику – это даже хуже, чем поражение от американца

Вторая половина 70-х – начало 80 годов стала золотой эпохой советского спорта. Карпов идеально вписался в то время. Он никуда не лез, наверху старался не спорить – он еще в юности понял важную вещь: его дело не скандалить, и не качать права, а делать то, что он умел очень хорошо – играть в шахматы. Карпов был знаменем советского спорта, и советская спортивная машина делала для него ровно то, что и должна была делать – создавала для него идеальные условия. В те годы он жил, как король: по Москве ездил на представительском белом «Мерседесе» последней модели. Даже у Высоцкого «Мерс» был попроще. Нравилось это не всем – побеждённые соперники Карпова просто не могли и не хотели признать его подавляющего превосходства.

Виктор Корчной

Одним из таких недовольных был гроссмейстер Виктор Корчной, которого Карпов обыграл в матче претендентов 3:2. После поражения Корчной, который был старше своего победителя на 20 лет, дал интервью югославской прессе, где нелицеприятно отозвался и о Карпове, и о шахматной системе в СССР, а между строк особенно внимательные читатели могли увидеть и нечто большее. Корчному тут же уменьшили зарплату, и сделали «невыездным», лишив возможности участвовать в международных турнирах, то есть, заниматься любимым делом и зарабатывать деньги. По сути, это был запрет на профессию. Так продолжалось целый год, но потом над ним сжалились, да и то потому, что вступился и поручился за него сам Карпов, который не хотел, чтобы считали, что он избавляется от сильных соперников, используя, как сказали бы сейчас, неограниченный административный ресурс. Именно этого заступничества прекрасный шахматист Корчной не мог забыть Карпову – если заступился, значит, пожалел, значит, считает слабым. Такое не прощают.

Ажиотаж в СССР был огромный: проигрыш отщепенцу и перебежчику – это даже хуже, чем поражение от американца

В июле 1976 года Корчной уехал на турнир в Нидерланды, и в Союз уже не вернулся. В Ленинграде у него остались жена и сын, которые о планах главы семьи ничего не знали. Карпову его заступничество за Корчного едва не вышло боком, но статус был столь высок, что от него отстали.

Вскоре начался новый турнир претендентов, который должен был назвать соперника Карпова. Корчной выиграл все матчи за явным преимуществом, и предстоящий матч с Карповым снова, как и два предыдущих матча приобрёл большое политическое значение: проигрыш отщепенцу и перебежчику – это даже хуже, чем поражение от американца. Ажиотаж в СССР был огромный, советская пресса нагнетала обстановку, словно это был последний матч в истории шахмат.

Багио

Летом 1978 года в Багио – летней столице Филиппин проходил финал первенства мира. Дополнительную скандальность матчу придавало то, что жене и сыну Корчного, еврея по национальности, не разрешили выехать на постоянное место жительства в Израиль, то есть, они стали «отказниками». Западная пресса превратила семью Корчного чуть ли не в заложников советского режима, и обвинила в этом Карпова, который, разумеется, не имел к этому запрету никакого отношения, даже, наоборот: он тщетно добивался разрешения на выезд для семьи своего соперника.

Ажиотаж в СССР был огромный: проигрыш отщепенцу и перебежчику – это даже хуже, чем поражение от американца

Советская пресса от иностранцев не отставала, выливая на соперника Карпова ушаты помоев, и особо выражений не выбирала. Корчного нельзя было ни упоминать, ни показывать, поэтому советские кинохроника и телевидение в Багио не работали, Карпов контактов с прессой избегал, чтобы лишний раз не нарваться на вопрос о семье Корчного. В целях безопасности в номере, где жил Карпов, агенты КГБ установил брезентовую палатку, чтобы исключить скрытное видеонаблюдение и прослушку. В этой душной палатке Карпов анализировал отложенные партии и готовился к следующим. Эти меры безопасности, возможно, и были действенными, но очень раздражали Карпова и давили на него. Не лучшим обстоятельством было и то, что партия могла начаться без рукопожатия.

По регламенту матч длился до шести побед одного из участников, и он растянулся на три с лишним месяца, выжимая из шахматистов все соки. В те непростые дни Карпов был благодарен своим начальникам, за то, что в своё время они приставили к нему тренера по физподготовке. Карпов засыпал, но, обычно, продремав несколько часов, просыпался. И все мысли опять возвращались к анализу партии. В такие минуты, чтобы расслабиться, переключиться, ему очень помогало его хобби – марки.

Инициативу в матче Карпов захватил не сразу – первые семь партий закончились вничью, но потом дело пошло, и к 28-й партии счёт был 5:2 в его пользу. Матч мог закончиться уже после 22-й партии, если бы Карпов не упустил победу – дало знать о себе ставшее хроническим недосыпание. Не проиграв подряд 10 партий, в четырёх партиях Карпов проиграл трижды, и выигранный, по сути, матч, повис на волоске: после 32-х партий счёт стал 5:5. Ситуация была, как в волейболе: если команда, ведя по партиям, 2:0, проигрывает 3-ю и 4-ю партии, она, как правило, проигрывает и весь матч.

Перед последней партией Карпов взял тайм-аут, и на два дня уехал из дождливого Багио, в котором провёл три месяца, в Манилу, подальше от шахмат и поближе к солнцу. Там он ещё и сходил на финал чемпионата мира по баскетболу, в котором сборная СССР уступила югославам в овертайме одно очко – 81:82. Там же Анатолию организовали телефонный разговор с отцом, и на следующий день он выиграл решающую партию, и сохранил звание чемпиона мира. Карпов не знал, что отец разговаривал с ним, находясь в больнице. О том, что отец умирает, Анатолий узнал на турнире в Германии. Успел он только на похороны.

В Москве Карпова встречали, почти, как Гагарина. Вручая орден Трудового Красного Знамени, Брежнев напутствовал его: «Взял корону – держи!». Карпов и держал её 10 лет – следующий матч, состоявшийся в 1981 году в итальянском Мирано, был снова с Корчным, но проходил он куда спокойнее, и закончился разгромом – 6:2 в пользу Карпова.

Ажиотаж в СССР был огромный: проигрыш отщепенцу и перебежчику – это даже хуже, чем поражение от американца

Накануне майских праздников 1986 года рванул Чернобыль. Для того, чтобы собрать деньги на лечение детей, Карпов организовал и провёл телемарафон, создал фонд помощи, куда вносил свои гонорары. Используя свой огромный авторитет и высочайший общественный статус, Карпов вывозил детей Чернобыля на лечение на Кубу, в Австралию, и даже в США.

Гарри Каспаров

Главным противостоянием, величайшей дуэлью в истории мировых шахмат стали пять матчей за звание чемпиона мира между Анатолием Карповым и Гарри Каспаровым, в которых было всё: мировое внимание, прямые телеэфиры, огромные гонорары – почти 3 млн. швейцарских франков за один матч 1987 года.

Самый известный, самый скандальный поединок Карпов с Каспаровым начался в сентябре 1984 года в Москве. Матч продлился почти полгода, был остановлен без объявления победителя при счёте 5:3 в пользу Карпова, но после двух подряд побед Каспарова. До сих пор никто толком не знает, почему матч прервали. Президент ФИДЕ Флоренсио Кампоманес заявил, что, якобы, Карпов попросил прервать поединок, поскольку здоровье не позволяло ему играть дальше. Услышав в машине заявление Кампоманеса, Карпов срочно примчался на пресс-конференцию, потребовал слова, и сказал, что он может продолжать матч, и то, что новый матч начнётся при счёте 0:0, его не устраивает. Против прекращения матча был и Каспаров, о чём он прямо заявил вслед за Карповым. Никакого результата демарши чемпиона и претендента не принесли – всё уже было решено, и выходило так, что о них просто вытерли ноги. Сегодня и Карпов, и Каспаров убеждены, что Кампоманес действовал не по своей воле, но кто на него давил, осталось загадкой. После смерти отца для Карпова это был самый тяжёлый момент в жизни.

Ажиотаж в СССР был огромный: проигрыш отщепенцу и перебежчику – это даже хуже, чем поражение от американца

Новый матч начался в сентябре 1985 года при счёте 0:0. Перед последней, 24-й партией претендент вёл 4:3, и чтобы сохранить звание чемпиона мира, Карпову нужно было побеждать. По ходу партии он имел огромное преимущество, но сдали нервы, преимущество он растерял и проиграл партию, а вместе с ней и матч, утратив титул, который принадлежал ему 10 лет.

Не сойти с ума в той ситуации Карпову помог его характер и Наталья. Женщину всей его жизни, всё понимающую, не задающую лишних вопросов, он встретил в середине 80-х. Вместе они уже больше сорока лет, у них есть дочь Софья, и Карпов уверен, что с женой ему по-настоящему повезло.

Проиграв Каспарову в 1985-м, Карпов на протяжении многих лет был одержим идеей вернуть себе титул сильнейшего, и в 1993-м он снова стел чемпионом мира по версии ФИДЕ.

Сегодня за мировую шахматную корону борются другие люди. Но какие бы нынче не проводились турниры и чемпионские матчи, для поклонников шахмат всего мира, и, судя по всему, очень надолго, главным, и самым ярким событием останется дуэль двух великих «К» – советских гроссмейстеров Анатолия Карпова и Гарри Каспарова – пять матчей за звание чемпиона мира.

автор: Николай Кузнецов

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...
Adblock
detector