Актёром быть не стыдно, стыдно совести не иметь

Родину любить нужно не отлакированной, а со всей её тяжёлой историей – кровавой и страшной, что история – это не только громкие победы, но и горькие поражения…

С давних времён по Руси гуляет поговорка: «Бог создал попа, а чёрт – скомороха». Этот актёр, снявшийся более чем трёх сотнях фильмов, не любит говорить о своей профессии, подавляет в себе мечтателя, романтика, прожектёра. В семье Назаровых были врачи, энергетики, геодезисты, люди, жившие интересами страны, но лицедеев не было. Он, Юрий стал первым.

Актёром быть не стыдно, стыдно совести не иметь

Детство и юность

Юрий Владимирович Назаров родился 5 мая 1937 года в Новосибирске. Пока отец учился в Томском университете, семья год жила в этом городе. Когда вернулись в Новосибирск, отцу дали комнату в коммуналке. Во время войны вся семья собиралась у «тарелки», и, сначала с тревогой, а потом с радостью и надеждой слушала сводки с фронта. Над печкой висела карта, и на ней флажками отмечали в 1941-м отступление до Киева и Москвы, в 1945-м – поход в Европу и на Берлин.

Актёром быть не стыдно, стыдно совести не иметь

Юрий Назаров в детстве (с младшим братом Борисом)

Артистом Юра стать не мечтал, о театре и кино не грезил, а в театральное училище им. Щукина в Москве поступил от безысходности – он хотел стать моряком или кавалеристом, но на флот его не взяли из-за плохого зрения и слабых рефлексов, с конницей тоже не сложилось. Тогда Назаров нашёл профессиям своей мечты парадоксальную замену – он решил, что. актёрское ремесло станет его шансом объять необъятное. Но в конце первого семестра Юрий в своём выборе разочаровался, и засобирался на целину. Ректор Щукинского училища знаменитый Борис Захава вызвал его к себе, и жёстко отчитал, сказав, что театр без него запросто проживёт, а вот Назаров без тетра – вряд ли. Но Назарова предостережение опытного педагога не остановило, он сдал сессию, и уехал в Казахстан.

Целина

На целине Назаров встретил людей, занятых ежедневной тяжёлой физической работой и выживанием – быта не было, холод собачий, все удобства на улице, продукты привозили раз в неделю, баня – раз в месяц, потому, что дров в степи едва на отопление жилья и готовку хватало. Интеллигентного Юрия пожалели, поставили на лебёдку, рассказали, чем «вира» отличается от «майна», но иногда он их путал. Как-то Юрий залюбовался восходом солнца над бескрайними казахскими степями, и крутанул рычаг не туда. Пятитонную лебёдку сорвало с креплений, слава богу, никого не покалечило. Примчался взмыленный и бледный, как свежеоштукатуренная стена, прораб, проорался, оценил масштаб бедствия, и услал Юрия куда подальше, как в переносном, так и в прямом смысле. Юрий потом кем только не работал – и проходчиком, и стропальщиком, и подсобником на стройке. Помотало его по стране изрядно – после Казахстана был Новосибирск и колхоз в области, потом донская казачья станица. После просторов степных вернулась тяга к просторам морским, он уехал в Одессу, но экзамены в мореходку провалил. В конце концов, он вернулся в Москву и на общих основаниях поступил туда, откуда несколько лет назад ушёл – в «Щуку». Приказ о зачислении подписывал всё тот же Борис Захава, а Юрий вспомнил его пророческие слова.

Актёром быть не стыдно, стыдно совести не иметь

Кино

В кино студент Назаров дебютировал 1956-м – в фильме Сергея Юткевича «Рассказы о Ленине» он сыграл рабочего. Правда, роль была столь крохотной, что вписать его имя в титры посчитали излишним. Потом были делегат в «Ветре» Александра Алова и Владимира Наумова, и строитель в «Поэме о море» Юлии Солнцевой, и тоже без упоминания в титрах.

Настоящим киноартистом Назаров стал на удивление буднично и просто. В 1956 году на студенческий спектакль пришла ассистент режиссёра по актёрам с «Мосфильма», и увидела, как Назаров, исполнявший обязанности помощника режиссёра, словно «дед» в армии, муштрует «салабонов» первокурсников. Так Назаров получил главную роль капитана артиллериста Новикова в картине Леона Саакова «Последние залпы». В училище, где Юрий шесть лет балансировал на грани отчисления, несказанно удивились выбору режиссёра. Фильм рассказывал о том, как на исходе войны, в словацких Карпатах на пути колонны немецких танков, пытавшихся вырваться из окружения, встала советская противотанковая батарея. Снимаясь в этой военной драме, Назаров в полной мере ощутил на себе не простую специфику кино. В сцене боя с немецкими танками использовали 76-мм пушки, и для съёмки крупных планов их зарядили боевыми снарядами, поскольку холостые не дают отката, а без отката не достоверно. Режиссёра и артистов не предупредили, как надо себя вести. После выстрела пушка, как и положено, прыгнула, прицельным устройством разбила лоб артисту Даниилу Нетребину, игравшему сержанта наводчика, а Назарова, стоявшего не там, где нужно, и не открывшего рот, как положено при выстреле, контузило. Потом у него две недели болела голова и звенело в ушах.

Актёром быть не стыдно, стыдно совести не иметь

Как-то на съёмочную площадку пришёл автор повести и сценария писатель фронтовик Юрий Бондарев – в 1945-м ему был всего 21 год. Чтобы подбодрить Назарова, который из-за контузии ходил, словно в воду опущенный, и даже подумывал о том, чтобы уйти из кино, он сказал, что тот очень похож на одного офицера, вместе с которым Бондареву довелось воевать. Назарова это потрясло, и он передумал менять профессию. С Бондаревым Назаров потом ещё встретится.

В День победы 9 мая 1960 года состоялась премьера фильма. Особых лавров он не снискал, да и зрители его не жаловали, но артиста Назарова фронтовики, которых тогда было очень много, заметили и полюбили, потому, что увидели в нём своего парня, много прошедшего, много повидавшего решительного и немногословного. Заметили Назарова и режиссёры.

В 1960-м Назарова зачислили в труппу театра им. Ленинского комсомола – там он проработал три года.

Авария

В 1963-м Назаров на служебном «газике» ехал на съёмки фильма «Ты не один». «Газик» перевернулся, его брезентовая крыша разорвалась, Назаров вылетел из кабины, ударился спиной о поребрик, и сломал позвоночник. Врачи огорошили: Назаров на всю жизнь останется не ходячим инвалидом. Марлевая петля над его кроватью, служившая зыбкой опорой, была изодрана зубами, чтобы не кричать от страшной боли, сопровождавшей любую попытку пошевелиться. Ещё более страшным выглядело будущее. Назаров не сдался, сначала начал садиться, потом встал на ноги, и через три года вернулся в кино. Но его уже успели забыть, и нужно было вновь пробивать себе дорогу. По старой памяти его приглашали играть военных, офицеров фронтовиков. Назаров смеялся – он же в армии никогда не служил, он косолапый, не высокий, сутулый, никакой военной выправки. Может, потому звали, что он кирзачи и ватные телогрейки обожал, выглядел в них, как будто всю жизнь их не снимал. А, может потому, что у него, человека сугубо гражданского, была какая-то особая, неподражаемая, невесть откуда взявшаяся манера носить оружие, восхищавшая даже Андрея Тарковского. Молодой режиссёр следил за Назаровым с «Последних залпов», и вместе с Владимиром Высоцким пробовал его на роль капитала Холина в своей дебютной картине «Иваново детство», однако ту роль сыграл Владимир Зубков.

«Андрей Рублёв»

На три года Назаров из поля зрения Тарковского выпал, но, начиная работу над фильмом «Андрей Рублёв», он про него вспомнил. Назаров сыграл в картине сазу двух князей – Великого – Василия I Дмитриевича и Малого – Юрия Дмитриевича «Звенигородского». Князья Великий и Малый, близнецы, типичные феодалы, оба – клятвопреступники, оспаривали друг у друга княжеский престол. Малый князь заключил союз с Ордой, и разорил Владимир. Консультант фильма известный искусствовед Савва Ямщиков усомнился в выборе Тарковского – Назаров был малоизвестным актёром, мог не потянуть, сыграть слабо. Но Тарковский, чувствуя внутреннюю мощь, скрытую в Назарове, был уверен, что тот воплотит на экране все его, Тарковского, замыслы. Благодаря Тарковскому Назаров погрузился в жуткие парадоксы тогдашней Руси, где национальное самосознание находилось на зачаточном уровне, где ярославцы считали владимирцев, тверичей или костромичей такими же супостатами, как ордынцы и половцы. Тогда Назаров понял, что Родину любить нужно не отлакированной, а со всей её тяжёлой историей – кровавой и страшной, что история – это не только громкие победы, но и горькие поражения.

Актёром быть не стыдно, стыдно совести не иметь

Экипировавшись в княжеские доспехи, которые весили почти полтора пуда, Назаров садился на коня, и на весь день становился средневековым кавалеристом – хотя бы частично, хотя бы ненадолго, но мечту свою он осуществил. По вечерам Назаров обнаруживал на своём теле свежие синяки. Почти как на целине, ему было холодно, сыро, грязно и больно – режиссёр стремился к максимальной достоверности, и хотел, чтобы актёры не играли, а проживали свою роль. Рядом с Тарковским о комфорте думать было стыдно.

Актёром быть не стыдно, стыдно совести не иметь

«Андрей Рублёв» был обруган во всех официальных инстанциях, и на долгие годы лёг на полку. Но несколько копий сделать успели, и зритель, пусть и не многочисленный, почти избранный, картину увидел на тайных, нелегальных просмотрах. Одну копию даже вывезли в дипломатическом багаже за границу. Тарковский обрёл статус мученика и борца с режимом, хотя, конечно, никакой антисоветчины в его картинах не было и в помине, и никаким борцом он не был – он просто хотел снимать то кино, которое снимал. К слову сказать, тайными эти просмотры были только для тех, кому удавалась на них попасть – в 5-м Главке КГБ, боровшемся с чуждыми идеологическими течениями, о них прекрасно знали, но закрывали глаза.

Актёром быть не стыдно, стыдно совести не иметь

Назаров считает работу в «Андрее Рублёве» огромным этапом в своей жизни, и очень благодарен Тарковскому, но друзьями они не стали. Просто они были очень разными. После всех скандалов и перипетий, связанных с «Андреем Рублёвым», Назаров почувствовал душевное опустошение. Ему опостылела актёрская братия, их самодовольство и сытое зазнайство, которые спокойно уживались с каждодневным нытьём о том, что их, гениев, не понимают, зажимают и притесняют. Назаров решил бросить профессию, и поступить в водный институт на родине, в Новосибирске. Но один пожилой матрос с земснаряда на Оби его вразумил, сказав, что за хорошего сказочника и скомороха в стародавние времена князья дрались, не на шутку. Потому, как если в дружине есть сказитель, песенник или гусляр, дружина будет жива, а вместе с ней и князь. Актёром быть не стыдно, стыдно совести не иметь, или, того хуже, потерять её, оскотиниться.

Моторист лебёдки

Несколько месяцев Назаров существовал в полной гармонии с собой, земснарядом, и с окружающим миром. К концу навигации 1967 года он дослужился до моториста лебёдки – как тут не вспомнить целинный опыт. Но только решил он стать речником, осесть в Новосибирске, зажить жизнью обычного советского труженика, строителя коммунизма, его снова одолели вопросы и сомнения – вдруг потянуло обратно под софиты, и ничего с этой тягой сделать было нельзя. Он свирепел, когда каждый новый работник спрашивал, зачем (слова, как правило, употреблялись другие, непечатные) ему, известному уже артисту черпать грязь в этой сибирской глуши, тоске и безнадёге? Назаров отвечал, употребляя столь же непечатные выражения, что это только свинья грязь ищет, что грязь сама не исчерпается, и другие, куда более духовно высокие личности, могут погрязнуть в ней навсегда. И ладно бы сами, так они же ещё и других за собой норовят утянуть. А что? Мы всегда так живём, как пел Высоцкий. В общем, Назаров решил вернуться.

«Баллада о комиссаре»

Обратная трансформация лебёдочника Назарова в киноартисты произошла в историко-революционной картине «Баллада о комиссаре» режиссёра Александра Сурина. Назаров играл главную роль Фадейцева – красного комиссара в братоубийственной войне – голова обвязана, кровь на рукаве. Назаров наслаждался основательно подзабытым творческим процессом, в кадре заметно, что ему нравится то, что он делает. Потом Назаров, никогда не состоявший в партии, много раз говорил, что считает себя коммунистом, и это не было кокетством или данью конъюнктуре.

Актёром быть не стыдно, стыдно совести не иметь

Представить себе дальнейшее советское кино без Назарова невозможно – до развала Советского Союза в 1991 году он снялся в 140-ка картинах, как правило, не в главных ролях, но в таких, без которых кино не бывает. В 1972-м на съёмках картины «Горячий снег» режиссёра Гавриила Егиазарова Назаров вновь встретился с Юрием Бондаревым. Назаров играл командира орудия старшего сержанта Уханова, который вместе с другими бойцами 2-й гвардейской армии остановил танки Манштейна, рвавшиеся на выручку окружённой в Сталинграде армии Паулюса. Роль у Назарова, как, впрочем, и все остальные его роли, получилась яркой и запоминающейся, а сам фильм стал одним из лучших советских фильмов о той войне.

Актёром быть не стыдно, стыдно совести не иметь

Назаров очень любит небольшую роль безногого лётчика Степана Жерехова в фильме Юрия Егорова «За облаками – небо». Назаров сумел убедительно передать трагедию сильного человека, вопреки всему не опустившегося, сохранившего достоинство и волю к жизни.

Актёром быть не стыдно, стыдно совести не иметь

«Зеркало»

В 1974-м актёра вновь пригласил Тарковский – в притче «Зеркало» Назаров, которому тогда было уже 37 лет, сыграл школьного военрука Широкова. Военрук был контужен, ему снесло половину черепа, он носил на голове круглую пластину с дырочками, похожую на дуршлаг, которая торчала из-под рваной фуражки. Военрук заикался, не мог выговорить некоторые слова, и подростки решили над ним подшутить – они бросили учебную гранату, а военрук накрыл её собой. Фуражка с пластиной упали, и было видно, как под волосами пульсирует мозг. Тарковский, как всегда, добивался абсолютной достоверности, и в качестве консультантов на картине работали нейрохирурги из института им. Бурденко. Фильм «Зеркало» получил вторую категорию, что, по сути, было приговором, и вышел в ограниченный прокат. Но, несмотря на то, что Интернета тогда не было, а в газетах и журналах о «Зеркале» не писали, люди быстро узнали о новом фильме Тарковского. Залы были полные, и неофициально фильм признали шедевром. Творчество позднего Тарковского Назаров не принял, но за решение стать невозвращенцем, не осуждал.

Актёром быть не стыдно, стыдно совести не иметь

«Маленькая Вера»

В 1988 году Назаров снялся едва ли не в самом скандальном фильме времён перестройки – «Маленькой Вере» режиссёра Василия Пичула. Он играл Николая Маринина, отца главной героини, шофёра пьяницу. Назаров эту работу не очень любит, жалеет, что согласился, считает и роль чернушной, и фильм чернушным, пороки вскрывшим, но не дающим рецептов выхода из ситуации, и не оставляющим надежды, тупиковым. В «Маленькой Вере» с советского экрана впервые прозвучали обсценные, то есть, матерные слова, и произнёс их Юрий Назаров.

Актёром быть не стыдно, стыдно совести не иметь

В «лихие 90-е», когда российское кино без денег и без хороших сценариев прочно лежало на боку, Назаров, чтобы прокормиться, пошёл разгружать фуры. Среди грузчиков было много китайцев, и они ставили Назарова, которому тогда было далеко за 50, в пример всем – работал он очень хорошо. Потом помимо «большого» кино стали снимать сериалы, а возрастных актёров такого уровня, как Назаров, почти не осталось, а сами сериалы из второсортных картин для домохозяек превратились во вполне доброкачественное кино. У Назарова не было недостатка в предложениях – он снялся почти в двух сотнях картин – играл чекистов, военных.

Сегодня Юрию Назарову 85, он продолжает работать в Театре-студии киноактёра, куда пришёл в 1963-м, сниматься в кино – в 2021-м по телевидению показали 18-серийный фильм Юрия Мороза «Угрюм-река», в котором Назаров сыграл купца разбойника Данилу Громова.

автор: Николай Кузнецов

AesliB
Adblock
detector