Его позывной — «Сокол-17»

Вероятно, мало у какого лётчика, участника Великой Отечественной войны, военная биография сложилась так необыкновенно, как у Владимира Лавриненкова. Он побывал в плену, воевал в партизанском отряде и вместе...

Вероятно, мало у какого лётчика, участника Великой Отечественной войны, военная биография сложилась так необыкновенно, как у Владимира Лавриненкова. Он побывал в плену, воевал в партизанском отряде и вместе с тем совершил 448 успешных боевых вылетов, уничтожив около 50 вражеских самолётов лично и в группе. Благодаря прессе Геббельса, имя его обросло легендами и небылицами — в глазах врага он был коварным и кровожадным асом.

Его позывной - "Сокол-17"

Уроженец Починковского района Смоленской области, Владимир Лавриненков начинал свой жизненный путь, как большинство молодёжи страны. Окончил школу, ФЗУ, работал в Смоленске столяром. Поступил в аэроклуб, а затем в Черниговскую лётную школу, где некоторое время работал инструктором.

Первые боевые вылеты совершил на устаревшем истребителе И-15бис, который не мог догнать в воздухе даже бомбардировщики противника. В составе спешно формировавшегося полка, имевшего в наличии всего одну эскадрилью, Лавриненков вылетел на штурмовку танковой колонны врага западнее Ростова. Там он впервые встретился в небе с немецкими истребителями — этот бой едва не стоил ему жизни. Сам пилот вспоминал о нем так:

«В ту же секунду увидел, как промчавшийся мимо «Мессер» короткой очередью поджёг наш И-15бис. Потом чуть в стороне стал падать ещё один самолёт. Кто кого бьёт, я понял не сразу. Всё перемешалось, слилось в сплошную огненную карусель. В следующий миг 2 «Мессера» начали брать в клещи меня самого. Когда самолёт, шедший справа, чуть обошёл мою машину, я довернул на него и дал длинную очередь. Такую длинную, что опомнился, лишь когда умолк пулемёт.

Его позывной - "Сокол-17"

Патроны кончились, а «Мессеры» наседали. Вот — вот скрестят на мне пушечные трассы. И тогда я резко бросил «ястребок» вниз и понёсся к плавням, чтобы на их фоне слиться с землёй. «Мессеры» ринулись следом. Я прошёл прямо над верхушками деревьев, виляя из стороны в сторону. Фашисты открыли огонь, но их снаряды вонзались в болотистую почву, поднимая в воздух султанчики грязных брызг…»

Неожиданно пилоты Люфтваффе оставили Лавриненкова в покое, и он взял курс на свой аэродром. Лёгкий биплан, обшитый перкалью, свалился при посадке на крыло и встал на нос. Как оказалось, не выдержало крепление правого колеса, разрушенное вражеским снарядом. Вечером в эскадрилью вернулись ещё трое пилотов, выпрыгнувших с парашютами.

Защищая небо Ростова, Владимир Лавриненков выполнил ещё несколько безуспешных боевых вылетов на перехват скоростных разведчиков Ju-88. Скорость «Юнкерса» была значительно выше, чем у И-15бис.

Часть, потерявшую боеготовность, пополнять уже не стали и перебросили под Сталинград, где она базировалась до весны 1942 года. Затем лётчиков переучили на истребители Як-1 и включили в состав 763-го истребительного авиаполка, отправленного на Брянский фронт. 5 августа 1942 года летая на Як-1 с номером «17», Лавриненков добился первой победы — сбил истребитель Ме-109.

А через несколько дней, вылетев на «свободную охоту» в паре с Н. Тильченко, завязал тяжелейший бой на виражах с 6 Ме-110. Одиночный «Як» не мог состязаться на горизонтали с целой сворой «Стодесятых». «Сотни снарядов пересекали возможные пути выхода из боя, — вспоминал Лавриненков, — я видел огненные трассы впереди мотора, над головой, за хвостом, в глазах начинало рябить». Положение спас Н. Тильченко, своевременно набравший высоту. Атаковав «Стодесятые» сверху, он подбил 2 машины.

Его позывной - "Сокол-17"

В конце августа В. Д. Лавриненков был переведён в состав 4-го истребительного авиационного полка ( 102-я истребительная авиационная дивизия, Сталинградский корпусной район ПВО ), незадолго до этого перевооружённый на самолёты Як-7. К тому времени на его счету числилось уже 5 воздушных побед.

Впереди снова был Сталинград. Летом 1942 года над донскими степями господствовали «Мессершмитты». Действуя парами на большой высоте, они внезапно набрасывались на советские истребители вблизи аэродромов. Таким образом был обстрелян сразу после перелёта «Як» Лавриненкова — вновь пилоту пришлось садиться на одно колесо. А через некоторое время погиб Тильченко, атакованный «Мессерами» на взлёте. Обстановка в воздухе накалялась, и бои не обещали быть лёгкими.

«Крупный, физически рослый, всегда добродушный и жизнерадостный Владимир, с первых же минут привлекал к себе своей открытостью, настоящей мужской дружбой, истинным умением и кусок хлеба, и щепотку соли, и радость с печалью делить по — братски пополам. Когда я вылетал на задания с Лавриненковым, знал, что нам никакой враг не страшен…» — так вспоминал о своём друге прославленный Советский ас, дважды Герой Советского Союза Амет — Хан Султан.

В одной из схваток Амет — Хан сбил 2 «Мессера», но и сам был подбит. Ему пришлось воспользоваться парашютом, а Владимир прикрывал его приземление, не давая противнику возможности расстрелять в воздухе беззащитного парашютиста. В этом бою он был ранен в руку. За месяц боёв сержант Лавриненков провёл 40 воздушных схваток, лично сбил 9 и в группе 7 вражеских самолётов. Об одной из воздушных схваток он вспоминает так:

«Однажды мы с Борисовым вылетели на сопровождение штурмовиков и встретили 4 истребителя противника. Они быстро разделились на 2 пары, одна атаковала нас, а вторая устремилась к «Ильюшинам». Оставив Борисова против ведущей пары, я бросился спасать штурмовики. За это время немцы сумели зажечь самолёт Борисова, и он выбросился с парашютом. «Мессы» бросились к нему.

Его позывной - "Сокол-17"

Сбросив бомбы, «Илы», прижавшись к земле, пошли домой. Я же, отбивал атаки 4-х истребителей, прикрывая Борисова. Память зафиксировала место, где опустился белый купол. Противник, обозлённый неудачей, навалился на меня с новой силой. Поравда, трое из них вскоре повернули на запад. Видимо у них кончалось горючее. А четвёртый — у него был облезлый фюзеляж и какой — то разноцветный герб под кабиной, видимо решил доказать свое. Он упорно наскакивал на меня, но я каждый раз уходил из под удара.

Обороняясь, я внимательно следил за противником и ждал когда он ошибётся. Перевёл машину в набор высоты. «Мессер» за мной. Вот гитлеровец положил свою машину на спину. С такой позиции, очевидно, считал он, меня расстрелять будет удобнее. Но я не пошёл на разворот, а просто притормозил машину, убрав газ. Противник проскочил мимо и потерял меня из виду. Я чуть развернул истребитель и дал очередь. «Мессер», разматывая чёрный шлейф дыма, пошёл к земле…»

В начале октября от полка осталось одно название — его силы быстро таяли, пополнения техникой не было, летали только на уцелевших и отремонтированных истребителях. Усталые и измотанные, лётчики выполняли по нескольку вылетов в день.

В конце октября 1942 года Владимир Лавриненков, в числе 4-х лучших лётчиков полка, был переведён в прославленный 9-й Гвардейский Одесский авиационный полк ( 8-я Воздушная армия, Юго — Западный фронт ), которым командовал Лев Шестаков. В этом полку и прошла вся дальнейшая боевая деятельность лётчика. Впереди были бои под Батайском и Ростовом — на — Дону.

Его позывной - "Сокол-17"
С 10 по 31 декабря 1942 года старшина Лавриненков произвёл 21 боевой вылет, в 9 воздушных боях лично сбил 3 самолёта противника. В одном из Декабрьских вылетов в паре с Екатериной Будановой он подбил Не-111, но стрелок вражеского бомбардировщика «стеганул» очередью по правому крылу его «Яка», сорвав часть обшивки. С большим риском Лавриненкову удалось приземлиться. Это был последний вылет, из которого он привез серьёзные боевые повреждения.

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...
Adblock detector