Санный прорыв блокады

Бесценный груз собрали жители окрестных областей, оккупированных фашистами, и под носом у врага переправили через линию фронта. Почти сорок тонн продуктов спасли очень многих ленинградцев в самый страшный...

Бесценный груз собрали жители окрестных областей, оккупированных фашистами, и под носом у врага переправили через линию фронта. Почти сорок тонн продуктов спасли очень многих ленинградцев в самый страшный период блокады, когда от голода и холода каждый день гибли тысячи. Не менее важной оказалась моральная поддержка осажденному, но не сломленному Ленинграду.

Санный прорыв блокады

Юбилею подвига партизан и колхозников в эти дни посвящены торжественные собрания, митинги, встречи ветеранов в Псковской и Ленинградской областях, по которым следовал обоз.

В архиве корпункта «ВПК» в Северной столице сохранились воспоминания об этой уникальной операции одного из организаторов партизанского движения Ленинградской области Александра Георгиевича Поруценко.

Всю жизнь он работал на Псковщине (ее часть одно время входила в состав Ленинградской области). До войны возглавлял Дедовичский райисполком, после освобождения родной земли от гитлеровцев возрождал колхозы и производства, молокозавод, которым он руководил, считался одним из лучших в регионе. Лидеры такого типа – честные, бескорыстные, справедливые, болеющие за дело, преданные Родине – неизменно притягивают к себе людей, особенно в годину тяжких испытаний. Несмотря на фашистскую оккупацию, рейды карателей, выжигавших целые деревни, расстреливавших жителей, на значительной территории Ленинградской, Псковской и Новгородской областей действовал целый Партизанский край, где держалась советская власть – даже школы и библиотеки работали. И все вместе – кто оставался в деревнях, кто ушел в леса – боролись с врагом. Пускали под откос эшелоны вермахта, устраивали диверсии на складах, засады на дорогах, вели разведку, выполняли задания штаба партизанского движения. Газеты не раз сообщали тогда о «действиях партизан товарища П.». И обоз через линию фронта «провели под руководством товарища П.». Александр Поруценко рассказывал: «Идея собрать партизанский обоз с продовольствием осажденному Ленинграду родилась в Партизанском крае как народная инициатива. Оккупанты все время пытались расклеивать листовки, что Ленинград пал. Еще осенью 41-го в деревне Гористая мы взяли в плен полицая Жукова, у которого обнаружили пропуск, выданный немецким командованием, на право проезда в Ленинград. Такие же пропуска на парад на Дворцовой площади и пригласительные билеты на банкет в «Астории» находили у убитых и захваченных гитлеровских офицеров. Когда немцы обломали зубы о Ленинград, они стали распространять на оккупированной территории слухи, что город все равно сдастся. Он окружен, никакой связи со страной у него нет, жители голодают, умирают – ждите известия о падении. Разумеется, мы, партизаны, имея постоянную радиосвязь, слушая сводки Совинформбюро, говорили односельчанам, как есть на самом деле: «Город Ленина сражается и сдан не будет».

В феврале 1942-го командование Второй партизанской бригады готовило операцию в подарок ко Дню Красной армии. В деревне Железницы собрали командно-политический состав всех отрядов, чтобы спланировать нападение на немецкий гарнизон на станции Дедовичи. На это совещание прилетел представитель штаба Северо-Западного фронта полковник Алексей Асмолов. Мы попросили его рассказать о ситуации в Ленинграде. Асмолов честно сказал, что положение очень тяжелое, город продовольствием обеспечен скудно, народ голодает, каждый день умирают тысячи людей. Это взволновало партизан. Кроме усиления вооруженной борьбы здесь, в тылу, еще хотелось чем-то помочь Ленинграду. И возникла мысль: пойти по деревням, рассказать о сложившейся ситуации и собрать продовольствие, чтобы потом отправить в блокированный город. На том и порешили. Мы прекрасно понимали, что фашисты постоянно рыскают по Партизанскому краю и собрания в деревнях надо проводить с особой осторожностью. Но война есть война и, к сожалению, не все проходило гладко.

В деревню Верхние Нивы, когда уже завершался сельский сход, нагрянули около 200 карателей и стали всех подряд расстреливать из автоматов. 28 человек погибли, в том числе председатель сельсовета Михаил Воробьев, предколхоза Иван Смирнов. 9 пуль получил представитель партизанского штаба Семен Засорин… И все равно колхозники утром привезли к нам в штаб продукты, собранные для ленинградцев, и на одной из подвод – умирающего Семена Засорина. Партизанский врач Лидия Радевич оказала ему помощь, и первым же рейсом мы отправили тяжело раненного товарища на Большую землю, где его удалось спасти.

Гестаповцы попытались сорвать собрание в деревне Зеленый Клин, убили главу сельсовета, председателя колхоза, многих селян. Однако оставшиеся в живых колхозники собрали продовольствие. Стрельбу в Зеленом Клине услышали в соседней деревне Новая, оттуда тоже пришли к месту сбора подводы с провизией.

Санный прорыв блокады

Особых закромов в Партизанском крае не было. Собирали продукты, которые колхозники зарывали для себя, на черный день, как правило, в лесах, чтобы фашисты не отобрали. Каждый приносил сколько мог. Кто замороженную баранью тушу или жбан с медом, кто полкило масла или шмат сала. Люди отрывали от себя, чтобы помочь ленинградцам.

Вместе с продовольствием собирали и деньги – в фонд поддержки Красной армии и подписывали два письма партизан и населения временно оккупированных территорий: одно – в ЦК партии, другое – ленинградцам, где были такие слова: «Кровавые фашисты хотели сломить наш дух, нашу волю. Они забыли, что имеют дело с русским народом, который никогда не стоял и не будет стоять на коленях. Мы вместе с вами будем бороться до конца с захватчиками и победим!». Собранные подписи едва уместились в 13 школьных тетрадей, которые ходили по рукам от двора ко двору, от деревни к деревне. И никто не проболтался. Гитлеровцам стало известно об обозе, лишь когда бесценный груз уже прибыл в Ленинград и об этом написали наши газеты, в том числе «Правда». Деревню Нивки, где формировался обоз, каратели полностью уничтожили…

В лесу был разбит лагерь, где принимаемое продовольствие паковали и на всякий случай тут же рассредоточивали и прятали, зарывали в снег. Район тщательно охраняли. Одновременно прорабатывали маршрут. До линии фронта – 120 километров. Решили двигаться по направлению Холм – Старая Русса, по лесам, через Рдейские топи, которых немцы боялись, техника там вязла. А на санях по замерзшему болоту пройти было можно. Одновременно разведка искала наиболее подходящее место для перехода линии фронта. Это очень опасно и для двух-трех человек. Здесь же нужно было перебросить целый санный поезд. Остановились на участке между деревнями Жемчугово и Каменка.

Нужно было подготовить более 200 подвод, подобрать хорошую упряжь для лошадей, опытных возчиков. Все это предоставили колхозы, от каждого сельсовета выделялся делегат из числа боевых партизан и лучших работников. Поскольку после блокадного Ленинграда нам предстояло вернуться домой, за линию фронта, газеты о посланцах Партизанского края писали очень кратко: пулеметчик Миша, учительница Катя, Татьяна М. Вообще-то Екатерина не только открыла школу для партизанских ребятишек, но и участвовала в боях. Тетя Таня – колхозница из деревни Дровяная укрывала у себя и выхаживала тяжелораненых. А пулеметчик Миша, будущий Герой Советского Союза Михаил Харченко, к тому времени уничтожил несколько сотен фрицев. Лишь один эпизод. После нападения на немецкий гарнизон в Дедовичах гитлеровцы попытались перерезать дорогу для отхода партизан и бросили против нас более 300 карателей. Наша разведка об этом узнала, решили устроить засаду. На самом ответственном участке замаскировали Михаила с пулеметом. Он подпустил вражескую цепь метров на пятьдесят, а потом всех перебил и разметал. Фашисты оставили 80 трупов. «Золотую Звезду» Михаилу Харченко вручили как раз перед возвращением из Ленинграда в Партизанский край. После войны именем героя был назван один из колхозов Псковской области.

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...
Adblock detector