Подвиг Виктора Лягина

Август 1941-го. Один из самых трагических и горьких месяцев Великой Отечественной войны. Красная Армия отступает, неся тяжкие потери. 16-го числа гитлеровские войска вошли в Николаев, который рейхсминистр Розенберг,...

Август 1941-го. Один из самых трагических и горьких месяцев Великой Отечественной войны. Красная Армия отступает, неся тяжкие потери. 16-го числа гитлеровские войска вошли в Николаев, который рейхсминистр Розенберг, выступая в Берлине по радио, назвал «одной из жемчужин русского Причерноморья, где немецкие солдаты чувствуют себя как на курорте». Однако миф о «курортной обстановке» очень скоро развеялся. Первый удар по оккупантам был нанесен уже в ноябре 1941 года.

НЕСПОКОЙНЫЙ КУРОРТ

Поздняя ночь. Тишину в старом городском парке, расположенном почти в центре Николаева, изредка нарушали лишь звуки моторов автомашин, въезжающих на устроенные здесь немцами военный склад и автобазу, да шаги часовых. И вдруг взрывы потрясли ночной город, вспыхнуло пламя. В огне сгорели 15 грузовиков с оборудованием и техникой и 20 тонн горючего. Погибли несколько десятков солдат и офицеров.

В январе 1942 года на том же складе в парке имени Петровского вновь была осуществлена диверсия, которая наглядно показала, что усиленные меры охраны не спасут гитлеровцев от возмездия. На этот раз они потеряли 20 автомашин с военной техникой и большое количество горючего. Конечно, эти акции не имели стратегического значения, зато произвели огромный психологический эффект. Всем стало ясно, что спокойная жизнь захватчиков в городе кончилась.

Подвиг Виктора Лягина

Но главное — осталась невыполненной задача, поставленная перед шефом судостроительных заводов Причерноморья адмиралом фон Бодеккером, — наладить ремонт и выпуск новых кораблей для Германии. В марте 1942 года был затоплен железобетонный плавучий док водоизмещением 6 тыс. тонн. Летом того же года взрывается котел у стоявшего на ремонте румынского парохода. Постоянно портится оборудование на предприятиях.

Диверсии следуют одна за другой. Самым значительным ударом для немцев явился вывод из строя Ингульского военного аэродрома. 10 марта 1942 года взлетели на воздух 2 ангара, авиамастерские, были уничтожены 27 самолетов, 25 новых авиамоторов, бензохранилище. Двое суток пылал гигантский костер. А в августе участь Ингульского разделил военный аэродром в районе Широкой Балки. Вдобавок летели под откос эшелоны, тонули суда, на длительный срок выходили из строя паровозы. В Николаеве все чаще появлялись листовки, призывающие к сопротивлению врагу, рассказывающие правду о положении на фронтах. Чувствовалось, что все эти действия направляет и координирует умелая, твердая и опытная рука…

С самого начала оккупации Николаева на квартире у Эмилии Дуккарт в доме № 5 по Черноморской улице начали часто собираться весьма влиятельные гитлеровцы. У вдовы немца-колониста звучала музыка, мастерски исполняемая очаровательной дочкой хозяйки Магдой, велись непринужденные разговоры, гости веселились. Они не чаяли души и в Викторе Корневе — муже Магды, симпатичном и обаятельном собеседнике, подкупавшем умом, рассудительностью, остроумием и великолепным знанием немецкого языка.

Корнев работал инженером на Черноморском судостроительном заводе, пользовался у оккупантов доверием и заслуженно считался высококвалифицированным специалистом. Адмирал фон Бодеккер, переводчицей которого являлась Магда, лично выписал ее супругу пропуск, дававший право ходить по городу в любое время суток. Никак не могли подумать немцы, что этот милейший человек — руководитель нелегальной разведывательно-диверсионной резидентуры капитан госбезопасности Виктор Лягин, возглавляющий одновременно николаевское подполье.

ПРАВИЛАМ ВОПРЕКИ

31 декабря 1908 года у супругов Лягиных родился сын Виктор. А всего в семье железнодорожного служащего станции Сельцо Орловско-Витебской железной дороги, что в полутора десятках километров от Брянска, было семеро детей. Потом Витя переезжает в Ленинград, где живет и воспитывается в семье своей старшей сестры Анны Александровны. Здесь он окончил среднюю школу, работал пионервожатым, инструктором Володарского райкома комсомола.

В 1929 году Виктор Лягин поступает в Ленинградский политехнический институт, на механико-математический факультет. В 1936-1938 годах трудится инженером-технологом на Ленинградском станкостроительном заводе имени Ильича. Один из тех, кто хорошо знал Виктора, много лет спустя рассказывал: «Вспоминая о нем, невольно удивляешься, как он успевал одновременно работать на заводе, учиться метко стрелять, прыгать с парашютом, водить автомашину, отлично фотографировать, заниматься тяжелой атлетикой, старательно изучать иностранные языки. Его отличали неукротимая энергия и творческое горение в работе. Это был веселый, подтянутый высокий человек с чудесными искрящимися глазами». Вторая половина тридцатых годов — это время, когда в Европе поднял голову фашизм. Лягин, как и многие другие молодые граждане СССР, стремится попасть добровольцем в Испанию. Однако по рекомендации партийных органов в июне 1938 года он становится чекистом и после окончания месячных оперативных курсов направляется в Москву, в центральный аппарат НКВД СССР для прохождения службы во внешней разведке. Вскоре Виктор уже начальник одного из отделений 5-го отдела Главного управления государственной безопасности, а потом и заместитель начальника этого отдела. Выезжает в краткосрочные командировки за рубеж для выполнения специальных заданий по линии научно-технической разведки. В июле 1939 года Лягин едет в США — помощником резидента НКВД в Сан-Франциско, где руководит сбором информации по американским военно-морским судостроительным программам и по технологическим новинкам на предприятиях Западного побережья США. Через завербованную им агентуру Центр получил технические данные и описание устройств для защиты судов от магнитных мин, сведения о планах Вашингтона по строительству авианосцев, другие ценные разведывательные материалы. Затем по июнь 1941 года Виктор Александрович был сотрудником резидентуры внешней разведки в Нью-Йорке под прикрытием должности инженера Амторга. Добился результатов в вербовочной работе и в сборе важной научно- технической информации.

Один из видных советских разведчиков, Герой Российской Федерации Александр Феклисов писал: «Прибыв в резидентуру в начале 1941 года, я несколько раз встречал ладно скроенного, красивого молодого блондина. Позднее я узнал, что это наш разведчик Виктор Лягин, работавший инженером в Амторге. Он запомнился мне тем, что порой подолгу молча сидел в углу комнаты и напряженно о чем-то думал.

Товарищи говорили, что Лягин крайне болезненно переживал развитие обстановки в Европе и агрессивность гитлеровской Германии. Вскоре неожиданно для нас он незаметно исчез — уехал в Москву. А через несколько лет из газет мы узнали, что Лягин успешно руководил нелегальной разведывательно-диверсионной резидентурой в тылу немецких войск».

Предчувствуя неизбежность войны с фашистской Германией, Лягин подал руководству рапорт с просьбой отозвать его на Родину. Возвратившись в Москву, Виктор некоторое время возглавлял отделение научно-технической разведки, а затем с группой сотрудников, главным образом — добровольцев, был направлен в Николаев для организации разведывательно-диверсионной работы.

Вспоминает генерал-лейтенант Павел Судоплатов — в период Великой Отечественной войны начальник 4-го управления НКВД, руководившего партизанскими и разведывательно-диверсионными операциями в тылу противника: «Группой в Николаеве руководил бывший заместитель начальника англо-американского отдела и научно-технической разведки НКВД Виктор Лягин. В тыл противника он отправился по собственной инициативе. Поскольку до этого Лягин работал в США, достаточного опыта контрразведывательной работы у него не было, но он горел желанием отличиться на войне. Его вело бесстрашие. Он оставил семью, все свои привилегии руководящего работника, даже личную автомашину, что было в то время большой редкостью, которую он привез из-за границы. Несмотря на мои возражения, он добился приема у Берии и лично подписал рапорт у руководства Наркомата внутренних дел о направлении его резидентом в Николаев накануне оккупации города. Обосновывал Лягин свое решение тем, что возглавить резидентуру крупных портовых районов, захваченных противником, может только человек, имеющий хорошую инженерную подготовку. Такая подготовка у него была. Однако мы категорически возражали против этого, зная, что он был довольно обстоятельно осведомлен о работе нашей разведки за кордоном. И назначение такого человека на рискованное дело противоречило нашим основным принципам и правилам использования кадров».

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...
Adblock
detector