Лучший снайпер Великой Отечественной Войны : Сурков Михаил Ильич

«Говоря про оборону, нельзя не остановиться на снайперском движении, которое зимой 1941 — 1942 года широко развернулось на всех фронтах. В условиях когда стабилизировался фронт, важно было найти...

«Говоря про оборону, нельзя не остановиться на снайперском движении, которое зимой 1941 — 1942 года широко развернулось на всех фронтах.

В условиях когда стабилизировался фронт, важно было найти такие формы и способы борьбы с врагом, которые позволяли бы не только причинять ему максимальный урон, но и держать в страхе и напряжении. Такой задаче как нельзя лучше отвечало хорошо поставленное снайперское движение. Это было массовое патриотическое движение, в ряды которого вливались не только бойцы и командиры из войск, но и большое количество добровольцев, в том числе прибывших на фронт девушек.

Боевая активность снайперов позволила нам сохранить немалое количество боеприпасов, особенно снарядов, и приберечь их для более серьёзных дел.

В начале марта 1942 года в 4-й стрелковой дивизии 12-й армии насчитывалось 117 снайперов. За время пребывания в обороне  ( в районе Красный Лиман — Дебальцево, западнее Ворошиловграда )  они уничтожили более 1000 гитлеровцев. Для популяризации опыта этих воинов и дальнейшего развития движения снайперов 7 Марта у нас состоялся слёт метких стрелков — истребителей фашистских оккупантов. В своём выступлении я высоко оцепил боевую работу снайперов и подчеркнул, что они не только причиняют ощутимый урон врагу, но и подрывают его физическое и моральное состояние.

Одним из лучших снайперов у нас был старшина Михаил Сурков — настоящий ас своего дела. К началу слёта он имел на личном счету более 100 уничтоженных солдат и офицеров противника. Имя Суркова хорошо знали в соединении. За боевые успехи он был награждён орденом Ленина.

Снайперскую винтовку таёжный охотник Михаил Сурков получил из рук капитана Камкина — мастера сверхметкого огня, воспитавшего немало отличных стрелков.

Выступление знатного снайпера, подкупавшее прямотой и блестящим знанием дела, хорошо запомнилось мне.

— Наблюдая в бинокль за противником, я со своим напарником красноармейцем Вольским приметил, — начал Сурков свой рассказ, — что на северной окраине села Троицкое, где проходит передний край вражеской обороны, иногда допускаются вольности. Выйдет, к примеру, немец из окопа, встанет во весь рост, посмотрит в нашу сторону и опять нырнёт в окоп. Или, допустим, вынырнет из сарая, пройдёт к дому и скроется за ним. Гитлеровцы знали, что расстояние до нашей первой траншеи на данном участке равнялось примерно километру, и чувствовали себя здесь вольготно. Вот мы и решили с Вольским навести у них порядок, поднять дисциплину.

Присутствовавшие на слёте заулыбались и зашушукались, дескать: «Старшина — он и для фашистов старшина !..»

А Сурков остановился, тоже улыбнулся своей шутке, а потом продолжал:

— Определили место, с которого будет удобно «охотиться» за фрицами, пришли туда ещё затемно, устроили «гнездо», залегли в нём и хорошенько замаскировались.

Вскоре после восхода солнца мы с напарником увидели, как один из любопытных немцев вышел из окопа, потянулся и стал смотреть на восток. «Ах ты, фашистская гадина, — подумал я, — опять любуешься красотой нашей земли !   Ну подожди, подонок !» — и посадил его на мушку, а потом, затаив дыхание, плавно нажал на спусковой крючок. Треснул в морозном воздухе выстрел, и гитлеровец как подкошенный упал на спину. А через 2 — 3 минуты выскочил из окопа ещё один.

Наклонившись над лежащим, он, видимо, хотел оказать ему помощь или узнать, что стряслось. Я выстрелил ещё раз. Второй фашист упал на убитого и придавил его своим телом. Так и лежали они вдвоём. И только минут через 10 мы увидели, как фрицы, не высовываясь из окопа, начали стаскивать к себе убитых.

— Отличный порядок, товарищ старшина, вы навели у немцев ! — под весёлый шум одобрения бросил кто — то в зале…

Активно участвовал в подготовке и проведении слёта снайперов начальник политотдела дивизии старший батальонный комиссар Михаил Федотович Наконечный — перед войной крупный партийный работник, депутат Верховного Совета СССР. Исключительно чуткий и внимательный к людям, он и сейчас, слушая снайпера Суркова, не выдержал, задал вопрос:

— А как же вы, товарищ старшина, смогли целый день пролежать на снегу ?   Ведь градусов 10 было ?

— Все 15, товарищ старший батальонный комиссар, — ответил Сурков. — Но мы с напарником были так экипированы, что никакой мороз не страшен.

Вслед за Сурковым выступили его напарник Фёдор Вольский, Николай Шевченко, Александр Клочков и другие сверхметкие стрелки, каждый из которых имел на своём счету не одного убитого фашиста. Они призвали воинов дивизии усиливать удары по врагу, непрерывно увеличивать счёт истреблённых гитлеровцев…

( Из книги И. П. Рослого — «Последний привал в Берлине».   Москва. Воениздат, 1983 г. )

Это фото опубликовано в сборнике статей «Дорогами отцов»   ( выпуск № 5 ). Текст короткой заметки о снайпере М. Суркове гласит:

«Зоркий глаз фотокорреспондента находил самые разнообразные ситуации фронтовой жизни. Люди, оружием которых в основном были «лейки», карандаши и блокноты, садились в танки и самолёты, ходили вместе с бойцами в атаки, месили вместе с ними грязь по фронтовым дорогам, шутили на привалах, а главное — снимали, снимали, снимали…

Запечатлеть на фотопленку смелых воинов, показать, что от их мужества, выдержки, стойкости, умения зависит успех боя, было одной из главных задач фронтовых корреспондентов.

Вот, например, фотографии рассказывают о боевых делах знаменитого снайпера Южного фронта Михаила Суркова. Был он сибиряком, из потомственных красноярских охотников. Когда счёт уничтоженных им фашистов перевалил за 700, на очередную «охоту» против вражеских снайперов отправились с ним два кинооператора.

«Дело это трудное: снайпер обнаруживается только при выстреле, в другое время засечь его практически невозможно. Значит, требовалось вызвать противника на выстрел. Михаил срезал на огороде тыкву, надел на неё каску и высунул над бруствером ложного окопчика. Со стороны врага эта тыква с каской «читалась» как голова солдата. Потом Сурков переполз в другой окоп, метрах в 40 от ложного, сделал выстрел и стал наблюдать. Очень скоро по тыкве стали бить — вначале это были винтовочные выстрелы, потом ударил миномёт. Во время перестрелки Михаил и обнаружил снайпера противника. В тот день он убил своего 702-го врага».  (Из воспоминаний кинооператора Союзкинотехники А. Левитана. Опубликованы в «Литературной газете» от 24 февраля 1971 года в статье «Кинокамера в атаке»)  

*     *     *

Странно, что человек уничтоживший такое количество врагов не был удостоен звания Героя Советского Союза…

Следует отметить такой факт: многочисленные наградные листы на снайпера — инструктора 39-го стрелкового полка 4-й стрелковой дивизии Михаила Суркова, как правило либо «зарубались» вообще, либо награда занижалась. К примеру:

— Представили к медали «За Отвагу», но награждение почему-то «зарубили»;

— Представили к ордену Красной Звезды:

получил… медаль «За Отвагу»;

 

— Представили к ордену Ленина, но награждение почему-то «зарубили»;

— Представили к званию Героя Советского Союза:

получил только орден Ленина, но без «Золотой Звезды»;

— Представили к ордену Красного Знамени — за бой 30 ноября 1942 года, в котором его снайперский взвод в составе пехотного подразделения штурмовал позиции врага, сам Сурков метким огнём лично уничтожил 7 фашистов, ворвался во вражеский ДЗОТ и уничтожил пулемётный расчёт противника из 3 солдат, зарезал всех кинжалом:

получил орден Красной Звезды…

 

Снайперский выстрел

 

Хочу рассказать о своём отце Михаиле Ильиче Суркове. На фронте он был снайпером. Награждён орденом Ленина и многими медалями.

Родился отец в 1921 году. До войны мы жили в сибирском посёлке Большая Салырь, Ачинского района Красноярского края. Среди земляков отец славился хорошим охотником — следопытом. Умел прочесть любой звериный след, бил пушного зверя точно в глаз, чтобы не попортить шкурку. Мать рассказывала, что у него была лёгкая, пружинистая походка, зоркий взгляд, твёрдая рука, а главное, терпение, спокойствие, вера в своё охотничье счастье.

Когда началась война, отец ушёл на фронт. Там ему вручили снайперскую винтовку. Газета «Фронтовая иллюстрация» писала в дни войны:

«Снайпер старшина Михаил Сурков стреляет по врагу уверенно и точно. Раненых у него не бывает — он бьёт наповал. Когда счёт убитых им фашистов перевалил за 700, на очередную «охоту» с ним отправился кинооператор. Оба залегли в кустах. Первый же показавшийся в поле их зрения гитлеровец поплатился жизнью. Это был 702-й «сурковский» меткий выстрел».

Сейчас отца уже нет в живых. Он умер в 1953 году. Я часто вспоминаю его рассказы о снайперских делах, стараюсь во всём походить на него, на его боевых товарищей.

После 10-летки меня призвали в ряды Советской Армии — в пограничные войска. Как видно, умение метко стрелять у нас в семье передается по наследству. Я на стрельбах немало послал пуль в «десятку», учил других пограничников поражать цель наверняка. В 1966 году уволился в запас в звании сержанта. Награждён значками «Отличник Советской Армии», «Отличный пограничник».

Окончил Ачинский механико — технологический техникум и в прошлом году уехал на работу в Комсомольск — на — Амуре. Тружусь электриком в городе комсомольской славы на мельзаводе № 1. Здесь мне очень пригодились точность, аккуратность. Эти качества упорно воспитывал в себе отец. Стараюсь во всём следовать его примеру.

Алексей Сурков, электрик, город Комсомольск — на — Амуре.

источник:airaces.narod.ru

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Загрузка...
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...