Анастасия Захарова — боец трудового фронта

Идти дальше сил уже просто не было, и стали мы жить соседями с врагом. Хотя, какое это соседство? Страх и ненависть одни. Они – в нашей старой светлой...

Идти дальше сил уже просто не было, и стали мы жить соседями с врагом. Хотя, какое это соседство? Страх и ненависть одни. Они – в нашей старой светлой горнице. Мы – в закутке, в чулане без окон. Особенно поразило меня то, что немцы, вроде, культурный народ, а вели себя в быту так, словно за войну начисто одичали! Не стеснялись, извините, даже сидя за столом газы пускать! Я как-то не выдержала, сказала одному, который по-русски понимал, прямо в глаза: «Что ж ты, пакостник, взрослый человек, образованный, наверное, земляк Шиллера и Гете, а так себя ведешь?». Сказала – и обмерла. Мне – семнадцать, я в его глазах – просто чужая оборванная девчонка. Никто! А вдруг застрелит? А он хмыкнул – и на полном серьезе отвечает, мол, сдерживать естественные физиологические реакции организма для здоровья не полезно. И поняла я тогда, что недолго им здесь оставаться – человек, который утратил элементарные зачатки культуры, – не человек вовсе, и уж тем более – не боец. Прогонят их наши вскоре!

Анастасия Захарова — боец трудового фронта

Оккупанты на постое. Немцам — чаек из самовара и теплая печь, хозяйке дома — чулан для ночлега и сухарик в подаяние…

День, когда пришли наши, помню, словно это было не вчера даже – нынче поутру! 23 февраля, советский солдатский праздник, день освобождения Курска. Видите, как все совпало – радость к радости тянется! Натерпелись мы горюшка выше крыши, а теперь уж все, хватит! И началась возвращаться к жизни моя семья, несмотря на то, что война из нее, в общей сложности, семерых отняла.

Мама холеру перенесла, ослабела, умерла вскоре. Унесла болезнь и брата, и некоторых других родственников. Старшие мужчины к тому времени сложили голову на фронте. А отец, хоть и не брали его поначалу, все-таки добился того, чтобы поехать воевать… Могилка его в Венгрии, в сорок четвертом отца не стало…

Нас, комсомольцев, рвавшихся тоже добивать фашизм, на фронт не взяли. Но добровольцев послали в Павлодар – строить ДОТы. Это на военной карте ДОТ – долговременная огневая точка – маленькое пятнышко, землянка, из которого торчит жерло орудия. А на деле надо было в тяжелой земле выкопать лопатами огромную ямищу, выложить ее стены толстенными бревнами, чтобы не осыпались от чужой канонады, а потом сверху такими же кряжами накрыть в три наката, да еще и землей утрамбовать. И всю эту работу делают руки шестидесятилетних дядек непризывного возраста, шестнадцатилетних полуголодных допризывников и худеньких хрупких девушек-комсомолок. Надо – значит надо! И подогревало наше стремление сделать ДОТы скоро и тщательно осознание того, что готовим мы позицию, с которой скоро начнется наше контрнаступление. Начнется окончательное изгнание врага с нашей земли.

Анастасия Захарова — боец трудового фронта

На оборонных работах.

Вскоре моей сестре пришла бумага из военкомата. Она обрадовалась – может, на фронт возьмут! Но была так слаба, что ехать вместо нее решилась я. А фронт оказался трудовым: сформировали из молодежи строительную бригаду и отправили наш «трудовой десант» в Подмосковье. Уезжая сюда – как выяснилось потом, навсегда, – я взяла с собой в узелок с пожитками потрепанную книжку стихов Тараса Шевченко. Память о детстве, последнюю книжку, что уцелела в моих скитаниях. Она и сейчас со мной. И даже если подведет зрение – простые и певучие стихи великого украинца я помню наизусть. Как бы ни ломала человека жизнь – надо хранить в душе что-то по-настоящему прекрасное.

Анастасия Захарова — боец трудового фронта

Книгу Тараса Шевченко 1939 года издания в семье Захаровых хранят, как талисман.

Мы строили военный завод в Подмосковном Дзержинском, восстанавливали предприятия соседнего Лыткарина. Не всем дано сжимать винтовку, идя в атаку на врага, – кому-то надо сеять хлеб, варить чугун, отливать пули… или строить заводы. Только так приходит Победа.

И она пришла. Ничего, что мне не довелось стать филологом-славянистом, я потом всю жизнь так и работала со строителями, возрождала жизнь страны после войны. Стихи все равно оставались со мной… Томик Тараса Шевченко довоенного издания я часто читаю вслух. И внукам говорю: не может народ, который породил такого поэта, вновь безропотно стерпеть ложь и рабство, которое ему сегодня навязаны чужими людьми.

Анастасия Захарова — боец трудового фронта

источник: polkrf.ru

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...
Adblock
detector