И это всё о нём

И те, кто ещё был жив, и помнил тот спектакль, в один голос утверждали, что Леонов мэтра переиграл… В «Красной стреле», курсировавшей между двумя столицами, он проводил времени...

И те, кто ещё был жив, и помнил тот спектакль, в один голос утверждали, что Леонов мэтра переиграл…

В «Красной стреле», курсировавшей между двумя столицами, он проводил времени не меньше, чем дома. Его знали все проводники вагонов СВ, и у него было даже своё постоянное место – № 16. Когда он покупал билет, кассиры и в Москве, и в Ленинграде на второе место в купе билеты не продавали. Иногда на вечерние спектакли он приезжал с дорожной сумкой, и, отыграв, сразу ехал на Ленинградский вокзал, а вечером, отработав на съёмках на «Ленфильме» – снова в поезд. Талант Евгения Леонова далеко не был раскрыт, многие роли, о которых он мечтал, сыграны не были. Его, обаятельного и доброжелательного комика, который почти всегда улыбался, часто выдавали очень грустные глаза. Чеховская фраза «Нести свой крест и веру», его ошеломила, и он так и стал жить.

И это всё о нём

Детство

Евгений Павлович Леонов родился в Москве 2 сентября 1926 года. Отец, Павел Васильевич, инженер на авиазаводе № 43, получал приличную зарплату, и его жена, Анна Ильинична, могла на работу не ходить, вести домашнее хозяйство и воспитывать детей. У Жени был брат Коля, старше его на два года, похожий на него, как капля воды. Жили они вчетвером в самом центре Москвы в коммуналке на Васильевской улице, в двух небольших комнатах – очень приличное по тем временам жильё.

И это всё о нём

В семь лет, как и положено, Женя пошёл в школу. Он был росточка не высокого, кругленький, пухленький, но не «жиртрест», весёлый и смешливый. Как-то на урок пришёл ассистент режиссёра с киностудии, позвал Женю сниматься в кино, но в тот раз не сложилось. Однако мысль в голове засела, и уже в пятом классе Женя пришёл в театральный кружок – в то время они были почти в каждой школе.

Сцена

Окончив семь классов, Женя пошёл учеником токаря на авиазавод, где работал отец. Когда началась война, завод № 43 был едва ли не единственным предприятием Наркомата авиапромышленности, которое не эвакуировали из Москвы, и вскоре на нём стали работать Николай и Анна Ильинична – лишняя рабочая карточка лишней не была. В 1943 году Евгений поступил в машиностроительный техникум им. Орджоникидзе НКАП. В 1944-м году его уже могли призвать на фронт, но, очевидно, решили, что после войны стране понадобятся специалисты по авиационному приборостроению. Однако Евгения тянула сцена, и, когда война закончилась, он из техникума ушёл, и поступил в студию при Московской областной филармонии. Руководил студией лауреат Сталинской премии, будущий народный артист, балетмейстер Большого театра Ростислав Захаров. Казалось бы – где балет, а где Леонов, но учился-то он не на балетного танцовщика, а на драматического артиста. Вёл курс выдающийся театральный режиссёр Андрей Гончаров. Это была очень хорошая школа сценического искусства, и после окончания студии Леонова почти сразу приняли в драматический театр им. Станиславского. Леонов играл во многих спектаклях, но главных, и, что куда более важно, заметных ролей у него не было – пока он был один из многих. В начале 50-х произошло два события, круто изменивших судьбу Леонова: в 1950-м главным режиссёром театра стал Народный артист РСФСР Михаил Яншин. Через три года умер Сталин. В 1954-м Яншин поставил «Дни Турбинных» по Булгакову, а Леонову с его круглым наивным лицом досталась роль Лариосика. И это был настоящий триумф! Много лет назад во МХАТе Лариосиком был сам Яншин, и те, кто ещё был жив, и помнил тот спектакль, в один голос утверждали, что Леонов мэтра переиграл.

И это всё о нём

Уже тогда у Леонова вошло в привычку устраивать, как он их называл, «санитарные дни» – анализировать, что сыграл, как сыграл, где не дотянул, не доработал. С друзьями артистами театра Леонидом Сатановским и Евгением Шутовым они ночи напролёт ходили по спящей Москве, и говорили о театре, о профессии…

Ванда

В 1957-м театр поехал на гастроли в Свердловск, Леонов увидел на улице очаровательную блондинку, и влюбился с первого взгляда и на всю жизнь. Познакомиться застенчивому, и совсем не мачо Леонову помог Сатановский. Оказалось, что девушку зовут Ванда Стойлова, и, хоть и родилась она в Свердловске, но корни у неё польские, отсюда и несоветский шарм. Когда Ванда появлялась, у Леонова в глазах зажигались особенные огоньки. Через два года после свадьбы у них родился Андрей. Отцу тогда было 33, как Христу. Спустя 15 лет, окончив 8 классов, Андрей объявил родителям – уже знаменитому отцу и матери, окончившей ГИТИС, что намерен стать артистом. Евгений Павлович сказал, что помогать сыну на этом поприще не будет – пусть сам пробивается. Окончив школу в 1976-м, Андрей отучился в Щукинском училище, и его приняли труппу театра им. Ленинского комсомола, где уже блистал отец, а мать работала в литчасти. При таких родителях статус блатного приклеился к Андрею, едва он впервые вошёл в театр, и отношение к нему было соответствующим, хотя отец палец о палец не ударил, чтобы сыну дали роли. Через два года, не выдержав такого положения, Андрей сам ушёл в армию, и на общих основаниях отслужил в танковых войсках. Как-то он сходил в самоволку, и со своим другом в ресторане «Интурист», что в десяти минутах пешком от Красной площади, нарвался на патруль. Отец вытащил сына с «губы», привёз вместе с другом домой, налил по чарке водки, и сказал: «Хотели выпить – пейте. Но помните, что в самоволку в Кремль не ходят».

И это всё о нём

 

И это всё о нём

Первые шаги в кино

В 1948-м, ещё студентом, Леонов сыграл дворника в короткометражке «Карандаш на льду». Через год Владимир Немоляев снял его в роли пожарного в комедии «Машина 22-12» со «звёздами» Николаем Крючковым и Михаилом Жаровым. Эпизод, правда, был столь крохотным, что Леонов даже не попал в титры. Но он не обиделся, ведь дочь главного режиссёра Светлана Немоляева тоже не была указана в титрах. В 1955-м Леонов сыграл трусоватого подлеца Пашку Снигирёва в фильме Иосифа Хейфица «Дело Румянцева». Леонов сделал своего героя не смешным, а омерзительным, жалким, склизким каким-то.

В 1961 году режиссёр Владимир Фетин снял комедию «Полосатый рейс». После этого фильма за Леоновым прочно закрепилось амплуа комика – не мудрено, после такой-то картины, да с такой-то внешностью. Но уже через три года, несмотря на препоны худсовета «Ленфильма», Фетин снял актёра в «Донской повести» по Михаилу Шолохову. Фетин первым понял, что Леонов, также легко, как и смеяться, сможет заставить зал плакать, но успех «Полосатого рейса» надолго заслонил трагедийный талант Леонова.

И это всё о нём

Георгий Данелия

В 1965 году Георгий Данелия пригласил Леонова на главную роль в комедии «Тридцать три». Так началась многолетняя, до последних дней жизни Леонова его дружба с Данелия: режиссёр снял Леонова в девяти картинах, в главных и не очень ролях, а иногда и просто дописывая для него хотя бы маленький эпизод. Во время съёмок фильма «Совсем пропащий», которые проходили на пассажирском судне, Данелия вдруг услышал истошные крики: «Леонов, уйди! Леонов, спрячься!» Оказывается, мимо проходило пассажирское судно, пассажиры, увидев на палубе Леонова, выбежали на один борт, судно накренился, и это вопил капитан, опасаясь, что судно перевернётся.

И это всё о нём

«Гори, гори, моя звезда…»

На съёмках фильма «Гори, гори, моя звезда…» режиссёр Александр Митта хотел объяснить Леонову, как нужно играть. Леонов, человек очень вежливый, выслушал режиссёра, и спросил: что герой любит, и чего боится? Митта рассказал, и после этого Леонову не потребовалось ни одной подсказки – весь образ хозяина иллюзиона Пашки он сделал сам. С ним любили играть – он не только сам был мастером импровизации, но и отвечал на импровизации партнёров.

И это всё о нём

Театр

Леонова угнетало, что в театре у него почти нет больших ролей – он понимал, что может больше. Когда в 1968-м его учителя Андрея Гончарова назначили главным режиссёром театра им. Маяковского, и он предложил Леонову заглавную роль в «Детях Ванюшина» по пьесе Сергея Найдёнова, Леонов ушёл из театра, где прослужил 20 лет. Каждый раз, выходя на сцену, Леонов, как бы говорил зрителю: сейчас будет не так смешно, как все привыкли, видя его. И никто не смеялся. Спектакль был потрясающим, а Леонов – просто шедеврален. (В том же году Леонов снялся в комедии Эльдара Рязанова «Зигзаг удачи» и озвучил Вини Пуха. Изначально Вини говорил более академично. Чтобы мы услышали того Вини, голос Леонова чуть ускорили).

И это всё о нём

Реклама рыбы и ссора с Гончаровым

У Гончарова Леонов играл в нескольких спектаклях, но через пять лет они поругались, по сути, из-за пустяка. Леонов, как и Вини Пух, любил поесть, в доме было два холодильника, набитые до верху – в то время любой знаменитый артист умел «через товаровед, через завсклад, через директор магазин, через заднее крыльцо» добыть что угодно, что во рту тает. Особенно Леонов любил рыбу, и частенько захаживал в магазин «Океан». Реклама в то время была ещё в зачаточном состоянии, да и не было в ней необходимости: в условиях дефицита с прилавков сметали всё безо всякой рекламы. Но директор магазина, руководствуясь одному ему известными соображениями, уговорил Леонова участвовать в рекламной акции: нарядиться в халат и шапочку, и продавать нототению. Леонов никому отказать не мог, рекламу показали по телевидению. Гончаров был в бешенстве – Леонов рекламирует рыбу! Леонов обиделся, сжёг все мосты, и ушёл в театр им. Ленинского комсомола, где нужно было начинать всё с начала. Он попал в совершенно необычную молодую бесшабашную среду, далёкую от классического театра, ему пришлось перестраиваться, и снова доказывать, что он великий актёр. Уже в своём первом сезоне он сыграл Ламме Гудзака в спектакле «Тиль». Спустя два года Александр Алов и Владимир Наумов сняли Леонова в этой же роли в фильме «Легенда о Тиле».

«Белорусский вокзал»

В 1970-м и 1971-м вышли два фильма, которые вновь показали, сколь разносторонним талантом обладал Леонов. В «Белорусском вокзале» Андрея Смирнова герой Леонова, Ивана Приходько – внешне – тюфяк тюфяком, ничего героического, типичная тыловая крыса с продсклада, сегодня – слесарь. И лишь случайно встретившись с ним глазами, видя его, рыдающего, когда медсестра Рая, к которой оставшиеся в живых бойцы 10-го непромокаемого батальона зашли в гости, поёт про победу, за которую можно заплатить любую цену, понимаешь, что видел он такое, что не дай Бог, повторить. А в самом конце фильма мы узнаём, что Приходько был командиром разведки. Вот тебе и тюфяк…

И это всё о нём

«Джентльмены удачи»

В «Джентльменах удачи», снятых Александром Серым по сценарию Виктории Токаревой и Данелия, Леонов сыграл две роли – заведующего детсадом добряка Трошкина, который, кстати говоря, как и Приходько, воевал, и матёрого бандюгана Доцента. Леонову приходилось перевоплощаться трижды: в Трошкина, в Доцента, а потом ещё и Трошкину в Доцента. Это было и смешно, и тонко, и грустно.

И это всё о нём

С этим фильмом у меня связана личная история. Мой 8 «Б» отправился в культпоход в кино, а я по какой-то причине не пошёл. На следующий день я пришёл в школу, и вдруг понял, что, простите за тавтологию, не понимаю одноклассников, с которыми проучился восемь лет: они говорили на каком-то совершенно неизвестном языке, какая-то фраза, казалось бы, совершенно обычная, вызывала приступ смеха. Учителя застывали, разинув рот, когда класс ни с того, ни с сего, падал под парты от хохота. Недели две уроки были похожи на балаган, что уж говорить про перемены… Никакие беседы и увещевания не помогали. И, только посмотрев «Джентльменов», я понял, что ребята просто растащили фильм на цитаты, и этими цитатами разговаривали, как шифром – они-то всё понимали.

В 1978-м главный режиссёр «Ленкома» Марк Захаров снял Леонова вместе с сыном в «Обыкновенном чуде»: отец играл короля тирана, Андрей – ученика охотника. Потом был великан – Леонов – великан, само по себе смешно – Глюм в «Доме, который построил Свифт», и Бургомистр в «Убить дракона». В разные годы были провинциальный артист Бубенцов в «О бедном гусаре замолвите слово» Рязанова, кларнетист Сарафанов в «Старшем сыне», Вадим Кушак в «Отпуске в сентябре» и директор НИИ в «Уникуме» Вадима Мельникова, ученик 9-го класса вечерней школы Леднёв в «Большой перемене» Алексея Коренева, инспектор уголовного розыска капитан Прохоров в «И это всё о нём» Игоря Шатрова. Всего Леонов снялся больше, чем семидесяти фильмах. Последним был «Американский дедушка», снятый в 1993 году в стиле «кооперативного кино» режиссёром Иваном Щёголевым.

Гамбург

В 1988-м «Ленком» поехал на гастроли в Гамбург. В театре «Талия» играли перестроечную «Диктатуру совести». Днём все уехали на экскурсию и диковинный шопинг, а Леонов остался в отеле – мучил кашель, он думал, что это простуда, но становилось всё хуже. На счастье, рядом оказалась актриса Елена Шанина. «Скорая» приехала быстро, но уже в госпитале Святого Георга первый раз остановилось сердце. В тот раз Леонова откачали. Когда через 16 дней – как номер места в вагоне – его отключили от аппарата искусственной вентиляции лёгких, случился повторный инфаркт, всего третий по счёту, и сердце опять остановилось. Это было второе чудо: всё произошло в больнице, рядом была переводчица, и она позвала врачей. Немецкие доктора снова вернули Леонова к жизни. Но в сознание он не пришёл, впал в кому. Доктора сказали Андрею: «Разговаривай с ним, он должен тебя слышать». Андрей, сидел рядом с отцом, разговаривал, даже пел, уходя в отель лишь на пару часов, чтобы не свалиться рядом с кроватью, на которой лежал отец. Дирекция «Талии» сделала всё возможное, чтобы из Москвы приехала Ванда. Услышав её голос, через 16 суток после инфаркта – опять эти 16 – Леонов пришёл в себя. В зарубежных клиниках порядки были не такие, как в советских: Леонова, обвешенного капельницами с ног до головы, катали по парку.

Немецкие доктора сказали Леонову, чтобы он жил полной жизнью, но, всё же, берёг себя. Он и жил – знаменитое 16-е место, съёмки, спектакли. Он сам сел за руль, и поехал в Ригу, и там после концерта какая-то женщина врач сказала ему, что после третьего инфаркта живут лет пять. Леонов отнёсся к этому серьёзно, стал считать дни. Понимая, что жить ему осталось не много, чтобы оставить семье побольше денег, мотался по концертам – за них хорошо платили «в конвертах». В общем, советам врачей он не внял.

«Поминальная молитва»

В 1989-м Марк Захаров поставил пьесу Григория Горина «Поминальная молитва» по И это всё о нёмШолом-Алейхему. Репетировали долго – нельзя было ошибиться, сфальшивить, ведь в это время евреи, получив разрешение на репатриацию, массово уезжали на Землю обетованную. Тевье в исполнении русского до мозга костей Леонова, в чьей внешности не было ничего еврейского – ему даже пейсы клеить не стали, потряс всех. Все знали, что Леонов болен, и когда он по ходу спектакля хватался за сердце, все замирали – а, вдруг, это не игра, вдруг, в самом деле, что-то непоправимое.

 

29 января 1994 года с утра шёл снег. Вечером Леонов должен был играть в «Поминальной молитве». Весь день болела голова, болело сердце. В пять часов он стал собираться, и упал. «Скорая» ничего не смогла сделать. С того третьего инфаркта прошло 5 лет. Когда на сцену вышел Захаров, и сказал, что умер Леонов, люди оцепенели. Никто не сдал ни одного билета. У служебного входа появилось множество свечей и цветов. Когда с Евгением Павловичем прощались, очередь выстроилась от Садового кольца.

автор: Николай Кузнецов

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...
Adblock
detector