Герой Советского Союза Витт Скобарихин

Когда партийная организации московской фабрики «Красный текстильщик» обсуждала заявление о приёме в ряды партии, поданное молодым мастером Виттом Скобарихиным, послышались одобрительные реплики: — Знаем, нашей, ткацкой косточки !...

Когда партийная организации московской фабрики «Красный текстильщик» обсуждала заявление о приёме в ряды партии, поданное молодым мастером Виттом Скобарихиным, послышались одобрительные реплики:

— Знаем, нашей, ткацкой косточки !

— Парень стоящий ! В деда. Его, рабочей закваски. Достоин !

На фабрике многие хорошо знали отменного специалиста деда Егора Байкова, его дочь Марию, ткачиху, и её мужа — текстильщика Фёдора Скобарихина, погибшего в Первую Мировую войну в Карпатах. 14-летним подростком пришёл в этот рабочий коллектив их первенец — Витт, названный несколько необычным в православии, но числящимся в церковных святцах именем, в честь мастера цеха, уроженца каких — то западных земель. Поначалу парнишка трудился картонщиком ( есть такая должность в текстильном производстве ), а затем, окончив фабрично — заводское училище и продолжая работать в цехе, поступил в вечерний техникум. Словом, поддержал добрые трудовые традиции семьи — славной династии рабочих бывшей Голутвинской мануфактуры.

В пору первой пятилетки, как известно, в нашей стране широко развернулось строительство отечественной авиации, усилилась подготовка лётных кадров. В январе 1931 года IX съезд ВЛКСМ принял решение о шефстве над Красным Воздушным Флотом. Прозвучал призыв: «Комсомолец, на самолёт !» Тысячи юношей и девушек откликнулись на этот призыв, поступали в авиационные школы, приходили в авиационные части. Авиация страны, особенно военная, быстро развивалась. В мае 1931 года уехал на учёбу в военно — теоретическую школу ВВС и студент выпускного курса техникума Витт Скобарихин.

Перед тем как отправиться на учёбу, будущие авиаторы беседовали с тогдашним начальником Военно — Воздушных Сил Я. И. Алкснисом. Тот живо обрисовал молодым ребятам и предстоящие трудности, и радости, которые в полной мере испытает каждый, овладевший искусством полёта. И всё, о чем говорил командарм, сбылось. Витту Скобарихину и его товарищам довелось немало потрудиться, осваивая утлые «Аврушки», а затем более строгие в управлении фанерные Р-1.

Хотя курс обучения был насыщенным и трудным, Скобарихин, имея среднее образование, учился успешно. В январе 1932 года он закончил учёбу в Ленинграде и затем в течение полутора лет продолжал образование в Энгельсской школе военных лётчиков.

В 1933 году Витт Скобарихин стал военным лётчиком. Авиационный отряд, в который Скобарихин получил назначение после окончания учёбы на должность старшего лётчика, размещался в одном из самых неблагоустроенных военных городков Забайкалья. Там, в суровых условиях, на разных аэродромах ему выпало прослужить почти 10 лет. Сначала летал на самолётах — разведчиках Р-5, а потом его перевели в истребительную авиачасть, где он освоил И-5 и более скоростной И-16.

Суровая природа, неблагоприятные климатические и бытовые условия осложняли учебно — тренировочный процесс и жизнь лётчиков, но, с другой стороны, закаляли их физически и морально, вырабатывали способность переносить лишения и трудности. Служба у Скобарихина шла успешно. В одной из характеристик того времени отмечалось:

«Лейтенант Скобарихин одним из первых освоил новый истребитель И-16. Летает грамотно. Стрельбу по конусу выполнил отлично. Инициативен, требователен к себе и подчинённым. Авторитетом пользуется. Заслуживает присвоения очередного воинского звания «Старший лейтенант».

Однополчане нередко любовались его чёткой работой в пилотажных зонах; каждая фигура — от простейшего боевого разворота до сложного иммельмана — выполнялась им с безукоризненной чистотой. В учебных воздушных боях, во время стрельб по конусам или наземным мишеням он всегда был одним из наиболее умелых. Сюда, в Забайкалье, нет — нет да и доносились вести о том, как отважно сражаются советские лётчики — добровольцы в далекой Испании, трудовой народ которой мужественно боролся с фашизмом. Скобарихина интересовали тактические приёмы, используемые нашими авиаторами в воздушных схватках в небе Барселоны, Гвадалахары и Мадрида. Иные из них он старался освоить в тренировочных полётах. Не оставлял без внимания и боевой опыт, полученный советскими истребителями — добровольцами, помогавшими народу Китая вести освободительную войну против империалистической Японии. Узнавая подробности действий лётчиков — добровольцев, Скобарихин по — доброму завидовал им, сожалея в душе, что не находится среди них.

Но пришло и его время. Весенним утром 1939 года полк, вылетев по тревоге, приземлился на полевой посадочной площадке в монгольской степи и сразу вступил в воздушные бои с японскими лётчиками, которые поддерживали вторжение своих войск на территорию дружественной Советскому Союзу Монгольской Народной Республики. Развязывая этот вооружённый конфликт в районе реки Халхин — Гол, японские милитаристы намеревались превратить Монголию в свой плацдарм для нанесения в дальнейшем ударов с юга на север, затем выйти на Транссибирскую железнодорожную магистраль, захватить Сибирь и другие районы нашего государства. Правительство СССР, выполняя договор о взаимопомощи, дало указание своим войскам защищать монгольские границы так же, как границы нашей страны. Началась необъявленная война, длившаяся более 100 дней, в ходе которой японские захватчики были наголову разгромлены.

В начале боевых действий старший лейтенант Скобарихин был помощником командира 2-й эскадрильи. Выбывал из строя руководящий состав полка, и Витт Фёдорович вскоре стал командиром эскадрильи.

Герой Советского Союза Витт Скобарихин

На первых порах полку не повезло. Эскадрильи вылетали к Халхин — Голу в полном составе, а на свой аэродром возвращались считанные машины. Кого — то сбивали в воздушной схватке, у кого — то оказывалась неисправной материальная часть. В этих первых боях погиб друг Витта — Николай Черенков. Эскадрилья Скобарихина пока что потерь не имела, однако и победами похвастать не могла.

Положение резко изменилось, когда в район боевых действий прибыла группа опытных лётчиков — асов во главе с комкором Я. В. Смушкевичем. Обладая солидным боевым опытом, приобретённым в небе Испании и Китая, они стали наставниками ещё недостаточно обстрелянных авиаторов. Боевым инструктором Скобарихина, о котором он с благодарностью вспоминал, был Горой Советского Союза Борис Смирнов.

— И он, и другие асы прежде нечто учили нас хорошо переносить большие перегрузки, тренировали в быстроте взлёта по тревоге, — вспоминал Витт Фёдорович. — И то и другое было очень важным. Прежде, до боевых действий, мы пилотировали чисто, но излишне плавно. А воздушный бой потребовал пилотажа более стремительного, резкого, при котором возникают сильшые перегрузки. Быть способным переносить их — значит увереннее выполнять боевой маневр, вести огонь по противнику наверняка. А предельная быстрота взлёта, когда в небе неожиданно появлялись вражеские самолёты, тоже создавала преимущества в схватке с ними.

Герой Советского Союза Витт Скобарихин

И дела постепенно пошли лучше. Запомнилось 22 июня 1939 года, в котором Скобарихин открыл свой боевой счёт. Над монгольской степью несколько часов длился ожесточённый бой. Со стороны противника — 120 самолётов, с нашей — около 100. Когда в машине кончалось горючее, лётчик вёл её на посадку, заправлялся бензином, брал боеприпасы и снова устремлялся в бой. В небе то и дело вспыхивали факелы загоравшихся самолётов, распускались парашюты пилотов сбитых машин. В этой огненной купели приняли боевое крещение многие лётчики 22-го полка, потерявшие в тот день своего командира Н. Г. Глазыкина. Полком стал руководить майор Григорий Пантелеевич Кравченко. Под его началом ещё более укрепилось боевое мастерство лётчиков всех 6-ти эскадрилий части.

С того дня в небе над Халхин — Голом почти ежедневно разыгрывались крупные воздушные схватки. А в период Баянцаганского сражения Скобарихин поднимал свою эскадрилью в воздух по 4 — 5 раз в день.

20 июля 1939 года, Скобарихин в неравном бою, выручая своего товарища — старшего лейтенанта В. Н. Вусса [ Впоследствии, в годы Великой Отечественной войны, генерал — майор авиации Вусс Василий Никифорович командовал 309-й истребительной авиационной Смоленской Краснознамённой дивизией ] — смело пошёл на таран японского истребителя. Сбив его, он, несмотря на повреждение машины, сумел дотянуть до своего аэродрома. Это был один из первых таранных ударов.

С того летнего дня прошло более 40 лет, но Витт Фёдорович отчётливо помнил все детали той ожесточённой схватки. Не заглядывая в сохранившиеся с той поры листки дневниковых записей о действиях эскадрильи, он мог рассказать очень многое о подвигах своих однополчан, в том числе и тех, кто впоследствии также удостоился высокого звания Героя Советского Союза: Николая Гринёва, Виктора Чистякова, Антона Якименко, Василия Трубаченко…

А подробности боя таковы. В тот день эскадрилья уже в 4-й раз вылетела в район Халхин — Гола на прикрытие своих войск. Шли девяткой и, как принято было в ту пору, плотным строем. Высота — 3500 метров. Несколько выше — сплошная облачность. Из — за неожиданно вывалился отряд японских И-97. Окраска у них сверху белая, снизу — голубоватая. При таком камуфляже в воздухе их сразу и не заметишь. Один из ещё не обстрелянных лётчиков эскадрильи, Василий Вусс, в это время, видимо, из — за неполадок в работе мотора несколько отстал от строя. Скобарихин увидел, как к отставшему устремились 2 японских самолёта.

Просигналив «клевком» летевшему рядом комиссару эскадрильи Фёдору Голубю ( радио тогда на самолётах не было ) — принимай, мол, командование на себя, Скобарихин круто развернулся и пошёл в лобовую атаку на противника. Открыл заградительный огонь, а с дистанции 150 метров — прицельный. Видел, как пулемётные трассы впивались в обтекатель мотора японского самолёта, но пилот его оставался невредимым.

— И такая тут меня злость взяла, — рассказывал Витт Фёдорович, — что решил таранить самурая. О таком способе атаки, давным — давно применённом Пётром Нестеровым, мы, лётчики, не раз поговаривали между собой. Противник, испугавшись лобового удара, задрал машину. А я винтом своего И-16 рубанул её по фюзеляжу, плоскостью задел за колесо шасси…

Герой Советского Союза Витт Скобарихин

Японский самолёт стал беспорядочно падать. Машину Скобарихина затрясло, она вошла в крутую спираль. При ударе Скобарихин потерял сознание. Очнувшись, расстегнул было пряжку привязных ремней, чтобы выпрыгнуть с парашютом. Но видя, что высота ещё есть, попытался вырвать И-16 из спирали. На высоте 150 метров это удалось сделать. Несмотря на погнувшийся винт, он долетел до своего аэродрома и, чтобы не мешать взлетам и посадкам других машин, приземлился неподалеку в степи. Сюда на полуторке вместе с инженером Тонетко срочно прибыл комполка Кравченко. С присущей ему резковатостью поинтересовался:

— Столкнулся, братец ? С кем же ?

А инженер, уже осматривавший машину, достал из повреждённого крыла какой — то металлический обломок и кусок резины и воскликнул:

— Да он же, Григорий Пантелеевич, таранил противника !

На кусках металла и резины отчётливо чернели японские иероглифы…

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...
Adblock detector