Тевтонские камикадзе

Вторая мировая война стала полноценным полигоном для испытаний различных классов вооружений, военной и специальной техники, создававшихся во всех ведущих странах мирах, а также привела к радикальной модернизации уже...

Вторая мировая война стала полноценным полигоном для испытаний различных классов вооружений, военной и специальной техники, создававшихся во всех ведущих странах мирах, а также привела к радикальной модернизации уже известных, а также к созданию совершенно новых образцов оружия. Одним из них стали человекоуправляемые торпеды, или, как их чаще именуют, человеко-торпеды. Первыми их массированно применили итальянцы, а затем они поступили на вооружение британских, японских и немецких военно-морских сил (ВМС). В составе ВМС гитлеровской Германии – кригсмарине – вооруженные человеко-торпедами типов «Негер» и «Мардер» подразделения вошли в состав специального соединения «К», которое возглавил вице-адмирал Хельмут Хейе. Однако с первых же дней вице-адмирал Хейе столкнулся с рядом серьезных проблем, главными из которых стали: во-первых, отсутствие специальной военно-морской техники и снаряжения, предназначенных для проведения морских диверсионных операций, и опыта разработки таких средств, а во-вторых, отсутствие подготовленных кадров. И если первая проблема достаточно быстро была решена, то на успешное решение второй потребовалось больше времени, усилий и ресурсов.

ТРЕБУЮТСЯ ДОБРОВОЛЬЦЫ

Известное изречение гласит: кадры решают все. В случае с кадровой проблемой соединения «К» это было верно как никогда, поскольку в значительной степени успех боевого применения человеко-торпеды зависел именно от уровня мастерства первой ее «составляющей», то есть человека. Именно на водителе лежала ответственность за безошибочный вывод человекоуправляемой торпеды в назначенный район, где находились корабли или суда противника. Именно от него зависела своевременность обнаружения цели и точность наведения боевой торпеды. И именно от запертого в тесной «кабинке» человекоуправляемой торпеды моряка зависела «сама жизнь» данного комплекса вооружения. Фактически других средств обнаружения угрозы со стороны патрульных кораблей или авиации противника, кроме как глаз и «чутья» ее водителя, у германской человеко-торпеды не было и в помине.

Однако набрать в кандидаты в водители человеко-торпед военнослужащих, желательно имеющих хоть какое-либо представление о военном флоте и войне на море, на последнем этапе Второй мировой войны в Германии оказалось не так просто – недостаток в квалифицированных кадрах стала испытывать уже вся военная машина рейха. Вдобавок командующий кригсмарине гросс-адмирал Карл Дениц заявил Хейе, что не сможет выделить ему опытных офицеров из подводных сил «ввиду нехватки кадров для строящихся на стапелях субмарин и чрезвычайно высокой опасности, присущей боевому применению новых боевых средств». В итоге набирать военнослужащих в соединение «К» в целом и в подразделения человеко-торпед в частности пришлось – причем сугубо на добровольной основе – в других подразделениях кригсмарине и даже других видах Вооруженных сил, включая Войска СС. Вице-адмиралу Хейе помогло то, что недостатка в добровольцах не было, и «вербовщикам» даже приходилось отсеивать многих кандидатов, как не подходящих по тем или иным параметрам для службы в новом, весьма специфичном соединении флота. Запрет на перевод в соединение «К» младших офицеров-подводников был снят Деницем только в конце 1944 года, а старший офицерский состав было запрещено переводить в соединение вице-адмирала Хейе вплоть до конца войны.

Набирались водители человеко-торпед и из штрафников. Так, например, лейтенант добровольческого резерва британских ВМС Ричард Хейл, проходивший в 1945 году службу на тральщике J277 «Орест» (HMS Orestes) из 18-й флотилии тральщиков, в интервью Дж.Ф. Уильямсу, автору книги «Они были первыми: Морские тральщики в Нормандии», вспоминал, что взятый 8 июля 1944 года в Нормандии в плен водитель человекоуправляемой торпеды «Мардер» на поверку оказался 18-летним юношей, попавшим сначала за какое-то преступление в штрафное подразделение, а оттуда – в дивизион человеко-торпед соединения «К».

Тевтонские камикадзе

Человекоуправляемая торпеда «Мардер». 

Примечательно, что штрафники прибывали даже из Войск СС, о чем длительное время знал только сам вице-адмирал Хейе. Так, начальник командования «Запад» соединения «К» капитан цур зее Фридрих Бёме уже после войны, будучи военнопленным, сообщил на допросе, что он лично узнал о том, что в соединении «К» служат члены Ваффен СС, только в июне 1944 года. В книге Лоуренса Паттерсона «Оружие отчаяния: немецкие люди-лягушки и сверхмалые подводные лодки Второй мировой войны», изданной американским Военно-морским институтом в 2006 году, приводится следующая выдержка из допроса Бёме: «Присутствие военных из СС среди личного состава соединения «К» обнаружилось в июне 1944 года, когда Бёме сопровождал в Берлин группу из восьми военнослужащих соединения для вручения им государственных наград. Во время церемонии награждения появился Отто Скорцени и сообщил, что четверо из них – члены СС. Бёме был тут же проинформирован адмиралом Хейе, что в мае 1944 года он достиг с Отто Скорцени соглашения о том, что соединение «К» будет принимать в свои ряды членов СС, осужденных трибуналом за различные преступления, которые изъявят желание в качестве искупления своего преступления принять участие в «самоубийственных заданиях».

В результате этого соглашения соединение «К» вскоре получило из учебных командований ряд членов СС, не зная о фактическом «происхождении» своих новых военнослужащих: 12 бойцов поступили в 361-ю флотилию, по восемь человек – в 362-ю и 363-ю флотилии, шесть – в 361-ю флотилию, восемь – в 80-ю группу спецназа (МЕК), а еще 10 эсэсовцев приняло 700-е учебное командование соединения «К». Впрочем, откуда бы ни прибывал в соединение «К» новый кандидат, делал он это сугубо на добровольной основе, будучи твердо уверенным в своем предназначении – спасти рейх любой ценой. Причем, по воспоминаниям бывших военнослужащих соединения специального назначения, в кандидаты не отбирались военнослужащие, у которых в семье были дети, или же если эти военнослужащие были единственными детьми в семье.

ПОДГОТОВКА НАЧИНАЕТСЯ

В состав первой группы кандидатов на должности водителей человекоуправляемых торпед, прибывших в центр торпедного оружия в Эккернферде (город на севере Германии, земля Шлезвиг-Гольштейн), входили 40 военнослужащих-добровольцев, отобранных из разных частей и уже прошедших первичную подготовку под руководством капитан-лейтенанта Опладена. Причем гросс-адмирал Дениц сдержал свое слово – ни один из добровольцев не служил ранее на подводных лодках. Да и вообще моряков среди них, надо сказать, почти не было.

К тому времени в Эккернферде были уже изготовлены две учебные торпеды, с устройством и правилами эксплуатации которых новичков ознакомил обер-лейтенант цур зее Иоганн-Отто Криг – один из участников создания человеко-торпеды «Негер» и первый командир вооруженной ими 361-й флотилии соединения «К». Командир флотилии также рассказал своим новым подчиненным о той тактике боевого применения, которую он и его помощники по указанию гросс-адмирала Карла Деница разработали для нового боевого средства. В целом эта тактика выглядела следующим образом: подойти к находящимся в районе захваченного противником на немецком побережье плацдарма кораблям и судам, выбрать себе цели и торпедировать их.

«Половина шансов за то, что при благоприятной погоде, спокойном море и выгодном для вас положении противника подобная диверсия удастся, а вы сами на торпеде-носителе вернетесь на немецкий берег. Конечно, такая степень вероятности не очень уж высока», – добавил после первого занятия своим новым подопечным обер-лейтенант цур зее Криг.

Общая численность личного состава флотилии одноместных человекоуправляемых торпед типов «Негер» и «Мардер» соединения «К» обычно включала не более 110 человек постоянного состава, а также определенное количество прикомандированных по необходимости военнослужащих подразделений боевого обеспечения. Последние имели центральное подчинение и постоянно за флотилиями не закреплялись, а придавались той или иной флотилии по мере необходимости. В боевой обстановке – в ходе проведения операции – личный состав флотилии насчитывал: 60 водителей человеко-торпед, 60 водителей тяжелых грузовиков с транспортными тележками, 15–20 техников, а также до 35 человек штаба флотилии и вспомогательного персонала.

СВОИ ТРАДИЦИИ И ЗНАКИ ОТЛИЧИЯ

После того как во флотилиях человеко-торпед появились свои ветераны, примерно в августе–сентябре 1944 года в данных подразделениях стали укореняться традиции, существовавшие в подводных силах кригсмарине. В частности, у самых старых флотилий появились свои отличительные эмблемы, знаки которых обычно носились «капитанами» человеко-торпед на головных уборах: 362-я флотилия – серебряного цвета морской конек; 363-я флотилия – серебряного цвета акула, на хвосте которой водители человекоуправляемых торпед наносили красные полоски – по числу успешно выполненных ими походов.

30 ноября 1944 года гросс-адмирал Дениц своим приказом установил для всех военнослужащих соединения «К» специальные отличительные (наградные) знаки – по типу наградных нашивок и металлических планок, уже длительное время использовавшихся для поощрения отличившихся военнослужащих других родов войск и видов Вооруженных сил и различных силовых ведомств Третьего рейха. Данный отличительный знак получил наименование «Kampfabzeichen der Kleinkampfmittelverbande» и имел семь степеней:

  • 1-я степень – круглая шерстяная нашивка на подкладке голубого цвета, на которой размещалась вышитая желтой нитью рыба-меч, а по окружности шел вышитый такой же нитью фал (тонкая веревка);
  • 2-я, 3-я и 4-я степени – такие же нашивки, но с добавлением одного, двух и трех мечей, также вышитых желтой нитью;
  • 5-я степень – бронзовая металлическая планка: рыба-меч на фоне свернутого изящным образом фала;
  • 6-я степень – то же, но в серебре;
  • 7-я степень – то же, но в золоте.

Существовала также общая нашивка для военнослужащих соединения «К» – в целом аналогичная нашивке 1-й степени, но рыба-меч была не шитой, а наносилась краской, плюс к тому – отсутствовал «веревочный круг».

1-я степень давалась за «простое» отличие наподобие «планирования операции, оказавшейся успешной»; 2-я степень – за участие в одной боевой операции – в одиночку или в составе группы; 3-я, 4-я и 5-я степени – соответственно за участие во второй, третьей и четвертой боевых операциях; 6-я степень – за участие в семи боевых операциях; 7-я степень – за 10 боевых операций и более.

Нашивки с 1-й по 4-ю степени носились на правом рукаве, в самой верхней позиции – над остальными нашивками, а металлические планки носились на левой стороне груди, над накладным карманом и всеми другими нашивками и планками, предусмотренными по существующему положению о ношении наград, а также знаков различия и отличия. До конца войны награждения отличительными знаками 1–4-й степеней производились, данных же о фактах награждения бронзовыми, серебряными и золотыми планками найти пока не удалось.

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...
Adblock detector