Гангутское сражение

27 июля 1714 года, у мыса Гангут (полуостров Ханко) в Финском заливе, русский флот разгромил шведский. Это была первая в истории России крупная морская победа русского флота. Русским...

27 июля 1714 года, у мыса Гангут (полуостров Ханко) в Финском заливе, русский флот разгромил шведский. Это была первая в истории России крупная морская победа русского флота. Русским флотом командовал Фёдор Апраксин и государь Пётр Алексеевич. Победа у полуострова Гангут обеспечила русскому флоту свободу действий в Финском и Ботническом заливах, теперь корабли могли оказать эффективную поддержку русским сухопутным силам и нанести удар по побережью Швеции.

Предыстория

В битве под Полтавой 27 июня 1709 года русские войска нанесли шведской армии решительное поражение. Победа под Полтавой дала возможность закрепить успехи русского оружия на берегах Финского залива и бросить вызов морскому могуществу Шведской империи на просторах Балтийского моря. Пётр принял окончательное решение о переносе столицы в Санкт-Петербург.

Крупные соединения русской армии, готовившиеся оборонять внутренние области Российского государства от шведского вторжения (Карл XII планировал вторжение с целью захвата Москвы), были переброшены на балтийское направление. Необходимо было вытеснить шведские войска с побережья Финского и Рижского заливов.

Во взаимодействии с кораблями Балтийского флота, русская армия добилась крупных успехов. В марте 1710 г. корпус под командованием адмирала графа Федора Апраксина по льду Финского залива вышел к Выборгу – стратегической шведской крепости, осадил её и при поддержке флота, 12 июня занял город. Выборгский поход Балтийского флота стал отличным уроком для личного состава. В этом же году были достигнуты решительные успехи в Эстляндии и Лифляндии: русские войска взяли Ригу, Пернов и Ревель. Балтфлот получил важные базы.

Однако, несмотря на серьёзные поражения, потерю важнейших территорий и оборонительных рубежей, развал в экономике, шведское правительство упорствовало и продолжало войну. Шведам удалось толкнуть Османскую империю против России. Это несколько замедлило наступление русских вооруженных сил на балтийском направлении. Только ценой отказа от Азова Пётру Алексеевичу удалось заключить мир с Портой. Это позволило снова сосредоточить все силы в борьбе против Шведской империи и возобновить активные боевые действия на Балтийском море.

В кампанию 1713 года русские войска взяли шведские опорные пункты на северном берегу Финского залива. Русская армия взяла Гельсингфорс, Бьернеборг, Вазу и вышла к побережью Ботнического залива.

Шведское командование решило не дать русским войскам использовать те возможности, которые открылись перед ними с выходом к восточному берегу Ботнического залива. Для этого необходимо было блокировать русский флот в Финском заливе, не дав ему прорваться к Або-Аландским шхерам, где русские галеры имели преимущество над парусным шведским флотом и далее. В Стокгольме решили сосредоточить основные силы флота в наиболее удобном для этого месте – у полуострова Гангут. Полуостров, расположенный у устья Финского залива, далеко выдвигался в море и возле него были большие глубины, позволявшие действовать большим кораблям. До Гангута русские корабли могли продвигаться на запад вдоль берега, шхерами, среди множества островов, островков, скал и проливов между ними, где шведский парусный флот не мог атаковать русский галерный флот. Но, у Гангута встреча была неизбежной. Здесь проскользнуть мимо шведского флота казалось было нельзя.

Уже во время кампании 1713 года русское командование направило на разведку одного из самых опытных командиров гребного флота капитан-командора Матвея Христофоровича Змаевича. Он должен был найти путь к Або, т. н. «внутренний фарватер», то есть наиболее близкий берегу. Однако шведские корабли уже тогда блокировали этот путь. Позднее были предприняты новые попытки найти обходной путь, но они не привели к удаче. Как отметил Пётр Алексеевич: «… ни коими мерами от больших кораблей пройти невозможно, ибо на многие мили чисто и нигде островов нет». Русский царь попытался обратиться за помощью к союзникам, к Дании, но безрезультатно. Нужно было прорываться из Финского залива своими силами.

Русское руководство предприняло активные меры по наращиванию военно-морского потенциала. В 1713-1714 гг. на балтийских верфях заложили столько кораблей, сколько никогда здесь не закладывали. Для укрепления Балтийского флота работала вся держава. В конце года в Финский залив смогли пробиться построенные в Архангельской верфи корабли «Рафаил» и «Гавриил». Из Архангельска прибыли и моряки. Кроме того, Пётр купил несколько кораблей за границей. Весной 1714 года в Ревель пришли 5 кораблей, их дооснастили и вооружили в русских портах. Ценой напряженных усилий силы флота значительно выросли. Весной 1714 года в составе Балтфлота было 16 линейных кораблей (они уступали шведским по мореходным качествам и вооружению), более 150 галер, полугалер, скампавей и большого количества вспомогательных и транспортных судов.

В марте 1714 года, когда большая часть Финского залива была ещё скована льдом, шведский флот вышел из Стокгольма и Карлскроны. Командовал эскадрой адмирал Густав Ватранг. Младшими флагманами были вице-адмирал Лилье, контр-адмиралы Эреншёльд и Таубе. В состав флота входило 16 линейных кораблей, 5 фрегатов и около 10 других судов. В середине апреля шведские корабли вышли к Гангуту. Сначала корабли остановились у мыса Гангут. 27 апреля на корабле «Бремен» прошел военный совет. Было принято решение занять позицию у бухты Тверминне, которая была недалеко от перешейка. Здесь ширина полуострова не превышала 2 вёрст, и можно было соорудить «переволоку» для гребных судов, перетащить их по суше. Главные силы шведского флота под командование Ватранга перешли в бухту Тверминне, а часть сил оставили крейсировать у входа в залив.

Однако, вскоре шведское командование получило важные сведения о серьёзном усилении русского флота. Поэтому было принято решение, что позиция у Тверминне удалена от основного фарватера и неудобна для перехвата русского парусного флота, если он попытается прорваться из залива. К тому же бухта ухудшала маневренность флота. Шведский военный совет решился вернуться к мысу Гангут.

Гангутское сражение

Сражение при Гангуте 27 июля 1714 года. Русский художник-маринист Алексей Петрович Боголюбов. 1875–1877

Поход русского флота. Прорыв у мыса Гангут

Тем временем русский флот завершал подготовку к походу. Русское командование решило, что главным операционным направлением будут Аландские острова. Первоначально планировали совершить решительную атаку на Карлскрону или Стокгольм, но для этого требовалось соединить силы с датчанами. Но, Дания не решилась на такую операцию. Поэтому пришлось ограничиться окончательным захватом финских владений Швеции.

9 (20) мая 1714 года русский галерный флот под началом Фёдора Апраксина (около 100 судов с 15-тыс. десантом) вышел из Санкт-Петербурга к Кроншлоту. Гребной флот должен был высадить десант у Або. В середине июня гребной флот прибыл в Гельсингфорс. Корабельный флот под началом Петра сосредоточился в Ревеле. Он должен был отвлекать внимание шведского флота и прикрывать гребной флот.

21 июня Апраксин продолжил поход и через несколько дней прибыл в Тверминне. В течение почти месяца враги наблюдали друг за другом. В конце июня и начале июля Апраксин и Вейде лично произвели разведку со стороны моря и со стороны мыса. Апраксин предложил царю несколько вариантов действий: 1) «арендовать» датский флот, заплатив большую сумму и совместными усилиями русско-датского флота прорвать боевые порядки противника; 2) попытаться русским корабельным флотом отвлечь врага активными демонстрациями, чтобы галеры прорвались в это время дальше; 3) попытаться обойти шведский флот во время штиля; 4) отказаться от похода. Ожидая прибытия Петра, Апраксин установил наблюдение за противником, занял Гангутский мыс гвардейскими батальонами, возвёл там полевые укрепления и установил береговые батареи, чтобы помешать возможной высадке шведского десанта. 20 июля прибыл Пётр. Он решил не рисковать парусным флотом.

В итоге русское командование решило создать «переволоку» в самой узкой части перешейка, соорудить помост для переброски части гребных судов по суше. Это должно было смутить шведов и заставить их совершить ошибку, что позволяло главным силам прорваться в Або-Аландский район. Для устройства «переволоки» выделили 1,5 тыс. солдат.

Ватранг в это время составил план атаки русского флота в бухте Тверминне. Он решил оставить у Гангута несколько кораблей и основными силами ударить по галерному флоту Петра. Однако утром 25 июля шведскому адмиралу сообщили, что русские сооружают помост и собираются перетащить суда по суше. Это смутило Ватранга, и он стал думать о других способах помешать врагу. Шведский адмирал решил разделить свои силы на три отряда. У Гангута оставалось 7 линейных кораблей и 2 фрегата под началом Ватранга. Часть шведской эскадры под началом вице-адмирала Лилье — 8 линейных кораблей, 2 бомбардировочных корабля, пошла к Тверминне, чтобы ударить по русскому флоту. Галерный отряд под командованием контр-адмирала Нильса Эреншильда — 1 фрегат, 6 галер и 3 шхербота, отправили к северо-западному выходу переволоки для перехвата русских судов в момент их спуска на воду. В полдень 25 июля отряды Лилье и Эреншильда выступили. Таким образом, силы шведского флота были раздроблены, появилась уникальная возможность для уничтожения части вражеских сил.

Вскоре русский дозор сообщил о разделении вражеского флота. Пётр, чтобы изучить обстановку, с отрядом из 20 галер вышел из бухты к дозору. Царь обнаружил, что шведская эскадра действительно разделена. К тому же наступил штиль и полностью сковал действия парусных кораблей. Отряд Ватранга теперь не мог маневрировать, и его сил не хватала для того, чтобы перекрыть большую часть залива огнем корабельной артиллерии. Шведские корабли стояли у берега. Пётр сразу оценил выгодность момента, галерный флот получил приказ готовиться к прорыву.

Утром 26 июля 1714 года командир авангарда Змаевич получил приказ «объехать» противника. В передовом отряде было 20 галер. Необходимо было обойти вражеский флот морем, достичь шхерного района к северо-западу от Гангута. Для этого нужно было на максимальной скорости пройти более 15 миль на веслах, при этом быть в готовность отразить удара врага. Первоначально суда скрывали шхеры, но затем шведы обнаружили их и подняли тревогу. Змаевич удачно прошёл позиции шведов с моря, за ним прошел и сторожевой отряд Лефорта (15 скампавей). Отряду Лефорта пришлось несколько больше удалиться в море, так как шведские корабли при помощи буксировки шлюпками смогли немного отойти от берега. К 11 часам оба русских отряда соединились и пошли в глубь Абоских шхер.

Неожиданное появление русских галер ошеломило шведов. Шведы пытались достать русские суда с помощью артиллерии и приблизить корабли к месту прорыва с помощью шлюпок, но безуспешно. А отряд Лилье остался лишь свидетелем прорыва русского авангарда.

Надо отметить, что когда русские галеры миновали мыс, навстречу им вышли несколько шведских кораблей. Это был отряд контр-адмирал Таубе (1 фрегат, 5 галер, 6 шхерботов), которого Ватранг вызвал с Аландского архипелага к Гангуту, на соединение с главными силами флота. Галеры Змаевича открыли артиллерийский огонь по противнику. Однако, Таубе не принял боя и повернул назад. Затем шведский командир оправдывался тем, что «… принужден был повернуть немедленно назад, чтобы не быть взятым». Несмотря на преимущество в артиллерийском вооружении корабли Таубе отступили. Таубе решил, что перед ним весь русский флот.

К полудню погода стала меняться. Подул слабый ветер. Ватранг поднял сигнал кораблям Лилье вернуться к мысу. В результате силы шведского флота были снова сосредоточены. Ватранг построил флот в две линии. Это исключило возможность прорыва русских галер прежним путем. К тому же теперь русский флот оказался разделенным.

Однако наблюдая за врагом, русские заметили, что у шведов есть слабое место. Ватранг совершил новую ошибку. Шведский адмирал, чтобы быстрее соединиться с Лилье, повел свои корабли ему навстречу, и открыл путь у самого берега. Здесь могли пройти гребные суда, имевшие небольшую осадку. Русские командование не упустило и этот шанс. Теперь было решено пойти на прорыв не со сторон моря, обходя вражеский флот, а в проход между эскадрой Ватранга и берегом. Сначала хотели начать наступление ночью, но у берега было много камней и движение ночью могло привести к серьёзным повреждениям. Прорыв назначили на утро 27 июля.

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...
Adblock
detector