Лед и ярость

17 января 1915 г. завершилась Сарыкамышская операция русской Кавказской армии под командованием генерала от кавалерии Иллариона Ивановича Воронцова-Дашкова против 3-й турецкой армии, которой командовал — военный министр Энвер-паша....

17 января 1915 г. завершилась Сарыкамышская операция русской Кавказской армии под командованием генерала от кавалерии Иллариона Ивановича Воронцова-Дашкова против 3-й турецкой армии, которой командовал — военный министр Энвер-паша. В результате упорных боев турки потерпели поражение, что упрочило положение Кавказского фронта и облегчило действия английских войск в Ираке и при обороне Суэца.

Сарыкамыш — название небольшого городка, затерянного в горах на востоке Турции, на высоте 2000 метров над уровнем моря. 100 лет назад оно прогремело на весь мир, став нарицательным — символом одной из самых выдающихся побед русского оружия, и, одновременно, самых страшных и трагических эпизодов истории Турции. Именно под Сарыкамышем русская Кавказская армия в январе 1915 года начала триумфальное наступление, продолжавшееся все годы Великой войны и в какой-то момент давшее основание говорить о новом походе на Стамбул. Для турок же Сарыкамышское сражение обернулось настоящей человеческой катастрофой — по прихоти молодого и самонадеянного командующего в высокогорье в лютую стужу десятки тысяч солдат были брошены на штурм без теплой одежды и в итоге погибли от холода.

В исторической памяти двух стран события тех дней заняли разные места. Если в Турции их свято чтят, установив величественные мемориалы, то в России за годы советской власти Сарыкамышское сражение было надежно забыто, собственно, как почти вся Великая война.

Лед и ярость

Монумент турецким солдатам, погибшим под Сарыкамышем.

Фронт Николая Юденича

Боевые действия на Кавказском фронте начались в ночь на 2 ноября 1914 года, в день объявления Россией войны Турции (поводом для этого послужило нападение турецких и немецких кораблей на русские черноморские порты 29 и 30 октября). Вновь сформированная отдельная Кавказская армия должна была прикрыть весьма протяженный фронт — более 700 км от побережья Черного моря до озера Урмия в северо-западном Иране. Значительная его часть приходилась на высокогорье (с высотами более 2000 метров) с резко континентальным климатом: летом — изнуряющая жара, зимой — холод и снег, пронизывающий ветер с гор.

Основным противником русской армии стала турецкая 3-я армия, сформированная из трех корпусов (начиная с левого фланга — 10-й, 9-й и 11-й), каждый — по три дивизии. Всего в 3-й армии было до 130 пехотных батальонов, около 160 кавалерийских эскадронов и курдских сотен, около 300 орудий. Турецкие пехотные части отличались стойкостью и хорошей стрелковой подготовкой. Конница турок (в особенности курды), напротив, в боевом отношении существенно уступала ударной мощи конных казацких сотен. Номинальное командование турецкой 3-й армией осуществлял генерал Хасан Иззет-паша. Фактическое планирование боевых операций было возложено на немецкого генерала Фридриха Бронзарта фон Шеллендорфа.

Русская Кавказская армия приблизительно соответствовала турецкой. По своему составу это было в значительной степени казацкое формирование — на 120 батальонов пехоты приходилось 127 казацких сотен. Казацкие бригады, полки и сотни, прибывавшие на фронт, формировались тремя территориальными Войсками — Кубанским, Терским и Сибирским.

Основные оперативные действия Кавказской армии планировались на Сарыкамышском направлении. Здесь были сосредоточены главные силы: 1-й Кавказский армейский корпус под командованием генерал-лейтенанта Георгия Берхмана (две пехотные дивизии), 1-я Кавказская казачья дивизия (сформированная Кубанским и Терским Войсками), 2-й Туркестанский армейский корпус генерала Виктора Слюсаренко (две стрелковые бригады). Правый фланг Сарыкамышского направления прикрывали войска так называемого Ольтинского отряда (по названию села Ольты, ныне Олту, примерно в 50 км к северо-западу от Сарыкамыша — РП) — 20-я пехотная дивизия генерала Николая Истомина, усиленная 26-й бригадой пограничников. В Тифлисе (нынешний Тбилиси) дислоцировалась резервная Сибирская казачья бригада.

Кавказской армией командовал царский наместник, 78-летний генерал Илларион Воронцов-Дашков, но по возрасту и весьма расстроенному здоровью должность он эту занимал номинально. На деле управление армией осуществлял начальник штаба Кавказского военного округа, генерал-квартирмейстер Николай Юденич — будущий несостоявшийся «душитель» революционного Петрограда.

Планы «турецкого наполеона»

Идея крупной операции в районе Сарыкамыша принадлежала военному министру Османской империи Энверу-паше, которого еще при жизни прозвали «турецким наполеоном» за решительность и дерзость планов. Генерал-квартирмейстер германского Генштаба Эрих фон Людендорф дал любопытную характеристику этому человеку, к началу Великой войны входившему в так называемый «триумвират пашей», который де-факто управлял страной.

«Энвер-паша был очень даровитый человек и производил необыкновенное впечатление, — отмечал фон Людендорф в воспоминаниях. — Он был верным другом Германии. Между ним и мной существовала горячая симпатия. У него имелось солдатское понимание ведения войны, но не было основ и знания военного ремесла — не было школы. В турецких реалиях его большие военные способности не могли получить развития».

До Великой войны Энвер-паша успел принять участие в боевых схватках двух революций и трех войн (Итало-турецкая, Первая и Вторая Балканские войны). Это был человек острого ума, жесткой воли и несомненного мужества. Энвер-паша сумел хорошо «прочитать на карте» сложившуюся с началом боевых действий стратегическую позицию, которая при других условиях вполне могла привести к обрушению всего русского Кавказского фронта.

После того, как российские части перешли турецкую границу, наиболее ожесточенные бои развернулись с 6 ноября на Сарыкамышском направлении у селения Кёприкей (примерно в 80 км к востоку от Сарыкамыша). Уже на следующий день турки сосредоточили там 4 дивизии. 11 ноября под их натиском русские оставили Кёприкей и стали медленно отступать. Остановить продвижение турецкой 3-й армии удалось лишь с помощью подошедших 2-го Туркестанского корпуса и 1-й Кубанской казачьей пластунской бригады. Фронт стабилизировался к 21 ноября по линии сел Агверан и Зивин неподалеку от города Караурган (примерно в 30 км к востоку от Сарыкамыша). Севернее, на Ольтинском направлении, в полосе ответственности 20-й пехотной дивизии генерала Истомина, фронт также стабилизировался.

Лед и ярость

Генерал Отто Лиман фон Сандерс

Замысел Энвера-паши был прост как все гениальное. Учитывая, что русские войска Ольтинской и Сарыкамышской группировок оказались разделены мощным Бардизским горным хребтом, предполагалось стремительным броском пройти между ними по высокогорью. В результате турки по широкой дуге слева охватили бы выдвинутую вперед Сарыкамышскую группировку, вышли бы к ней в тыл, и значительная часть войск русского Кавказского фронта оказалась бы в котле, будучи зажатой между 11-м (с фронта) и 9-м, 10-м турецкими корпусами (с тыла). При этом, чтобы русские не успели перебросить подкрепления с фронта в тыл на оборону Сарыкамыша, Энвер-паша предполагал за 2-3 дня до броска через горы начать лобовое наступление на части Сарыкамышской группировки. Это позволяло туркам неожиданно атаковать и захватить сам Сарыкамыш, отрезав, таким образом, противнику единственный путь к отступлению. Окруженным русским частям в такой ситуации оставалось либо капитулировать, либо отступить на юг в высокогорье к селению Кагызман, где практически не было шоссейных дорог и крупных населенных пунктов, и где бы их ждала скорая гибель от мороза и голода.

В случае успеха замысел Энвер-паши мог получить дальнейшее развитие, поскольку после разгрома Сарыкамышской группировки перед турецкой 3-й армия практически не было бы русских войск вплоть до ставки царского наместника в Тифлисе, за исключением двух стрелковых бригад (3-я Кавказская в Карсе и Сибирская казачья бригада в самом Тифлисе). Причем, турецкие войска получали прямой железнодорожный тракт Сарыкамыш-Карс-Александрополь-Тифлис.

Глава Германской военной миссии в Константинополе, генерал Отто фон Сандерс, тем не менее, скептически отнесся к плану «турецкого наполеона». «Сколько у вас имеется зимних шерстяных шинелей для солдат?» — без околичностей спросил он у Энвер-паши. Выяснилось, что таковых в турецкой армии нет вовсе, а их заменяют кавалерийские бурки у конницы и шерстяные стеганные плащи у пехоты. Также фон Сандерс обратил внимание на слабое обеспечение операции всем остальным — для быстроты перехода по горным склонам турецкие 9-й и 10-й корпуса должны были идти через заснеженные хребты налегке, с минимумом не только палаток и другого инвентаря, но и артиллерии и пулеметов, что резко снижало их наступательный потенциал.

Генерал фон Сандерс посоветовал Энверу-паше перенести операцию на первую декаду марта, когда в горах еще держится снег, но световой день дольше и ночью нет столь обжигающего холода. Но военный министр не послушал мудрого совета, поскольку ему каким-то образом уже удалось заручиться поддержкой начальника штаба 3-й армии генерала Бонзарта фон Шеллендорфа.

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...
Adblock detector