«Небесный вездеход» Иван Фёдоров

Военного лётчика Ивана Фёдорова трижды представляли к званию Героя Советского Союза. Он летал на 297 типах самолётов, начиная ещё с биплана «Авро» и кончая реактивным Ла-176. Участвовал во...

Военного лётчика Ивана Фёдорова трижды представляли к званию Героя Советского Союза. Он летал на 297 типах самолётов, начиная ещё с биплана «Авро» и кончая реактивным Ла-176. Участвовал во многих военных конфликтах. Согласно энциклопедии «Авиация и Космонавтика ( научное издание 1994 года ), в воздушных боях сбил 49 вражеских машин лично и 47 — в составе группы. Некоторые эпизоды из его бурной биографии буквально граничат с фантастикой.

Участник многих войн, выдающийся лётчик — испытатель, фирменный лётчик КБ Лавочкина, он выполнил свой первый полёт в 1929 году, а спустя почти 20 лет, осенью 1948 года, стал первым советским лётчиком, достигшим скорости звука…

"Небесный вездеход" Иван Фёдоров

И. Е. Фёдоров родился 23 февраля 1914 года в Харькове, в семье рабочего. Настоящая фамилия Ивана Евграфовича — Денисов. Его отец, будёновец Первой Конной Армии, вернувшись с Гражданской войны в Луганск, переписал сына на фамилию своего деда. Это, как говорится, от греха подальше, так как 8-летний Иван, будучи батраком у местного багатея, в отместку за побои хозяина поджёг его усадьбу, нанеся немалый ущерб эксплуататору. Воспитанием Ивана занимался дед, проживший 123 года, до самой смерти ничем не болевший, в самую лютую зиму ходивший в одной рубашке и водку пивший вёдрами. Прожил бы дедушка ещё неизвестно сколько, да наступил на ржавый гвоздь и помер от заражения крови.

Только в 14 лет у Вани Фёдорова появилась возможность продолжить образование, где он проявил немалые способности. Программу пятилетки Иван прошёл за 2 года, окончил обучение на слесаря — инструментальщика, затем — на машиниста паровоза. Да к тому же увлёкся авиацией в планерной школе и уже в 15 лет поднялся в небо ( руководителем лётного кружка в Луганске был знаменитый впоследствии лётчик — планерист Василий Степанчонок ). К лётному делу Иван относился серьёзно — выполнил нормативы мастера по 6 видам спорта: боксу, волейболу, борьбе, плаванию, фехтованию и акробатическим прыжкам на мотоцикле.

После окончания ФЗУ Фёдоров работал слесарем, помощником машиниста и машинистом на маневровых паровозах, но мечту летать не оставлял. В 1929 году окончил школу Осоавиахима по классу гражданского лётчика. В 1932 году он был призван в ряды Красной Армии и в том же году, окончив Ворошиловградскую военную школу пилотов, начал службу младшим лётчиком, а затем командиром звена в 35-й авиаэскадрилье Киевского особого военного округа.

Пилотаж юного военного лётчика Фёдорова в зоне уже тогда обращал на себя внимание напором, чёткостью линий и точной координацией. Командир звена Межтузов не раз ставил в пример молодого пилота. В 1934 году Фёдоров в лагерях под Житомиром впервые познакомился и истребителем И-16, а в 19 лет он был уже командиром эскадрильи, летал на И-15 и И-16, вывозил молодых лётчиков, совершенствовался в пилотировании и боевой подготовке.

"Небесный вездеход" Иван Фёдоров

В 1937 году, после Воздушного парада над Красной площадью его участников пригласили в Кремль. Был там и старший лейтенант И. Е. Фёдоров, уже известный среди пилотов как «пилотяга и заводила». 12 самых отчаянных лётчиков договорились проситься в Испанию. В роли ходатая этой операции был выбран Иван Фёдоров. Вскоре они были уже в Испании…

17 июня 1937 года запомнился Ивану на всю жизнь: тогда он сбил свой первый самолёт. На порт Лос — Аркасарне ( близ Картахены ), заходили 5 бомбардировщиков и 2 «Мессера». Прозвучал сигнал тревоги, Фёдоров, не раздумывая, вскочил в ближайший, только что заправленный топливом и укомплектованный патронами истребитель И-16.

Запустил двигатель и пошёл на взлет, только тогда заметив, что в сиденье нет парашюта. Иван осмотрелся, прикинул маневр, врезался в группу вражеских самолётов и резко маневрируя, связал её боем. Наконец, улучшив момент, зашёл «Мессеру» в хвост и сразил врага длинной очередью. Так впервые он испытал радость победы. Однако, этот бой вполне мог стать для него и последним… Внезапно заклинившие пулемёты едва не погубили пилота…

Испанская кампания завершилась для Фёдорова благополучно. В архивном деле № 8803 значится, что за год пребывания на испанском фронте он «совершил 286 боевых вылетов, провёл 36 воздушных боёв, в которых показал исключительные образцы ведения воздушного боя. Сбил лично 11 самолётов противника и 13 в группе…», в том числе 2 Ме-109, новую немецкую машину, считавшуюся у фашистов неуязвимой, дважды таранил вражеские машины — 18 июля и 21 августа 1937 года ( оба тарана документального подтверждения не имеют ). Однажды, перехватив одиночный «Фиат» измотал его в 20-минутном бою и заставил сесть на своём аэродроме. У самого Ивана Евграфовича сохранились записи только за 7 месяцев боёв в Испании, что составило 131 боевой вылет, с общим налётом в 160 часов 40 минут.

"Небесный вездеход" Иван Фёдоров

По официальным данным, опубликованным в последних изданиях, в небе Испании И. Е. Фёдоров совершил более 150 боевых вылетов, лично сбил 2 самолёта «Савойя-79» в районе Картахена.

«Мы сидели в кругу лётчиков и говорили о мужестве, бесстрашии, героизме.

— Маневры были в том году очень сложные, — начал свой рассказ 24-летний лётчик Н-ской авиачасти Иван Евграфович Фёдоров. — В них участвовали большими массами все виды оружия. Меня и ещё одного товарища прикомандировали к эскадрилье бомбардировщиков, которая разместилась на небольшом аэродроме недалеко от моря. На рассвете неожиданно пришло известие, что группа бомбардировщиков «противника» направляется бомбить наш аэродром. Мы взлетели навстречу «неприятельской» эскадрилье и быстро набрали высоту. После недолгого полёта я заметил внизу автомашину. Фары её тускло блестели. Она двигалась в сторону нашего аэродрома. Но почему фары так широко расставлены у этого автомобиля ? — мелькнула мысль. Нет, это не автомобиль, а самолёт, и решение возникло молниеносно.

Самолёт «противника» шёл вдоль моря. Я знал, что скоро начнётся открытое пространство, на котором можно будет дать «бой». На это пространство мы вылетели одновременно. Но я был выше самолёта «противника», и преимущество было за мной. Я сверху атаковал «вражеский» самолёт и вскоре заставил его снизиться. Покончив с одним, я пустился на поиск остальных.

Где их искать ? Пилоты «противника», конечно, давно меня заметили, и теперь будут стараться, во что бы то ни стало сбить. Я решил обмануть «противника» и уйти к морю. — Не подумают же они, — сказал я себе, — что сухопутный истребитель рискнёт уйти в море.

Несколько минут я кружился и вдруг увидел на воде тень. Она то останавливалась, то быстро передвигалась по воде. «Вражеский» самолёт был где-то близко. Я решил атаковать его, зайдя ему в хвост. Нападение было совершенно неожиданно. Пулемёты работали безотказно… Посредники зафиксировали в эту ночь 2 «сбитых» мною самолёта…»

( Из газеты «Правда», 19.08.1938 г. )

"Небесный вездеход" Иван Фёдоров

За отчаянную храбрость и великолепное лётное мастерство Начальник авиации Испанской Республики Игнасо Идальго де Сиснерос торжественно вручил Ивану Фёдорову высшую награду республиканцев — орден «Лавры Мадрида». Такую награду в СССР получили всего 5 человек, один из них — «полковник Малино» — будущий Маршал Советского Союза и министр обороны СССР — Р. Я. Малиновский.

Советское правительство так же не осталось в долгу — наградило его двумя орденами Красного Знамени. 24 февраля 1938 года капитан И. Е. Фёдоров, вместе с другими, наиболее отличившимися в боях участниками, был впервые представлен к званию Героя Советского Союза, но «Золотую Звезду» ему тогда не суждено было получить…

В память о тех огненных событиях у Фёдорова остались испанские имена — «Деабле Рохо» ( «Красный дьявол» ), которым его за смертоносные атаки нарекли испанские товарищи, и ещё имя из паспорта — Жуан. И, конечно же, — благодарственный поцелуй Ибаррури и подаренные ею патефон и пистолет «Астра».

Вскоре по возвращении из Испании, Иван Фёдоров получил назначение на должность командира 7-го ИАП. В 1939 году окончил Липецкие высшие курсы усовершенствования командиров авиаполков — бригад и стал командиром 42-го ИАП. Затем последовали ещё 2 «загранкомандировки». Первая — через Благовещенск в Китай, где майор И. Е. Фёдоров находился в качестве советника по истребительной авиации.

Вскоре после начала Великой Отечественной войны он написал командующему ВВС РККА рапорт с просьбой отправить его на фронт, но вместо этого был отправлен в Горький на завод № 21 для испытаний самолётов ЛаГГ-3 в качестве ведущего пилота. Испытывая самолёты Фёдоров душой рвался на фронт. В июле 1942 года, выполнив задание на полигоне, он берёт курс из Горького на Калинин.

После долгих приключений, найдя аэродром Мигалово, Иван на радостях закрутил приветственный комплекс пилотажа типа «знай наших» и зашёл на посадку. Вскоре к самолёту подъехал генерал М. М. Громов ( командующий 3-й Воздушной армией ), завязался разговор. Как раз в это время над аэродромом появился немецкий разведчик «Хейнкель-111», который шёл над нижней кромкой облачности. У Фёдорова прямо — таки загорелись глаза: «Разрешите, товарищ командующий, указать немцу его место приземления ?»

Бой был коротким. На глазах всей дивизии Иван взлетел, догнал Не-111 и атаковал его на высоте 1500 метров. Очередь из пушки так резанула, что отвалилось крыло. Немцы выпрыгнули на малой высоте и парашюты не успели раскрыться… Громов после посадки пожал руку Фёдорову и сказал: «Поздравляю, майор. Будем считать, что ваша фронтовая практика начата.»

Между тем руководство Горьковского завода объявило Фёдорова дезертиром и потребовало вернуть с фронта. Он послал им телеграмму: «Не затем удирал, чтобы к вам вернуться. Если виноват, отдайте под трибунал».

На душе было тревожно, но Громов успокоил: «Если бы ты с фронта удрал, тогда судили бы, а ты же на фронт». Действительно, дело закрыли, но жене, Анне, оставшейся в Горьком ( между прочим, тоже лётчице ), пришлось туго. У Громова попросил разрешения слетать за нею на двухместном самолёте Як-7. Потом с ней воевали вместе…

Громов очень быстро убедился, что Иван Фёдоров отличный воздушный боец. Уже через несколько дней он, поднявшись в воздух на самолёте ЛаГГ-3, сбил пару «Юнкерсов», причём весь экипаж, спустившийся на парашютах, был взят в плен. Громов откликнулся телеграммой: «Первый раз видел из КП, как «ЛаГГ» сбивал немца».

И вновь пошли фронтовые будни. В боях за Ржев в августе — сентябре 1942 года он сбил 4 Ju-88, 1 Do-215 и 3 Ме-109.

Приказом Главкома за № 067 от 23 октября 1942 года назначается командиром 157-го ИАП, в апреле 1943 года — командиром 273-й ИАД, а затем старшим инспектором — лётчиком Управления 3-й Воздушной армии у Громова. В этой должности принимал участие в боях на Калининском и Центральном фронте, участвовал в Курской битве. 28 мая 1943 года ему было присвоено воинское звание «Полковник».

"Небесный вездеход" Иван Фёдоров

Его жена, Анна Артемьевна Фёдорова, которую он сам когда-то учил летать, уничтожила в воздушных боях 3 немецких самолёта, — но в 1943 году сама оказалась сбитой. Раненая в ногу, она приземлилась на парашюте, спаслась, но потом долгие годы мучалась по больницам.

Интересный факт фронтовой биографии Фёдорова — командование группой штрафников. О лётчиках — штрафниках ни в «Истории Великой Отечественной войны», ни в трудах военных историков вообще нет ни слова. Прежде ничего подобного ни в одной армии мира не заводили. Полномочия дали Фёдорову большие: за малейшую попытку неповиновения расстреливать на месте. Этим правом он не воспользовался ни разу. Его штрафники сбили достаточно много самолётов, не считая сожжённых на земле, но официально на их боевые счета эти победы не записывались ( как и их командиру ).

Удалось разыскать некоторые данные о боевых действиях 157-го авиаполка, куда входила группа лётчиков — штрафников из 256-й авиадивизии, которой командовал Фёдоров. Из них следовало, что в период Ржевско — Сычёвской операции «…добрая слава шла об этом полке, на счету которого было 130 сбитых самолётов противника, а по дивизии 380». Так говорят документы.

Проблема авиаштрафников серьёзно не исследовалась и потому изрядно запутана. Среди фронтовиков бытовало мнение, что лётчиков в годы войны в штрафные части не отправляли и вместо этого переводили в штурмовые авиаполки, где заставляли летать на Ил-2 в качестве стрелков — радистов. Размещались они в самолёте задом наперёд, то есть сидели в своей незащищённой кабине лицом к хвосту, и часто гибли.

Действительно, в годы войны существовала практика наказания провинившихся лётчиков определённым числом штрафных вылетов в качестве стрелка. Так, лётчик — истребитель Л. 3. Маслов припомнил фронтовой эпизод, когда в воздушном бою 19 мая 1944 года погиб лётчик 31-го истребительного авиаполка капитан Н. И. Горбунов, посмертно удостоенный звания Героя Советского Союза. Вину за это возложили на его ведомого лейтенанта В. Д. Мещерякова, не прикрывшего Горбунова в том бою. За это Мещеряков был осуждён военным трибуналом с отсрочкой исполнения приговора и направлен стрелком на Ил-2.

Лётчик 566-го штурмового авиаполка Ю. М. Хухриков рассказывал, что к ним в полк присылали провинившихся офицеров, в том числе не являвшихся лётчиками, и они выполняли 10 полётов в качестве воздушных стрелков. У Героя Советского Союза, лётчика 820-го штурмового полка Н. И. Пургина стрелком был лётчик — истребитель майор Шацкий, у лётчика 672-го штурмового полка Г. Г. Черкашина — старший лейтенант, штурман дальнебомбардировочной авиации, который в Кременчуге по пьяному делу застрелил милиционера.

В архивных документах порой можно встретить записи, подобные следующей: лётчик 11-го истребительного авиаполка Н. Н. Исламов 21 января 1943 года осуждён военным трибуналом на 8 лет, разжалован в рядовые и направлен на 3 месяца в штрафбат. Через 2 месяца за образцовое выполнение заданий командования и проявленное мужество судимость снята и Исламов восстановлен в звании.

Здесь надо отметить, что и фронтовики, и исследователи этой темы нередко путают разные понятия — штрафники и осуждённые с отсрочкой исполнения приговора. Дело в том, что последних направляли по приговору суда не только в штрафные части. Нередко, в том числе и после издания приказа НКО № 227 от 28 июля 1942 года, их оставляли служить в обычных авиачастях. Отсрочку применяли как к рядовым бойцам, так и к командирам, которых, как правило, трибунал лишал офицерских званий. Кроме того, надо иметь в виду, что правом направления провинившихся военнослужащих в штрафные части во внесудебном порядке было наделено командование и военные советы.

Так вот, стрелками на Ил-2 чаще направляли тех, кто был осуждён трибуналом с отсрочкой исполнения приговора и не являлся штрафником. Например, инженера — капитана А. Л. Кадомцева, возглавившего после войны авиацию ПВО страны, военный трибунал приговорил на фронте к 10 годам лишения свободы за повреждённый при посадке Як-1. Самолёт восстановили в течение 1,5 суток и исполнение приговора отсрочили до окончания военных действий, направив осуждённого стрелком в 30-й бомбардировочный авиаполк.

Что касается штрафников, то они «смывали вину кровью» и в сухопутных, и в «небесных» штрафбатах. Например, известный воздушный ас Балтики Г. Д. Костылев, как и большинство других осуждённых трибуналами пилотов, воевал сначала в обычном штрафбате, ходил в разведку…

Лётчик И. И. Коновалов рассказал о том, как угодил в штрафбат после окончания Оренбургского военного училища:

«Закончил я училище, звание нам не присвоили, сказав, что это сделают на фронте, и попал прямиком… в штрафную роту. Как получилось ? А так. Ехал через Москву и задержался у матери на несколько дней. Она в госпитале, в котором работала, выписала мне липовую справку. Меня задержал патруль, отвёл в комендатуру. Там эту справку проверили, и… в декабре 1943-го я уже был на передовой в отдельной армейской штрафной роте, подчинённой 69-й дивизии 65-й армии генерала Батова. Не люблю этот период вспоминать… Я потом на штурмовиках воевал, так вот в пехоте — страшнее. После войны мне часто снилось: немец на меня автомат наставил, сейчас будет стрелять. Резко просыпаешься с мыслью: «Слава тебе господи, жив».

Можно также привести отрывок из воспоминаний командира одной из штрафных частей А. В. Кирюшкина, который писал:

«Попал к нам в батальон бывший лейтенант, лётчик. Разжаловали его по предательскому доносу, а поводом послужило то, что закурил он в самолёте не вовремя: когда объявили готовность № 1. В таких случаях принято награды отбирать. А этот свои 2 ордена Красного Знамени не отдал. Я их честно заработал, говорит, и не вам их снимать. Ну не драться же с ним ! Поставил я его во главе разведывательной группы. И, как оказалось, не ошибся. Очень скоро он привёл ценного «языка» — немецкого майора, и судимость с героя сняли. Где и как он закончил войну, не знаю, но, уверен, на задворках не остался — не тот человек».

Имя И. Е. Фёдорова связано со множеством самых невероятных историй, которых хватит не на один остросюжетный приключенческий фильм. Чего стоят, например, его многочисленные дуэли, причём не только воздушные. В основе этих историй лежат лишь рассказы самого Ивана Евграфовича и относиться к ним надо с известной долей осторожности, поскольку воздушный ас любил, видимо, приукрасить события, имевшие место в действительности. Л. М. Вяткин один из первых предпринял попытку сопоставить его рассказы с архивными документами, но не нашёл документальных подтверждений многим из этих историй. Между тем рассказ И. Е. Фёдорова об авиаштрафниках основан на реальных событиях. Хотя его утверждение о том, что это была единственная штрафная авиачасть, создание которой было санкционировано самим Сталиным, вряд ли соответствует действительности.

В 1942 году штрафные эскадрильи было предписано создать во всех Воздушных армиях на основании специальной директивы Ставки, изданной в развитие приказа № 227. Известно, например, что во исполнение этой директивы в том же районе боевых действий, где воевали авиаштрафники Фёдорова, в составе 1-й Воздушной армии была сформирована штрафная эскадрилья бомбардировщиков. Об этом написал в своих мемуарах, изданных ещё в 1986 году, генерал — майор авиации Л. А. Дубровин:

«В августе 1942 года по указанию штаба 1-й Воздушной армии в дивизии была введена так называемая штрафная эскадрилья. Замысел состоял в том, чтобы во исполнение требований июльского приказа наркома обороны пилотов, струсивших в бою, переводить в разряд штрафников, направлять для прохождения дальнейшей службы в штрафную эскадрилью и воспитывать там у них смелость и отвагу. С этой целью следовало посылать их в самые тяжёлые бои, на самые трудные задания, связанные с риском для жизни. Ценой своей жизни, кровью они, некогда проявившие трусость, должны теперь смыть с себя пятно позора. Сюда же, в штрафную эскадрилью, предполагалось направлять для исправления лётчиков, штурманов и стрелков — радистов, уличённых в шкурничестве, саботаже, жульничестве.

Лётный состав и все другие воины полков горячо поддерживали меры по решительному пресечению всех позорных явлений в армии, но не без основания лётчики рассуждали так: в воздух должны подниматься только надёжные люди. Труса, шкурника, если таковой обнаружится, надо лишать права на полёт, не допускать и близко к самолёту, не в штрафную эскадрилью отправлять, а на скамью подсудимых.

Действительно, надо ли в соединении «содержать» штрафное подразделение — задумывались и мы с полковником Ушаковым… Словом, не по душе нам пришлась эта «организационная мера»… И получилось так, что штрафная эскадрилья с первого и до последнего дня её существования так и не пополнилась».

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...
Adblock detector