Летчик — истребитель Геннадий Алексеевич Шадрин

На любой войне очень многое зависит от личности командира и его решений, обеспечивающих выполнение поставленных задач. Но также необходимы люди, способные в тяжёлый момент воздействовать на боевых товарищей...

На любой войне очень многое зависит от личности командира и его решений, обеспечивающих выполнение поставленных задач. Но также необходимы люди, способные в тяжёлый момент воздействовать на боевых товарищей своим авторитетом и личным примером. Именно на таких людей опирались командиры частей, когда предстояли особо ответственные и опасные задания. Таким человеком был Геннадий Алексеевич Шадрин. Он прошёл долгий боевой путь от рядового лётчика до командира эскадрильи 117-го Гвардейского истребительного авиаполка, став одним из его лучших воздушных бойцов, и честно заслужив высокое звание Героя Советского Союза.

Летчик - истребитель Геннадий Алексеевич Шадрин

Он родился 15 Марта 1922 года в посёлке Луньевка (пригород города Александровска) Пермской области, в семье служащего. Вскоре семья Шадриных переехала в районный центр, город Кизел, где Гена Шадрин начал учиться в технической школе и одновременно посещать авиамодельный кружок. В 1938 году он стал курсантом планерного клуба, а после окончания 9 классов, в середине 1939 года поступил в местный аэроклуб. В конце того же года Геннадий впервые поднялся в воздух на учебном У-2.

Обучение шло успешно: Геннадий настолько быстро осваивал лётные навыки, что его выпустили из аэроклуба уже в конце 1940 года, то есть всего через год учёбы, вместо 2-х положенных. Геннадий мечтал о военной службе в рядах истребительной авиации. Эта мечта сбылась в начале 1941 года, когда он стал курсантом военного авиационного училища в грузинском городке Цнори Цхали. Там Шадрин совершил свой первый полёт на истребителе И-16.

Вскоре началась Великая Отечественная война, и авиаучилище стало более интенсивно готовить лётные кадры. Разумеется, все курсанты стремились быстрее закончить обучение и вступить в схватку с фашистами. В Октябре, когда враг стоял у ворот Москвы, в училище состоялся очередной выпуск группы военных лётчиков. В их числе был и герой нашего повествования. Но на фронт в 1941 году он так и не попал: начальник училища полковник Попов распорядился оставить несколько наиболее умелых выпускников в качестве лётчиков — инструкторов. И старший сержант Шадрин к своему большому огорчению оказался среди них. Тяжело было оставаться в тылу, когда товарищи отправлялись на фронт, но, как говорится, приказы не обсуждают.

Шадрин приступил к обучению новой группы курсантов, старательно передавая им навыки, которые он сам недавно постиг в стенах училища. Между делом, писал рапорт за рапортом с просьбами об отправке на фронт. Но все они возвращались с отказом, и молодой инструктор продолжал обучать курсантов.

16 Мая 1942 года, после ожесточённых боёв, войска Крымского фронта оставили Керчь и начали эвакуацию на Таманский полуостров. Над Северным Кавказом нависла угроза вторжения немецких войск из Крыма. В связи с резким изменением обстановки на южном крыле советско — германского фронта, директивой Ставки Верховного Главнокомандования от 19 Мая 1942 года Северо — Кавказское направление было преобразовано в Северо — Кавказский фронт. 3 Августа в посёлке Ново — Алексеевка, близ Тбилиси, началось формирование нового истребительного авиаполка двухэскадрильного состава на самолётах И-16, сперва получившего номер «68-А».

Через 3 недели, 20 Августа новосозданный авиаполк был укомплектован лётно — техническим составом и материальной частью из авиационных училищ. Благодаря «протекции» товарища по училищу Семёна Лунева, назначенного комиссаром одной из эскадрилий, в этот полк вступил и Геннадий Шадрин, получивший к тому времени звание старшины. Уезжая на новое место службы, Лунев забрал с собой теперь уже бывшего инструктора Шадрина. С 21 Августа 1942 года часть стала называться 975-м ИАП.

Полк вошёл в подчинение 295-й истребительной авиадивизии, которая входила в состав 5-й Воздушной армии. Командовал 975-м ИАП Майор П. В. Герасимов. Шадрин попал в состав 2-й эскадрильи Капитана М. А. Плаксина. Ведущим у Геннадия стал Лейтенант А. Д. Федулов, с которым он выполнил свой первый боевой вылет.

26 Августа 975-й ИАП перелетел на фронтовой аэродром в Миха — Цхакая, а уже с 28 Августа начал выполнять боевые вылеты на штурмовку вражеских войск. Полк действовал в интересах 18-й, 47-й и 56-й наземных армий в районе Главного Кавказского хребта и его северных предгорий на участке Самурской долины, особенно — в направлении на Туапсе. В течение 3,5 месяцев на Сухумском направлении велась воздушная разведка и штурмовки вражеских войск в районе горных перевалов. Вскоре перед 975-м ИАП поставили задачу воздушного прикрытия военно — морской базы и города Сухуми. В начале Октября, когда полк перебазировался на Сухумский аэродром, Геннадий Шадрин получил первое офицерское звание — Младший лейтенант и был назначен командиром звена.

В конце Ноября 1942 года из-за резкого ухудшения погоды боевые действия в воздухе пошли на спад. В этот период затишья войска, действующие на Туапсинском направлении, пополнились новыми авиачастями. В 236-й ИАД были довольно ощутимые потери — в строю оставалось всего 60 самолётов. Поэтому было решено передать в состав этой дивизии 975-й ИАП. 18 Декабря полк перебазировался на аэродром «Агой». В начале Января 1943 года реорганизация 236-й ИАД завершилась, и дивизия возобновила активные боевые действия в рамках наступления наших войск на Краснодарско — Тихорецком направлении.

В этих вылетах на штурмовку вражеских войск постоянно участвовал и Младший лейтенант Г. Шадрин. Очень часто его «ишачок» с бортовым номером «100» возвращался с пробоинами от зенитного огня. А Геннадий уже давно мечтал о воздушных боях. Ему надоели рутинные атаки наземных целей, хотелось узнать, на что он способен в бою с немецкими асами.

Летчик - истребитель Геннадий Алексеевич Шадрин

Однако, из-за «специализации» полка шансов на это было немного. Основными задачами 975-го ИАП были определены разведка и штурмовка войск противника. Командование дивизии понимало, что устаревшие и изношенные «ишаки» нельзя посылать в бой против «Мессершмиттов».

Тем не менее, мечта Шадрина вскоре сбылась. Это произошло 17 Января 1943 года. В середине дня шестёрка И-16, возглавляемая штурманом полка Старшим лейтенантом С. П. Киселёвым, штурмовала вражеский эшелон на железнодорожной станции Георгие — Афипская. Сбросив бомбы, самолёты сделали ещё 2 захода вдоль состава, поливая его огнём из пушек и пулемётов. В разгар штурмовки Шадрин заметил, как сверху — сзади на самолёт Капитана М. Плаксина пикирует невесть откуда взявшийся Ме-109. Геннадий круто повернул в сторону вражеского самолёта и увеличил скорость. Пилот «Мессера» заметил его и попытался уйти вверх, но Шадрин, задрав нос «ишачка», прицельно выпустил в хвост Ме-109 пару «эрэсов». Вражеский истребитель исчез в облаке разрывов, а затем его горящие обломки рухнули на землю. Это была первая воздушная победа будущего лучшего аса 975-го ИАП.

Сегодня уже почти однозначно можно утверждать, что первым самолётом, сбитым Шадриным, был Ме-109Е-4 из состава 13.slow.Staffel/JG 52 (13-й словацкой эскадрильи). Эта часть воевала с Октября 1942 года в составе II./JG 52 (2-й группы 52-й истребительной эскадры Люфтваффе). 17 Января 1943 года двое словацких лётчиков — поручик Гертхофер и чётник Йозеф Винкур вылетели на патрулирование с Краснодарского аэродрома. В районе станицы Смоленская они обнаружили группу из 6 самолётов противника. По докладу Гертхофера, Винкур попытался в одиночку атаковать эту группу И-16, но неожиданно в его истребитель попал «немецкий зенитный снаряд». В результате Ме-109 развалился в воздухе и рухнул на землю. На самом же деле в машину Винкура угодил реактивный снаряд, выпущенный Шадриным, взрыв которого Гертхофер и принял за попадание зенитки…

Летчик - истребитель Геннадий Алексеевич Шадрин

В конце Февраля командование 5-й Воздушной армии решило передислоцировать 236-ю ИАД поближе к линии фронта, в Геленджик, на Новороссийское направление. 26 Февраля туда прибыли управление дивизии и 611-й ИАП, а 4 Марта прилетел и 975-й ИАП. Таким образом, оба полка дивизии сосредоточились на одном аэродроме.

А борьба за господство в воздухе становилась всё более ожесточённой. Жаркие воздушные схватки происходили чуть ли не ежедневно. Лётчики 975-го полка постоянно летали на боевые задания совместно с пилотами 611-го ИАП и не раз вступали в бои с противником. Но для этих двух полков главным видом боевой деятельности продолжала оставаться штурмовка. В течение месяца они совершили 374 штурмовых вылета, из них 60 — по вражеским аэродромам.

15 Марта лётчики 975-го ИАП отражали налёты авиации противника на Мысхако. В этот день шестёрка И-16 атаковала и разогнала группу «Юнкерсов», сбив один из них и повредив ещё несколько. Одного «Лаптёжника» подбил и ведомый Шадрина младший лейтенант Тимур Язычба. После боя горючего в баках истребителей оставалось мало, но уйти на свой аэродром, не дождавшись смены, лётчики не имели права. В это время со стороны моря появилась ещё одна группа «Юнкерсов». Их надо было атаковать, чтобы не дать отбомбиться по нашим войскам. Однако вновь вступать в бой над морем при таком остатке топлива означало, что назад не вернется никто…

Шадрин принял смелое и рискованное решение: он приказал всем возвращаться, а сам в одиночку атаковал бомбардировщики, заставив их нарушить строй и свернуть с боевого курса. Но тут на одинокий его «ишак» навалилась пара «Мессеров» прикрытия. Геннадию пришлось вступить с ними в бой. В этот критический момент, наконец-то, подоспели запоздавшие «сменщики», которые с ходу атаковали противника. «Мессеры» сразу «забыли» о Шадрине и ушли на свою территорию, а Геннадий, прижимаясь к земле, устремился к аэродрому. Это было ошибкой — при пересечении линии фронта по низколетящему «ишачку» немцы открыли огонь из всех видов оружия. Несколько пуль, пробив борт кабины, вонзились в плечо и ногу лётчика. Превозмогая боль, Геннадий смог благополучно довести и посадить повреждённый истребитель на своём аэродроме.

Сразу после посадки он потерял сознание. Товарищи вытащили его из кабины и увезли в госпиталь. Только через полтора месяца Геннадий Шадрин вернулся в полк и сразу приступил к выполнению боевых заданий.

В это время над Таманским полуостровом разгорелись ожесточённые воздушные сражения, в которых участвовали и лётчики 236-й ИАД. В бои были брошены все наличные силы, в том числе и полки, вооружённые устаревшими истребителями И-16 и И-153. В небе над Новороссийском и «Малой землёй» отважно сражались на стареньких «ишачках» пилоты 975-го ИАП. Шадрин на своей машине с цифрой «100» на борту штурмовал войска противника, часто летал на разведку, не раз участвовал в воздушных боях.

26 Мая наши войска предприняли наступление в районе станиц Киевская и Молдаванская. К тому моменту в составе 975-го ИАП оставалось всего 10 боеготовых И-16. Лётчикам запланировали «обычные» боевые вылеты на штурмовку вражеских войск. Однако в тот день Младшему лйтенанту Г. А. Шадрину удалось одержать свою вторую воздушную победу.

В районе станицы Киевской на шестёрку «ишачков» напали 8 Ме-109, но наши лётчики успешно отразили все атаки истребителей противника. При этом Геннадию удалось «зацепить» одного «Мессера», и тот, дымя, со снижением ушёл на свою территорию. Вероятно, это был командир группы, так как, после его ухода действия остальных немецких истребителей потеряли согласованность, и «ишачкам» удалось прорваться к цели. Они нанесли штурмовой удар, но огнём с земли был подбит самолёт командира звена Лейтенанта Ф. И. Чёрного. Лётчику удалось дотянуть до своей территории и совершить вынужденную посадку на «брюхо».

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...
Adblock detector