Злободневные уроки генерала Драгомирова

Драгомиров в 19 лет начал службу в лейб-гвардии Семеновском полку прапорщиком. В 1856 окончил с золотой медалью Академию Генерального штаба. Во время австро-итало-французской войны 1859 года и австро-прусской...

Драгомиров в 19 лет начал службу в лейб-гвардии Семеновском полку прапорщиком. В 1856 окончил с золотой медалью Академию Генерального штаба. Во время австро-итало-французской войны 1859 года и австро-прусской войны 1866 года находился на театре боевых действий в качестве военного наблюдателя. В 1863-1869 занимал должность профессора тактики Академии Генерального штаба, читал курс военных наук великим князьям и наследнику престола. Во время русско-турецкой войны 1877-1878 годов командовал дивизией, отличился при форсировании Дуная и при обороне Шипки, где был тяжело ранен. С 1888 года был начальником Академии Генерального штаба, в 1889-1903 годах командовал войсками Киевского военного округа. С 1857 активно стал публиковаться по вопросам военной и военно-исторической проблематики, приобрел огромный авторитет как неординарный военный теоретик, предлагавший оригинальную систему воспитания войск. Драгомиров как последователь суворовских принципов придавал решающее значение моральному фактору и считал, что главенствующая роль на войне принадлежит человеку, его воле и боевым качествам, называемым им «нравственной упругостью».

Злободневные уроки генерала Драгомирова

В повседневной жизни он был весел и остроумен. Известна история, приведенная генералом А.А. Игнатьевым в мемуарах, о телеграмме, посланной Драгомировым Александру III. Запамятовав день 30 августа (именины царя), генерал спохватился лишь 3 сентября и, чтобы выйти из положения, сочинил такой текст: «Третий день пьем здоровье вашего величества. Драгомиров». На что Александр III, сам, как известно, любивший выпить, ответил в том же духе: «Пора и кончить. Александр».

Общеизвестно и наставление Драгомирова офицерам, которое сегодня особо актуально: «Служить следует делу, а не вышестоящему начальнику».

В 1888 году Драгомировым была подготовлена книжечка под названием «ОФИЦЕРСКАЯ ПАМЯТКА». В стиле суворовской «Науки побеждать» в ней были кратко, в форме пословиц, поговорок и метких образных выражений сформулированы основные воинские правила (впрочем они во многом универсальны). Вот некоторые выдержки.

  • Память без содействия анализирующего ума — способность пассивная.
  • Техника важна, но комбинация выше и важнее; материал без комбинации — «глупому сыну не в помощь богатство».
  • Простая и осязательная мысль, что к каждой практической цели ведут тысячи путей и дело в том, чтобы дойти до нее, а не в том, чтобы дойти непременно известным путем.
  • Опытность составляют не масса фактов, а выводы, которые ум сделал из этих фактов и которые одни только могут служить руководящим началом для поведения в деле; знание только факта — бесплодно; это будет опытность мула принца Евгения, который, по выражению Фридриха II, сделав десять кампаний, не стал от этого опытнее и сведущее в военном деле.
  • Армия не вооруженная сила только, но и школа воспитания народа, приготовления его к жизни общественной.
  • Одно из главных занятий теорий военного дела — это то, что она не дает человеку успокоиться на мысли, будто он знает все дело, узнав только часть его.
  • Воспитание солдата должно стоять выше образования; воспитание выпустить нельзя даже в том случае, если бы на подготовку новобранца дан был даже один только день.
  • У иных грубость считается силой характера. Требование, которого цель ясна, исполняется более от сердца.
  • Воспитывает не строгость, а неуклонность и непрерывность применения раз поставленного, но непременно дельного, целесообразного требования.
  • Нравственная дряблость — прямое следствие муштры; забивая энергию в подчиненных, не дают практики и своей собственной и, чем больше муштруют солдат, тем слабее бывают начальники, как только выходят из комфортабельной мирной остановки.
  • Солдат только тогда и хорош, когда он человек в полном значении этого слова.
  • Успех развития солдата умственного и нравственного независимо от метода занятий обусловливается преимущественно манерой обращения: вести его так, чтобы он, узнав свою специальность, не переставал быть энергическим и толковым человеком.
  • Нужно взывать к возвышенным сторонам человеческой природы и не только не подавлять, а напротив — укреплять их в солдате.
  • Дисциплина заключается в том, чтобы вызывать на свет Божий все великое и святое, таящееся в глубине души самого обыкновенного человека; она не пассивное самоотречение, выбиваемое палкой (страхом) и измором, не то повиновение, которое не идет далее буквального исполнения приказания, да и то на глазах; а самоотвержение человека, себя уважающего и потому расположенного дать больше, нежели требует формальный долг.
  • Человек существо чрезвычайно странное: он всегда превращается в то, за что его принимают в практических отношениях к нему. Так, например, не говорите ему, что он человек, и не держите речей о нравственном достоинстве, о высоком назначении и прочее, но обращайтесь с ним, как с человеком и он разовьется и умственно, и нравственно. На обороте: рассказывайте ему двадцать раз на день о человеческом достоинстве и о всем прочем, но в то же время обращайтесь с ним, как с набитым дураком или со зверем и, как бы вы ни красноречиво рассказывали ему о достоинстве человека и о прочем, он все-таки отупеет или обратится на известный процент в зверя.
  • Усомниться в способности человека быть самостоятельным и здравым может только тот, кто сам раб в душе.
  • Ведет себя достойно пред неприятелем только тот, кто ведет себя достойно пред начальником.
  • Авторитет утверждается за тем, кто во имя дела и его не боится потерять.
  • Одностороннее развитие уничтожает в солдате человека, и он, встречаясь с ополченцем, меньше его знающим, но больше его человеком, уступает ему.
  • Обыкновенно бывает так, чем больше муштруют солдат, тем больше начальники забывают, что для них тоже есть дисциплина.
  • Сбережение людей — святейший долг каждого начальника; время, назначенное на работу, на нее действительно должно и уходить, а не на бездельные ожидания или на равнения, двадцать раз возобновленные; лишнее утомление то же, что и недостаток пищи; свести концы с концами можно только в госпитале или на кладбище; суетня, рабский шал, дерганье, ерзанье — бьют вернее пули; в мирное время нужно приучить никуда не торопиться и никуда не опаздывать; человек создан из мяса и костей, а не из железа (да и железо не все выдерживает); требуйте от него усилий, даже и тяжелых, но во имя дела и только во имя дела; но за пределами дела — сбережение самое педантическое; ни лишнего шага, ни лишней минуты ожидания.
  • Изучают великие образцы военного дела не для того, чтобы им буквально подражать, но для того, чтобы проникаться их духом. Успех в бою никогда не зависел и не будет зависеть ни от позиции, ни от вооружения, ни даже от числа, а от того чувства, которое есть в каждом солдате и которое находит поддержку в позиции, в вооружении, в числе, в распоряжениях.
  • Всякий занимается охотнее тем, что знает, и всякий считает более важным то, что знает: так уж человек устроен.
  • Всякая практическая деятельность человека есть не более, как ряд мыслей, воплощаемых им в поступки.
  • Русский человек очень легко и от сердца отзывается на требование, которого цель ясна.
  • Наше дело все построено на самоотвержении и самоотречении; кто этого не понимает, кто не может поступиться своею личностью во имя дела, тот никогда не будет порядочным военным.
  • Разница между военной и гражданской дисциплиной в силе напряжения, но не в духе или основе ее.
  • Делите с солдатом труды и лишения в мирное время, когда служба вас сталкивает вместе, если хотите, чтобы он был сердцем и душою вашим в военное время: солдат не щадит себя только для офицера, который сам себя не щадит на службе.
  • Армия, в которой офицер пользуется доверием солдата, имеет на своей стороне такое преимущество, которое не может быть приобретено ни численностью, ни совершенством техники, ни чем-либо иным, это — высшая степень совершенства армейского организма.
  • Отдельный боец бережет патроны. Ваши патроны, господа офицеры, — люди: берегите патроны.
  • Поменьше заботливости о личных удобствах и побольше об удобствах масс (солдат).
  • Руководитель должен быть тверд в тех основах, на коих зиждется воспитание подчиненных, а эти основы суть:
  1. преданность Родине до самоотвержения;
  2. дисциплинированность;
  3. вера в нерушимость (святость) приказания;
  4. храбрость (решительность, неустрашимость);
  5. решимость безропотно переносить труд, холод, голод и все нужды солдатские;
  6. чувство взаимной выручки.

Первая группа черт — преданность Родине, дисциплина и вера в нерушимость приказа должны и могут окончательно утвердиться в выпускниках из училищ; при малейшем колебании в одной из этих основ молодой человек не может быть допущен до офицерского звания; пребывание такого офицера в воинской части с первых же дней может оказаться пагубным и для него самого, и для вверенных ему солдат.

Вторая группа черт, каковы: храбрость, решимость переносить безропотно тяготы службы, чувство взаимной выручки, не всегда могут развиваться на школьной скамье», но офицер может и должен выработать эти качества впоследствии, находясь на военной службе.

Словом, не каждый, окончивший училище, может быть достоин офицерского звания. Поэтому лица, от которых зависит «последнее слово «достоин» или «не достоин» производства в первый офицерский чин, берут на себя большую нравственную ответственность за каждого произведенного в офицеры с заведомо неустойчивыми нравственными основами.

источник: rosgeroika.ru

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...
Adblock detector