Антифашисты в немецких мундирах

Заговор против Гитлера окончился двойной неудачей. Его участники были казнены, а провалившееся покушение придало гибнущему режиму дополнительную устойчивость и импульс к сопротивлению. Германская консервативная элита привела Адольфа Гитлера...

Заговор против Гитлера окончился двойной неудачей. Его участники были казнены, а провалившееся покушение придало гибнущему режиму дополнительную устойчивость и импульс к сопротивлению. Германская консервативная элита привела Адольфа Гитлера к власти, а в июле 1944 года восстала против него. Но смогла лишь героически умереть на эшафоте.

Не может putsch закончиться удачей…

Слово «путч» — немецкого происхождения. При этом германская история не знала ни одного успешного военного заговора против своего правительства или даже иностранного угнетателя. Например, восстания Фердинанда Шилля и Вильгельма Дернберга против Наполеона получили минимальную поддержку офицерского корпуса. Пруссия поднялась на борьбу с корсиканским узурпатором лишь в 1813 году, по приказу короля.

До окончания Первой мировой войны офицеры рейха не ссорились с коронованной властью. Зато республику восприняли без энтузиазма. Правда, в январе 1919 года помогли отбить «спартаковский» натиск и уничтожили его лидеров — Розу Люксембург и Карла Либкнехта. Позже консерваторы в мундирах возмущались условиями Версальского мира, но не сумели отнять власть у социал-демократов.

Самая масштабная попытка — капповский путч 1920 года — возглавлялся штатским политиком Вольфгангом Каппом, но основными участниками его были военные. Путчисты захватили Берлин, правительство отказалось подчиняться, и растерянное офицерство вернуло власть оппонентам. Более известный нацистский «пивной путч» в Мюнхене в 1923 году, солидность которому придало участие знаменитого генерала Эриха Людендорфа, стал неудачным бунтом.

Антифашисты в немецких мундирах

Гитлер и Гинденбург. 

Чуть больше правое офицерство преуспело в терроре. Организацией «Консул» был убит ряд политических деятелей, считавшихся «предателями» — Маттиас Эрцбергер, Вальтер Ратенау, всего более трёхсот человек. Месть удовлетворила эмоции, но подтвердилось правило: терактами власть не берут.

Самая внешне удачная попытка прусского генералитета встроиться в политическую систему — президентство Пауля фон Гинденбурга — окончилась печальным анекдотом. В 1933 году фельдмаршал передал Германию бывшему ефрейтору, окончательно подтвердив, что немецкие офицеры не созданы для власти.

Против триумфатора не бунтуют

К Гитлеру как к главе государства офицерский корпус отнёсся и с недоверием, и симпатией. Фюрер обещал ревизию Версальского мира, сам был фронтовиком, а поражение 1918 года объяснял лестной гипотезой «ножа в спину». Правда, беспокоила активность штурмовых отрядов и планы Эрнста Рёма подчинить себе рейхсвер.

Опасения развеяла «ночь длинных ножей». Офицеры отмечали шампанским новость об убийстве Рёма. Они предпочли закрыть глаза на то, что среди жертв были представители генералитета — Курт фон Шляйхер и Фердинанд фон Бредов.

Праздник продолжался. Гитлер исполнял все мечты офицерства: организовал воссоединительный референдум в Сааре, ввёл войска в Рейнскую область, восстановил воинскую повинность, вернул прежде запрещённые Версалем танки, авиацию и подводные лодки.

Отрезвление наступило 5 ноября 1937 года. Гитлер провёл секретное совещание с военной верхушкой и объявил, что намерен перекроить карту Европы силовыми методами, причём в ближайшее время. Генералы не были пацифистами, но предположили, что инициатива приведёт к войне с англофранцузской коалицией и новому поражению.

Возражения фюрер не принимал. Скептикам в лице военного министра Вернера фон Бломберга и командующего сухопутными силами Вернера фон Фриче пришлось уйти в отставку: первый был обвинён в браке с проституткой, второй — в гомосексуализме. Возможно, Гитлер в тот момент завидовал Иосифу Сталину, который в отношениях со строптивцами обходился без мелочных интриг.

Антифашисты в немецких мундирах

Церемония подписания соглашений в Мюнхене. 

Аншлюс Австрии в феврале 1938 года прошёл без проблем. Сложнее оказалось с Чехословакией: на первую попытку оторвать Судетскую область Прага ответила мобилизацией, а Париж и Лондон её поддержали. Гитлер приказал генералитету готовиться к вторжению. Тогда-то и возник первый крупномасштабный заговор. Его возглавил полковник абвера Ханс Остер. Заговорщики исходили из того, что война смертельна для рейха. Сигналом к выступлению должен был стать приказ о всеобщей мобилизации. Планировалось арестовать Гитлера, признать душевнобольным или даже убить.

Заговор получил удар с самой неожиданной стороны. В решающий момент Британия и Франция согласились на мирную конференцию в Мюнхене и отдали Судеты. В одночасье безумная авантюра превратилась во внешнеполитический триумф. Заговорщики так и не оправились от морального шока и ничего не сделали ни весной 1939 года, когда Гитлер захватил остатки Чехословакии, ни в августе, когда готовилась война с Польшей.

Дипломатические успехи сменили военные. Вермахт ожидаемо легко одолел польскую армию и неожиданно легко франко-британскую коалицию с бельгийско-голландским довеском. Диктатор-победитель, захватывавший одну страну за другой, выглядел меньшим безумцем, чем оппозиционные оппоненты, несколько раз предрекавшие крах и каждый раз ошибавшиеся.

На главкома не покушаются?

Так было до декабря 1941 года, когда вермахт откатился от Москвы и в войну вступили США, с их экономической мощью. Блицкриги закончились. Война приняла контуры Первой мировой, но с существенной разницей. Если тогда германские оккупационные эксцессы преувеличивались пропагандой противника, то на этот раз о некоторых реальных преступлениях — холокосте — ещё не было известно в полном объёме. Любой офицер, побывавший на Восточном фронте, понимал, что после поражения страну ждёт расплата.

Конечно, в Германии были другие силы, ещё глубже понимавшие преступную сущность режима. Но в условиях военного времени их возможности не шли дальше листовок. «Белая роза» и другое антинацистское подполье, при всей решимости и отваге участников, не могли физически добраться до Гитлера и тем более захватить правительственный квартал Берлина. Спасти страну от фюрера были в силах лишь военные.

И в моральном, и в техническом плане заговорщикам пришлось сложнее, чем в довоенные годы. Уже существовал пропагандистский штамп Dolchstoßlegende — «удар ножом в спину», и антифашисты в мундирах понимали, что их планы соответствуют штампу. Покушение на главкома во время войны не то же самое, что свержение диктатора в дни мира. При этом арест исключался, успех принесло бы только убийство. Между тем история Пруссии, ядра будущего рейха, не знала физического устранения правителей.

За порогом моральных терзаний начинались технические проблемы. После покушения в пивной «Бюргер-бройкеллер» (8 ноября 1939 года) Гитлер стал больше заботиться о своей безопасности: носил бронированную фуражку и ограничил круг лиц, имевших личный доступ.

Несмотря на это, с 1943 года наиболее радикальные заговорщики, лидером которых был генерал-майор Хеннинг фон Тресков, несколько раз пытались убить Гитлера. Однако бомба, заложенная в самолёт фюрера (Смоленск, весна 1943 года), не сработала. Генерал-майор Рудольф фон Герсдорф был готов взорвать Гитлера на выставке советских трофеев в берлинском цейхгаузе, но визит отменился.

Антифашисты в немецких мундирах

Фокке-Вульф Fw 200 «Кондор». 

Вся история Второй мировой войны могла сложиться иначе, если бы сработала бомба, заложенная под видом посылки генерал-майором Хеннингом фон Тресковым в багажное отделение личного самолёта Гитлера. На этом самолёте фюрер вылетел из Смоленска в Германию. Но бомба не сработала, и «посылку» передали адресату. Причём о том, что в марте 1943 года планировалось покушение, стало известно гораздо позже.

Между тем стала очевидной другая проблема. Речь Геббельса о тотальной войне (февраль 1943 года) показала, что нацистские лидеры не менее радикальны, а может, и более решительны, чем фюрер. Смерть Гитлера привела бы к власти Германа Геринга, при поддержке Генриха Гиммлера и Йозефа Геббельса, сохранению режима и продолжению войны. Убийство без параллельного захвата правительственной инфраструктуры и разоружения СС теряло смысл.

Эта проблема оказалась ещё сложнее, чем первая. Фон Тресков, фон Герсдорф и другие генералы-заговорщики не командовали частями, расположенными в Берлине, а также не командовали фронтами. Их переговоры с вышестоящим генералитетом — Гансом фон Клюге, Эрвином Роммелем и другими — не шли дальше деклараций о намерениях. Фельдмаршалы соглашались, что война проиграна. Но обязательств присоединиться к заговору и предоставить войска для переворота не давали.

К тому же нескоординированные группы заговорщиков несли потери. В 1943 году гестапо арестовало Ханса Остера и графа Хельмута фон Мольтке — лидера интеллектуального крыла правого антинацизма. Это дополняло рыцарские предрассудки генералитета страхом попасть в застенки.

Однако в рядах офицеров-антифашистов появилась новая фигура — человек, сыгравший главную роль в драме 20 июля и ставший её символом.

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...
Adblock
detector