Неуловимые диверсанты

С партизанской разведкой боролись развернутые в городах и крупных населенных пунктах отделения гестапо, тайной полевой полиции и военной контрразведки абвера, велись поиск и пеленгация выходящих в эфир партизанских...

С партизанской разведкой боролись развернутые в городах и крупных населенных пунктах отделения гестапо, тайной полевой полиции и военной контрразведки абвера, велись поиск и пеленгация выходящих в эфир партизанских радиостанций и отдельных разведгрупп. Во многих деревнях имелась агентура полиции, которая фиксировала и контролировала всех приходящих из леса. Все это создавало большие трудности для разведработы.

Вникнув в ситуацию, Банов начал организовывать конспиративное проникновение в города и населенные пункты, где стояли германские гарнизоны и находились железнодорожные узлы. Под особым вниманием были Барановичи – именно там следовало найти и привлечь к сотрудничеству агентов, способных добывать нужные Центру сведения.

Обстоятельства вынуждали местных жителей искать любую работу, устраиваться в немецкие оккупационные органы, на предприятия, в том числе железнодорожные депо. Да и немцы не могли обходиться без обслуги, которая таким образом получала доступ к важной информации. Разведчики Черного стали устанавливать связи, что вскоре дало результаты. Слесарь из паровозного депо Барановичей после проведенной с ним активной работы согласился сотрудничать с партизанской разведкой: Банову становилось известно все, что происходило на железной дороге. Появились и другие источники в Барановичах, на ближних станциях. Эти контакты позволили расширить поток информации, которая незамедлительно уходила в Разведупр. Банов сообщал о количестве прошедших через Барановичи эшелонов с живой силой и военной техникой, создании укреплений в районе действий его группы.

Он продолжал целенаправленно искать новые источники, агентурная сеть расширялась. От местного жителя, работавшего на аэродроме вблизи Барановичей, Банов получил сведения, что это крупная база люфтваффе: там находились около 100 боевых самолетов, в том числе бомбардировщики, совершавшие налеты на Москву и Ленинград. Другим оперативным успехом Черного стало привлечение к сотрудничеству коменданта особого участка полиции, находившегося в трех километрах от Барановичей. Он приносил данные о расположении в городе объектов оккупационной администрации, планируемых полицейских облавах, арестах подозрительных лиц. А также передавал разведчикам пропуска и другие документы, позволявшие относительно безопасно перемещаться в его зоне ответственности.

В распоряжении Черного находилась радистка, которая на малогабаритной радиостанции «Север» все чаще связывалась с Центром, передавая добытую информацию. Пеленгаторы военной контрразведки установили место работы партизанского передатчика. Отряд карателей попытался захватить разведчиков, но Черному и его группе удалось уйти в лес.

Банов организовал круглосуточное слежение за железнодорожными перевозками через Барановичи. В результате в Центр поступала полная информация о перебросках войск и военных грузов для группы армий «Центр». Связь с наблюдателями в ключевых точках на железной дороге, в паровозном депо и на других объектах поддерживалась через связных, систему «почтовых ящиков», явочных квартир и другими конспиративными способами.

В декабре 1942-го Банов, ставший к тому времени майором, вступил в командование партизанским отрядом, но по-прежнему возглавлял оперативный центр РУ. Не ослабляя внимания к разведпоиску, он объединил несколько партизанских формирований, действовавших в этом районе Белоруссии, в крупное соединение. Вскоре боевые операции развернулись не только в Барановичах, но и в Пинской, Брестской областях. Под управлением Банова началась масштабная рельсовая война, уничтожались линии связи, устраивались засады. Партизаны нападали на небольшие воинские гарнизоны фашистов.

С декабря 1942-го по ноябрь 1943-го соединение майора Банова подорвало 457 эшелонов, полностью вывело из строя 184 паровоза и повредило 122, уничтожило 163 вагона с боеприпасами, 335 – с войсками, 277 – с продуктами, 94 – с техникой, пять – с самолетами. При нападениях и диверсиях убиты и ранены 13 733 немецких военнослужащих, в том числе пять генералов, взорвано 25 железнодорожных мостов, сожжено на немецких складах до 900 тонн хлеба, отбито у фашистов и возвращено населению 537 голов скота.

Засады и торпеды

В январе 1944-го партизанское соединение Банова по указанию Москвы зашло на территорию Польши. Действовать предстояло в районах Варшавы, Люблина, Хелма, Демблина, Влодавы, Лукова. Отряд должен был установить контроль над железнодорожными коммуникациями Варшава – Брест, Варшава – Люблин – Хелм и рокадными путями Луков – Люблин и Влодава – Хелм. Освоившись на новом месте, советские партизаны начали минную войну, пуская под откос вражеские эшелоны, подрывая мосты и путепроводы. Кроме организации диверсий, майор Банов продолжал уделять особое внимание разведке: Москва требовала добывать больше секретных немецких документов. В полученном из Разведупра задании, в частности, говорилось: «Сейчас, когда штабы противника приблизились к районам ваших действий, а его коммуникации сократились, связь между войсками и органами управления осуществляется во многих случаях автотранспортом. Поэтому настоятельно необходимо использовать благоприятные условия для налета на легковые автомашины и захвата документов, а также офицеров-секретоносителей».

Разведгруппы Банова, составленные из наиболее подготовленных к ближнему бою партизан, устраивали засады на польских дорогах и перехватывали автомобили, которые в отличие от Белоруссии ездили без охраны. В результате были добыты важные документы дислоцированных в Польше штабов вермахта.

Вместе с тем насаждение агентуры в городах, как требовал Центр, проходило трудно. Среди поляков сохранялись антироссийские и антисоветские настроения, поэтому они неохотно шли на сотрудничество. Но разведчики Банова все же смогли установить контакты с группами местного сопротивления и с их помощью наладили получение сведений о германских войсках. Партизаны Банова информировали Москву о том, что в Люблине доукомплектовывались части дивизии СС «Викинг», потрепанные в тяжелых оборонительных боях на Украине. Центру также стало известно, что в Хелме расквартирован полк «Великая Германия», на вооружении которого находились «Тигры».

Наибольший интерес в Москве вызвала переданная Бановым информация о «летающих торпедах». Источники в Хелме сообщили, что туда прибыли высокопоставленные представители из Берлина, которые вели наблюдение за полетами «торпед», а затем выезжали к местам их падения.

Разведчик получил срочное дополнительное задание: «Сведения о «торпедах» получены впервые и только от вас. Приказываем приложить все усилия для выяснения типа этих снарядов, их устройства и места производства».

Группа Банова с помощью поляков вскоре затребованную информацию получила. Через две недели майор Банов радировал: «По проверенным данным воздушные торпеды, вернее ракеты «Фау», производятся на заводе Сталева – Воля. Завод построен до войны, в настоящее время расширен, выпускает пушки и другие виды артиллерийского вооружения. Ракеты «Фау» действуют на жидком горючем. По словам рабочих и охраны завода, они используются против Англии».

В начале февраля в очередной телеграмме, полученной Бановым из Центра, говорилось, что за успехи в разведывательной работе ему присвоено звание Героя Советского Союза. Тем же указом были награждены более 200 разведчиков, вместе с майором выполнявших спецзадания в тылу врага.

Активность Банова и его соратников в Польше, частые выходы в эфир их рации вынудили немцев принять решительные меры для уничтожения проникшего из Белоруссии партизанского соединения. Собрав серьезные силы, фашисты прочесывали лесные массивы, где пеленговали советский передатчик, в районы возможного дислоцирования партизан наносились артиллерийские и авиационные удары. Однако Банову удалось с минимальными потерями вывести своих людей, соединение двинулось на восток навстречу наступающим частям Красной армии. В июле 1944-го передовой дозор 260-й стрелковой дивизии 47-й армии встретился с авангардом партизан. Долгая командировка Банова на оккупированные территории завершилась.

Его отозвали в Москву, где вскоре пришлось примерять новые погоны подполковника. Больше Банова во вражеский тыл не направляли. В октябре 1944-го он стал слушателем Высших академических курсов, около года прослужил в войсках, затем поступил в Военную академию им. Фрунзе. Позже Иван Николаевич отвечал за организацию оперативной разведки, участвовал в создании подразделений специального назначения.

автор: Кондрашов Вячеслав

источник: vpk-news.ru

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...
Adblock
detector