Гроза фашистских стервятников капитан Александр Зайцев

Родился 2 Мая 1912 года в Нижнем Новгороде. С 1933 года обучался в Харьковском военном авиационном училище лётчиков. В 1937 году добровольцем сражался в Китае, имел звание Лейтенанта,...

Родился 2 Мая 1912 года в Нижнем Новгороде. С 1933 года обучался в Харьковском военном авиационном училище лётчиков. В 1937 году добровольцем сражался в Китае, имел звание Лейтенанта, был награждён орденом Красного Знамени.

В период Советско — Финляндской войны совершил 51 боевой вылет и был награждён орденом Красной Звезды.

Гроза фашистских стервятников капитан Александр Зайцев

В годы Великой Отечественной войны сражался в составе 145-го ( с 7 Марта 1942 года — 19-й Гвардейский ) и 760-го истребительных авиационных полков. 4 Августа 1941 года в тяжёлом бою сбил известного немецкого аса Герхарда Шашке.

Гвардии майор А. П. Зайцев погиб 30 Мая 1942 года. На его счету более 200 боевых вылетов и 35 воздушных побед ( 14 самолётов сбил лично и 21 — в составе группы ). Некоторые источники указывают на 41 победу, возможно с учётом боевых действий в Китае и Финляндии.

Награждён орденами: Ленина, Красного Знамени, Красной Звезды.

*    *    *

Лётчики 145-го истребительного полка не часто заходили в редакцию армейской газеты «Часовой Севера». Но если кто — то и приезжал туда, то это становилось событием. И не случайно, потому что у газетчиков лётчики пользовались особым уважением. Ведь они тоже, как и все Мурманчане, почти ежедневно видели, как наши лётчики отражали налёты вражеских самолётов на город. Своим спокойствием город во многом был обязан им. Иногда воздушные бои завязывались над самим городом, и жители его были свидетелями смелости и отваги своих соколов. Находясь даже в меньшинстве, они атаковали врага. В общем, лётчиков любили и не упускали случая побеседовать с кем — либо из них.

О лётчиках и о воздушных боях газета сообщала почти в каждом номере. Тесные связи с ними поддерживали сотрудники газеты писатель Илья Бражнин, Борис Фёдоров, Георгий Мокин, Юзеф Лифщиц. Однажды в редакционный отдел, располагавшийся тогда в гарнизонном Доме Красной Армии, вошёл моложавый краснощёкий Капитан и довольно властным голосом спросил, где найти политрука Илью Бражнина. Бражнин, оказавшийся в другой комнате, вышел на зов и представил полиграфистам лётчика:

— Гроза фашистских стервятников, командир самой боевой эскадрильи, которую я знаю, Капитан Александр Зайцев.

Все с интересом смотрели на лётчика, о котором газета писала уже немало. С первых дней войны он завоевал славу бесстрашного воздушного бойца, боевого командира. Прошла только неделя с начала боевых действий на советско — германском фронте, а газета в заметке «Славный боевой командир» писала:

«Любое боевое задание бесстрашные лётчики во главе с Зайцевым выполняют успешно. Враг уже не раз испытал их сильный, уничтожающий удар. Недавно они сбили 2 самолёта противника. Как бы враг ни был жесток, он не устоит перед силой славных советских соколов — перед такими храбрыми, неустрашимыми лётчиками, каким являются Зайцев и его боевые товарищи».

Был он невысокого роста, коренастый, с ясными голубыми глазами и густыми бровями. На тужурке у него поблескивал новенький орден Ленина. Сам Зайцев, однако, услышав ту аттестацию, которую дал ему Бражнин, смутился, запротестовал.

— Что ж ты меня, Илья, перед товарищами так превозносишь, — сказал он. — Даже неудобно как — то.

— А что ? — оправдывался Бражнин. — Что я особенного сказал ? Что враги тебя боятся ? Так это ж факт. Сколько у тебя на счету ? 7 сбитых самолетов ! Это тебе не шутка. А что эскадрилья твоя самая боевая из тех, что я знаю, так я и знаю всего одну твою эскадрилью. С другими ещё не успел познакомиться.

Зайцев понял шутку и рассмеялся. Он стал расспрашивать газетчиков, как живётся в Мурманске, не очень ли беспокоит немецкая авиация. Те отвечали, что хоть и случаются налёты, но жить ещё можно, наши лётчики быстро отгоняют врага. Зайцев улыбнулся и сказал: «Стараемся».

Он был в хорошем настроении. Оказалось, только что член Военного совета Генерал Крюков вручил Зайцеву орден Ленина, которым он был награждён Указом Президиума Верховного Совета СССР от 27 Июля 1941 года. Таким образом Александр Петрович стал трижды орденоносцем, и, пожалуй, в тот период среди армейских лётчиков на Заполярном фронте никто не носил столько наград и не пользовался таким огромным и заслуженным авторитетом. Поэтому, все газетчики искренне поздравили героя с наградой. Он поблагодарил, и вдруг, как — то по озорному подмигнув, спросил:

— Поди, расспрашивать будете, как воюю, как врага сбиваю ?

— Неплохо было бы послушать, — сказал кто — то. Зайцев с сочувствием посмотрел на газетчиков и сказал, будто извиняясь:

— Не мастер я, друзья, рассказывать. Бить врага могу. Чувствую, что получается. А вот рассказать об этом… Нет, не получается. Мне кажется, ничего особенного: подошёл, ударил, если попал — сбил, а нет, так иди на второй заход.

А через несколько дней в газете появилась небольшая статья Зайцева. Она называлась коротко «Победитель» и была настолько характерна для этого отважного человека, что хочется привести её почти полностью:

«Лётчику — истребителю в коротком стремительном бою часто приходится бывать на грани жизни и смерти. Но в эту минуту, когда каждый нерв напряжён, как струна, лётчик не думает ни о жизни, ни о смерти. Вся его воля, весь мозг подчинены одному неистребимому желанию — победить. Ценой жизни или смерти, но победить, опрокинуть на землю крестоносного коршуна, обломать ему крылья, чтобы он, задрав дымящийся хвост, камнем рухнул в бездну.

Победа для нас — это жизнь нашей Родины, это жизнь наших детей, их будущее. Без неё нет нам места ни на земле, ни в воздухе, без неё нет нам ни жизни, ни любви. Hет ! Победа и только победа — наш боевой лозунг. 7 сбитых чёрных коршунов значится в моём «послужном списке», 7 коршунов не будут сеять смерть, не будут угрожать нашим городам и селам».

Этой своей статьей лётчик как бы отвечал на все вопросы газетчиков, объяснял, какие чувства обуревают его, когда он идёт на врага. Говорят, что каждый лётчик имеет свой неповторимый почерк в воздухе. Из всех лётчиков 145-го полка Зайцев отличался дерзким, многие считали даже, что чересчур дерзким почерком. А почерк, известно, идёт от характера. Откуда же у Зайцева такой неуёмный характер ? Как и где воспитывался он ? Где он провёл свои детские годы ? Об этом можно узнать побывав в семье лётчика Зайцева, встретившись с ветеранами 19-го Гвардейского истребительного авиационного полка.

Родился Александр Зайцев 2 Мая 1912 года в Нижнем Новгороде, в семье рабочего — литейщика. С 7 лет остался без матери, как и у большинства детей того поколения было трудное голодное детство. Они жили в посёлке Красного Сормова, и раздольные плесы Оки и Волги были его постоянным пристанищем. И надо было уметь с 3-метровой кручи прыгнуть вниз и войти в воду ласточкой. Сашок научился этому с малых лет и прыгал лихо, на зависть сверстникам успевая перевернуться в воздухе. Небольшой, жилистый, он нёс в себе такой заряд энергии, что много лет выступал заводилой сормовской ребяши. Все поселковые мальчишки знали, что в драку с ним лучше не ввязываться. Одолеть его было невозможно. Маленький, юркий, он успевал наносить удары, а от противника увёртывался. И не было случая, чтобы он уступил в бою.

Однажды парни из враждующей компании подкараулили его одного на речном плёсе. Он не отупил, не побежал, а стал отбиваться. Его исцарапали, наставили синяков, а победить не смогли. Наоборот, получая от него сдачи и прикрывая ушибленные места ладонями, один за другим выбывали его противники. А последнего, самого рослого, он гнал от реки до самого дома, крича: «Погоди ещё, я тебя искупаю !»

И, бывало, купал. Загонял на глубокое место реки и окунал до тex пор, пока недоброжелатель не просил пощады. Как — то, вспоминая свое детство, Зайцев сказал Илье Бражнину: «Озорной я был, ужас !»

Но не оттуда ли, из озорного детства пошла его привычка никогда не уступать в бою, драться до последней возможности, бесстрашно глядеть в глаза смерти и выходить победителем ? С 15 лет Саша стал работать на заводе, поступив после окончания 7-летки в фабрично — заводское училище. Затем более года трудился на Сормовском заводе электромонтёром. Рабочая среда внесла ещё одну чёрточку в его характер. Не потеряв задора и неуемности, он стал более рассудительным, основательным. Кажется, его призвание определилось.

В 1932 году он был переведён на новый авиационный завод № 21 в город Горький. Увидев там самолёты, Саша загорелся идеей. Он решил стать лётчиком. И тут уж ничто не могло его удержать. В 1933 году он поступил по спецнабору в Харьковскую школу пилотов.

Гроза фашистских стервятников капитан Александр Зайцев

В Харьковской военной школе пилотов. Второй справа — А. П. Зайцев.

Вот с этих пор и начал вырабатываться его бойцовский характер, впитавший в себя нечто и от мальчишеского озорства, и от рабочей обстоятельности. Окончив в 1936 году лётную школу, он стал служить в частях Белорусского военного округа.

В 1937 году в составе группы советских добровольцев принял участие в оказании интернациональной помощи китайскому народу в борьбе с японскими захватчиками. За эти схватки он получил орден Красной Звезды и очередное воинское звание — Капитан.

Дальше боевой путь Зайцев лежит в Заполярье, где в составе 145-го ИАП он участвует в «Зимней войне», совершает 51 боевой вылет и получает свой второй орден — Красного Знамени ( за период Советско — Финляндской войны лётчики 145-го ИАП совершили 1125 боевых вылетов, провели 4 воздушных боя, в которых сбили 5 самолётов противника. Свои потери составили 5 человек ).

В середине Мая 1940 года одна из эскадрилий полка, в которой служил и Зайцев, получила новые пушечные истребители И-16 ( в остальных эскадрильях до самого начала войны имелись лишь машины с пулемётным вооружением ).

Весной 1941 года командир 3-й эскадрильи Майор Сухорученко ушёл на повышение и, по логике, вопрос о его замене на этом посту должен был решиться сам собой — назначить на эту должность его заместителя, Капитана Зайцева. Он уже имел к тому времени богатый боевой опыт, был награждён боевыми наградами, пользовался заслуженным авторитетом среди всего личного состава, а для молодых лётчиков был просто кумиром. Благодаря его несомненному педагогическому дару лётчики 3-й эскадрильи летали лучше всех в полку, а уж как он сам летал — мечта каждого уважающего себя лётчика.

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...
Adblock
detector