Ему, почти безусому юнцу, дали в подчинение отделение разведчиков – здоровенных и уже повоевавших бородатых мужиков

Как и следовало ожидать, никакого десанта противник в Крыму не высадил, зато 11-я немецкая армия генерала Эриха фон Манштейна подошла к Перекопу…

Полководец

Маршал Константин Рокоссовский, под началом которого этот военачальник прошёл почти всю войну, говорил, что он – наш Суворов. И дело было не только в невысоком росте и худощавости. Генерал Павел Иванович Батов действительно напоминал Суворова не только своими успехами на поле боя, но и фантастическим везением: участвуя в пяти войнах, он был трижды очень тяжело ранен, его выносили с поля боя, выхаживали и ставили на ноги. Если рядом падал снаряд, погибали все, кроме Батова. Но карьера Батова – это не только везение. Это знания, труд, отвага и храбрость.

Ему, почти безусому юнцу, дали в подчинение отделение разведчиков – здоровенных и уже повоевавших бородатых мужиков

Детство

Павел появился на свет 1 июня 1897 года в деревне Фелисово в двадцати верстах от Рыбинска в крестьянской семье. У Паши было ещё 7 братьев и сестёр. Обучаясь в начальной школе, он сам, без посторонней помощи выучился играть на скрипке, и учителя даже хотели направить его в семинарию на казённый кошт. Но нужда заставила родителей отдать сына, что называется, в люди, и он отправился работать в столичный магазин, торговавший конфетами. Он был сладкоежкой, и, чтобы отучить его есть конфеты, его на сутки заперли в подвале, где было полно конфет – ешь, не хочу. За ночь он объелся этих конфет на всю жизнь. Паша был и грузчиком, и посыльным, и заказы разносил по домам зажиточных петербуржцев. Работал он по 15-16 часов в сутки, а ночью жёг в лампе хозяйский керосин, читал книжки, и смог экстерном сдать экзамены за 6-й класс гимназии. Того, что платил хозяин, едва хватало на пропитание и на башмаки, которые от каждодневной беготни быстро превращались в лохмотья, и подошву приходилось приматывать бечёвкой. Оставшиеся крохи Паша с оказией отсылал в деревню – родителям и эта мелочь была весьма кстати.

Ему, почти безусому юнцу, дали в подчинение отделение разведчиков – здоровенных и уже повоевавших бородатых мужиков

Павел Батов в детстве, 1910—1913 гг.

Как-то раз Паша оказался среди зевак на военном параде. Увиденное настолько его поразило, что он решил посвятить себя воинской службе. В армию призывали с 19-ти, ему по бумагам было 18, на самом деле только исполнилось 17 – метрика была брата, который умер, а Пашу назвали так же, чтобы за новую метрику денег не платить. Но тут на его счастья началась империалистическая война, и на то, что кандидат в солдаты на год-другой младше положенного, смотрели сквозь пальцы. Павел пришёл к фельдфебелю, и очень долго и упорно доказывал, что ему непременно нужно на фронт. Фельдфебель был терпелив и ласков, и сказал, что служить Павлу, как медному котелку, то есть, до конца дней своих. Мудрый ветеран службы как в воду глядел: Батов без перерыва прослужил 70 лет.

В окопах

В общем, в солдаты Павла забрали, но в окопы он попал не сразу, а сперва подучился на краткосрочных унтер-офицерских курсах. Когда он прибыл в часть, ему, почти безусому юнцу, дали в подчинение отделение разведчиков – здоровенных и уже повоевавших бородатых мужиков. Однако юный унтер довольно быстро приобрёл у вояк уважение за то, что он в блиндаже не отсиживался, ходил в тыл противника вместе со всеми, был смекалист, чтобы заработать очки у офицеров, людей под пули понапрасну не гнал. Своего первого солдатского Георгия Павел получил за придуманную и успешно проведённую им осенью 1916-го хитроумную операцию. Противник разместил на господствующей высоте пулемёт, который не только днём не давал поднять нашим солдатам головы, но и по ночам постреливал, сильно нервируя. Павел, получив задание добыть «языка», решил попутно и пулемётное гнездо уничтожить. «Языка» пластуны взяли на удивление быстро, а затем обогнули высотку, в три ножа сняли пулемётчиков, и отправились восвояси, волоча «добычу» за собой на шинели. Когда до своих окопов было рукой подать, рядом разорвался снаряд, многих пластунов убило, а Павел получил ранение в голову. Едва живого, бойцы втащили его в окоп. Позже доктора в госпитале сказали, что ещё бы пара минут промедления, и его бы не спасли.

Ему, почти безусому юнцу, дали в подчинение отделение разведчиков – здоровенных и уже повоевавших бородатых мужиков

П. И. Батов в царской армии, 1916 год

Гражданская война

Война империалистическая плавно перетекла в Гражданскую. Наслушавшись, как умирают не нюхавшие пороху земляки, Батов пришёл в местный военкомат, и предложил обучать красноармейцев военному делу, а потом и сам уехал на фронт. В 1920-м 23-летний комроты Павел Батов освобождал Крым от Врангеля, участвовал в легендарном прорыве через «мёртвое море» Сиваш, по колено в ледяной грязи, под дождём и шквалистым ветром форсировал 7-километровую «лужу». Батов был снова ранен, и после излечения продолжил службу в 1-й Московской пролетарской дивизии – знаменитой «пролетарке». Позже дивизия стала «придворной» её в первую очередь комплектовали новой техникой, направляли туда на службу самых проверенных людей. В 1931-м Батов стал начштаба этой дивизии, через три года – комполка.

Ему, почти безусому юнцу, дали в подчинение отделение разведчиков – здоровенных и уже повоевавших бородатых мужиков

Фрица Пабло

В 1936 году СССР, официально оставаясь в стороне, стал оказывать помощь легитимному правительству Испании, где шла гражданская война. На Пиренейский полуостров направляли оружие, технику и военных советников. Одним из таких советников был комбриг Батов. По паспорту Фрица Пабло он тайно приехал в Мадрид, и попал в 12-ю интербригаду, командовал которой генерал Лукач – известный венгерский писатель коммунист Бела Франкль, больше известный, как Мате Залка. Батов должен был быстро обучить добровольцев из 17-ти стран владению оружием, азам тактики боя. Но тогда в Испании решить задачу оказалось очень сложно: испанские командиры не прислушивались к советникам, разноязыкие добровольцы не понимали команд, и наряду с местными ополченцами проявляли в бою опасное безрассудство. Батов понимал, что республиканцы обречены. Для Батова эта война закончилась 11 июня 1937 года. Он вместе с Лукачем выехал на рекогносцировку в районе Уэски, попал под обстрел, и снова чудом выжил, а Лукач погиб на месте. Об этом трагическом событии Константин Симонов написал стихотворение «Генерал».

Ему, почти безусому юнцу, дали в подчинение отделение разведчиков – здоровенных и уже повоевавших бородатых мужиков

За Испанию Батова наградили орденами Ленина и Красного знамени. Чуть отдохнув, Батов получил под командование 10-й стрелковый корпус, через год 3-й стрелковый корпус. Осенью 1939-го корпус отправился в Восточную Польшу. В декабре, получив комдива, Батов командовал корпусом в Зимней войне с Финляндией. 6 марта 1940-го, за неделю до подписания Московского мирного договора, Батов стал командиром Особого стрелкового корпуса, а через месяц – замкомандующего Закавказским военным округом. В июне 1940-го после введения генеральских званий, Батов стал генерал-лейтенантом, в ноябре получил 9-й стрелковый корпус. За два дня до начала войны его по совместительству назначили командующим сухопутными войсками на Крымском полуострове. После окончания финской кампании у Батова сложились дружеские отношения с наркомом обороны Семёном Тимошенко. Сообщая Батову, что о новом назначении, Тимошенко сказал: «Береги людей, береги себя, и помни слова Кутузова – проиграть сражение не значит, проиграть войну».

Великая Отечественная

Когда началась война, Ставка приказала Батову организовать в Крыму противодесантную оборону, хотя никаких предпосылок для высадки вражеского десанта с моря не было: ни немцы, ни румыны не имели для этого достаточных сил и технических средств. В августе 9-й корпус был развёрнут в 51-ю армию, командовать которой поставили бывшего командующего Северо-Западным фронтом генерал-полковника Фёдора Кузнецова, снятого со своего поста за провал в Прибалтике, а Батова, хорошо знавшего обстановку, противника и театр военных действий, отрядили к нему заместителем. Как и следовало ожидать, никакого десанта противник в Крыму не высадил, зато 11-я немецкая армия генерала Эриха фон Манштейна подошла к Перекопу.

Натиску превосходящих сил врага защитники Крыма сопротивлялись до конца ноября 1941 года. Батов лично организовал сражение у Перекопского вала – три дня части 51-й армии под его непосредственным командованием сдерживали врага под шквальным огнём с воздуха, ещё трое суток не давали захватить Армянск, шесть дней держали оборону у села Ишунь. Остатки армии, сохранив боеспособность подразделений, часть боеприпасов и техники, отступили к Тамани. Кузнецова от командования армией отстранили, вместо него назначили Батова, но в тот момент это уже особой роли не играло: Красная Армия ушла из Крыма, не занятым врагом оставался лишь Севастополь, но его обороняли уже без Батова.

В конце декабря Батов принял 3-ю армию Брянского фронта. Обстановка там с каждым днём ухудшалась, несколько плохо подготовленных операций провалились, артиллерия не имела достаточного количества боеприпасов – промышленность ещё находилась в стадии эвакуации. Армия несла большие потери. Батов, не таясь, критиковал действия командующего фронтом Якова Черевиченко, и лишился должности. Батову везло на таких начальников: Кузнецов в июне оконфузился в Прибалтике, Черевиченко – на Юге.

Донской фронт

В октябре 1942-го, когда битва за Сталинград была в самом разгаре, и судьба не только города, но и всей страны висела на волоске, Батова перевели на Донской фронт и назначили командующим 4-й танковой армии Донского фронта. Назначение «продавил» командующий фронтом Константин Рокоссовский. Танковой армия была лишь по названию – исправных танков в её составе не было, и спустя 12 дней она была преобразована в 65-ю общевойсковую. Армия участвовала в операции «Уран» по окружению 6-й армии Фридриха Паулюса и 4-й танковой армии Германа Гота в Сталинграде, и в операции «Кольцо», по расчленению запертой в городе группировки. За эти операции Батов получил полководческий орден Суворова 1-й степени.

Курская дуга

На Курской дуге летом 1943-го 65 армия на Центральном фронте отражала вражеские удары в районе города Севска. Бойцы меж собой Севск называли «Малым Сталинградом». Потом «батовцы» Севск освободили. Большую роль в успехе сыграли внезапность и излюбленная тактика Батова – обман противника, создание у него ложной уверенности в том, где ждать главного удара, а потом нанесение удара через водную преграду в самое слабое место. Командарм-65 создал ложный плацдарм, немцы поверили, что нужно готовиться к обороне против фронтального наступления, и строили укрепления там, а Батов ударил в обход Севска, с севера, через пойму реки Сев. Ночами сапёры рыли траншеи рядом с поймой. Штурм начался 26 августа 1943 года с мощной артиллерийской и авиационной подготовки, которая длилась три четверти часа. Когда первые залпы разорвали утреннюю тишину, сапёры поставили дымовую завесу, и вытащили из траншей заранее заготовленные маты и доски, по которым бойцы преодолели заболоченную пойму. Командование гарнизона, застигнутое врасплох, из-за дыма не понимало, откуда их атакуют, упустило время, и через 36 часов было вынуждено оставить Севск. 65-я заслуженно считалась армией прорыва, у Рокоссовского она всегда была на главном направлении. В ходе этой операции Батов впервые показал, что он непревзойдённый мастер по скрытному преодолению водных преград.

Ему, почти безусому юнцу, дали в подчинение отделение разведчиков – здоровенных и уже повоевавших бородатых мужиков

Командующий 65-й армией Донского фронта генерал-лейтенант П. И. Батов с офицерами в районе Сталинграда. Зима 1942-1943 годов.

Битва за Днепр

В конце лета 1943-го 65-я армия принимала участие в битве за Днепр. За месяц «батовцы», форсируя мелкие реки, почти без остановок, прошли, преодолевая ожесточённое и хорошо организованное сопротивление противника, 300 км, и вышли к Днепру. Используя короткую оперативную паузу, Батов создал ложный плацдарм, на котором сапёры днём строили какие-то конструкции, создавая видимость подготовки к форсированию, а под покровом темноты эти конструкции сплавляли вниз по Днепру, и строили настоящую переправу. Главный плацдарм Батов создал там, где противник этого не ожидал, успешно форсировал Днепр, и развил наступление. За эту операцию в последний день ноября 1943 года он получил свою первую Золотую Звезду.

Ему, почти безусому юнцу, дали в подчинение отделение разведчиков – здоровенных и уже повоевавших бородатых мужиков

Бобруйск

В ходе операции «Багратион» войска 1-го Белорусского фронта должны были наступать на Бобруйском направлении. Весной 1944-го путь к Бобруйску лежал через посёлок Паричи на реке Березине. В Паричах была сосредоточена крупная вражеская группировка – почти 130 тыс. личного состава, 400 танков и САУ, 2,5 тыс. стволов артиллерии, более 700 истребителей и бомбардировщиков. Встал вопрос: как подобраться к посёлку, чтобы получить оперативно-тактическое превосходство. Местность была сухая, без водных преград, одни лишь болота. Противник, используя господствующие высоты, создал глубоко эшелонированную оборону, и лобовое наступление на Паричи обернулось бы тяжёлыми потерями. Батов пригласил Георгия Жукова и Рокоссовского, руководивших операцией, к себе в армию, и предложил неординарный выход: подойти к Паричам со стороны считавшихся непроходимыми болот, где враг удара не ждал. Через болото навели гати из брёвен, организовали производство мокроступов из берёзового лыка – что-то типа летних лыж, которые увеличивали площадь опоры, и не позволяли бойцу провалиться в трясину. Бежать в них, конечно, было неудобно, а через болото идти – запросто. Мощным ударом через болото 65-я армия прорвала вражескую оборону, и обеспечила проход 1-го гвардейского танкового корпуса генерала Катукова. Бобруйск был взят, и дорога на Минск открыта.

На Берлин

Форсирование Одера в апреле 1945 года стало предвестником окончательного краха третьего рейха. Через междуречье Вислы и Одера открывалась прямая дорога на Берлин. Немцы превратили свои города, городки и посёлки в крепости, попав в окружение, они дрались отчаянно. За 5 дней 65 армия существенно расширила плацдарм на западном берегу Одера. Через два рукава Одера и широкую пойму между Вислой и Одером, покрытую метровым слоем воды, переправились основные силы 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов, и развернули решающее наступление на Штеттин и Данциг – последние опорные пункты на подступах к Берлину. Сложнейшей задачей было переправить через Одер танки – отступая, немцы взорвали все мосты. Батов, уже генерал-полковник, предложил инженерным службам своей армии спешно разработать систему переносных понтонных переправ, которые бы двигались вслед за армией. По ним танки и перешли на западный берег Одера. 2 июня 1945 года Батову вручили вторую Звезду Героя.

Ему, почти безусому юнцу, дали в подчинение отделение разведчиков – здоровенных и уже повоевавших бородатых мужиков

Нина

В 1942 году 45-летний Батов, тогда ещё официально женатый, познакомился с молоденькой Ниной Фёдоровной, которая служила в роте связи, обслуживавшей штаб армии. Поженились они уже после Победы, когда 65-я армия была расформирована. У них родились две дочери – Наталья и Елена.

Ему, почти безусому юнцу, дали в подчинение отделение разведчиков – здоровенных и уже повоевавших бородатых мужиков

 

Ему, почти безусому юнцу, дали в подчинение отделение разведчиков – здоровенных и уже повоевавших бородатых мужиков

Нина Федоровна Батова с дочерьми

Когда война закончилась, Батова назначили командовать 7-й механизированной армией в Польше. В 1946-м армию переформировали в дивизию. В том же году Батова направили на высшие курсы при Академии им. Ворошилова, окончив которые, он командовал 11-й гвардейской армией в Прибалтике, затем последовательно назначался первым заместителем главнокомандующего Группы советских войск в Германии, возглавлял Прикарпатский и Прибалтийский военные округа. В 1955 году Батову было присвоено звание генерал армии.

Ему, почти безусому юнцу, дали в подчинение отделение разведчиков – здоровенных и уже повоевавших бородатых мужиков

Генерал армии П. И. Батов

Однажды, придя домой, Батов хотел сорвать с себя погоны – тогдашний партийный глава Никита Хрущёв хотел, чтобы Батов дал показания против Жукова. Батов наотрез отказался, и его сослали военным советником в Китай, с которым у СССР в тот момент были очень натянутые отношения. Через два года Батов получил почётную синекуру – службу в группе генеральных инспекторов. Однако вскоре огромный опыт Батова вновь потребовался: его назначили командующим Южной группой войск в Венгрии, затем – первым замначальника Генштаба Советской Армии и начальником Генштаба Варшавского договора.

Павел Иванович Батов умер 19 апреля 1985 года в Москве.

автор: Николай Кузнецов

AesliB
Adblock
detector