Лучшая в мире. Санитарно-эпидемиологическая служба Красной Армии

Эвакуация и вакцинация С давних времен война с эпидемиями шли рука об руку. Если человек выживал на поле боя, то у него была высокая вероятность заражения тяжелым инфекционным...

Эвакуация и вакцинация

С давних времен война с эпидемиями шли рука об руку. Если человек выживал на поле боя, то у него была высокая вероятность заражения тяжелым инфекционным заболеванием. Немалые страдания приносили эпидемии и гражданскому населению. Это прежде всего острые кишечные инфекции, дизентерия, малярия, столбняк и, конечно, король всех военных конфликтов – сыпной тиф. К примеру, в Первую мировой войне тиф унес несколько миллионов жизней, а столбняк поражал более 1% всех раненых. Именно поэтому чуть ли не с первых дней войны были предприняты меры по контролю заболеваемости на территориях военных действий.

Первой ласточкой стало «Положение о медико-санитарном обслуживании населения, эвакуируемого из угрожаемых районов», принятое 30 июня 1941 года Народными комиссариатами здравоохранения и путей сообщения. В соответствии с ним, в одном эшелоне запрещалось перевозить больных (или просто контактировавших с больными) людей и здоровых. Также в каждом эвакоэшелоне предполагалось устройство изолятора. В эвакуационных пунктах предусматривались банные помещения, помещения для термической дезинфекции, рассчитанные в среднем на 250 человек. На пути следования эвакуационных поездов на вокзалах организовывались санитарно-контрольные пункты, которых к концу войны насчитывалось 435.

Но к осени 1941 года поток беженцев с запада был настолько объемным, что далеко не все вновь прибывшие могли пройти санитарную обработку.

Лучшая в мире. Санитарно-эпидемиологическая служба Красной Армии

 

Лучшая в мире. Санитарно-эпидемиологическая служба Красной Армии

Остро ощущалась нехватка квалифицированных врачей, гигиенистов и эпидемиологов. К примеру, историк Юлия Мелехова приводит данные о том, что в феврале 1942 г. в городе Барнауле имелось 2 хирурга, 1 отоларинголог, 3 психиатра, в других городах и районах края узкие специалисты отсутствовали. Не всегда эффективно работала система санитарного контроля на эвакуационных эшелонах. В 1942 году в Западной Сибири была зафиксирована вспышка брюшного тифа. Комиссия, занимающаяся расследованиями причин эпидемии в Новосибирской области, пришла к выводу, что

«большинство эшелонов… прошедших через узловые станции, не проходили санобработку на местах формирования, а многие из них – на крупных станциях в пути. Достаточно сказать, что с 20 июля 1941 г. по 14 января 1942 г. через станцию Новосибирск проследовало 407 эшелонов с 356 тыс. эвакуированных, из которых санобработку прошли только 43 тыс. чел. (около 12%)».

В «Отчете о работе политотдела Томской железной дороги» за октябрь 1941 г. начальник И. Мощук отметил:

«Медпомощь организована плохо… Проходящие эшелоны с эвакуированным населением находятся в антисанитарном состоянии, отмечается высокий процент завшивленности, санобработке в пути следования и в местах разгрузки не подвергаются».

«Обратный» приказ Наркомздрава СССР, регламентирующий перевозку населения на запад, на места постоянного проживания, вышел 1 сентября 1944 г. и именовался «О медико-санитарном обслуживании реэвакуируемого населения и переселенцев». Реэвакуации проходила в более организованном порядке, эшелоны обеспечивались достаточным количеством медикаментов и санитарными подразделениями. Если в эшелон садилось 300 человек, то выделялась одна медицинская сестра, до 500 чел. – один фельдшер, до 1 тыс. чел. – один врач и одна медсестра, свыше тыс. чел. – один врач и две медсестры.

Лучшая в мире. Санитарно-эпидемиологическая служба Красной Армии

2 февраля 1942 года вышло постановление ГКО «О мероприятиях по предупреждению эпидемических заболеваний в стране и Красной Армии», предписывающее, помимо всего прочего, поголовную иммунизацию населения. Для борьбы со столбняком применяли анатоксин, что снизило заболеваемость до 0,6-0,7 случаев на 1000 ранений. С сыпным тифом бороться было сложнее. В Перми работала группа микробиологов, занятых над проблемами профилактики тифа и создания вакцины. С помощью метода эпидермомембран доктор медицинских наук А. В. Пшеничников вместе с доцентом Б. И. Райхером в 1942 году создали новую эффективную вакцину, которая вскорости очень пригодилась.

Немцы на оккупированных территориях или преднамеренно, или по недосмотру допустили массовое заражение гражданского населения сыпным тифом – переболело до 70% населения оккупированных районов. Особенно тяжелая ситуация сложились в концентрационных лагерях, которые освобождались Красной Армией. Формально нашей армии пришлось столкнуться с подготовленной бактериологической диверсией – нацисты умышленно распространяли сыпной тиф в лагеря в преддверии освобождения. В итоге ГКО создал специальные чрезвычайные комиссии по борьбе с тифом, занятые на вакцинации, дезобработке и помывке населения и освобожденных из лагерей. Войска на освобожденных территориях отгораживались от местных карантинной полосой, особенно это было актуально вблизи концентрационных лагерей. Чрезвычайные противоэпидемические комиссии стали действенным средством, которым удавалось купировать крупные вспышки заболеваний. А в исключительных случаях на территории выезжали уполномоченные от Наркомздрава для пристального контроля работы местных органов здравоохранения.

Разработка новых вакцин в ходе войны достигла своего максимума в 1942 году. Помимо вакцины против сыпного тифа на основе легких зараженных мышей, были разработаны живые противотуляремийные, противочумные и сибиреязвенные вакцины.

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...
Adblock
detector