Даманский – остров, залитый кровью наших героев

РАЗВЕДКА ПРОМОРГАЛА «Потери… на Даманском направлении – 48 человек. Были 32 – те, кто погиб в первый день со Стрельниковым. Он вышел, и его просто расстреляли. Конечно, разведка...

РАЗВЕДКА ПРОМОРГАЛА

«Потери… на Даманском направлении – 48 человек. Были 32 – те, кто погиб в первый день со Стрельниковым. Он вышел, и его просто расстреляли. Конечно, разведка наша прозевала этот момент. Там была агентура, все было. Агентура могла вызвать, сказать, что готовится расстрел, на сигнал могли выйти и т.п. Сопки на их стороне. Расстреляли нашу группу в упор», – вспоминает бывший заместитель председателя КГБ СССР генерал армии В.А. Матросов.

Генерал Матросов, опытный пограничный разведчик, занимавший в то время должность начштаба погранвойск СССР, абсолютно прав в своей нелицеприятной оценке деятельности пограничной Тихоокеанского погранокруга и военной Дальневосточного военного округа разведки. Ведь непосредственно на границу китайцы резервы подтягивали в течение как минимум 10 суток. А до этого в течение месяца готовили пути подхода своих подразделений к линии границы; безоткатные орудия, минометы, крупнокалиберные пулеметы, боеприпасы, питание и средства обеспечения для сотен солдат.

К 10 марта конгломерат агентурной, технической, авиационной и космической разведки СССР запоздало установит, что на Даманском и Киркинском направлениях сосредоточено до полка НОАК со средствами усиления; в 10 км от границы выявит до 10 артбатарей; в глубине до 20 км обнаружит склады боеприпасов и пункты управления. Всего же на границе напротив участка Иманского пограничного отряда противник сумел скрытно сосредоточить мотопехотную дивизию со средствами усиления.

Отсутствие достоверных фактических разведданных о планах и замыслах противника, его недооценка со стороны разведотделов округа и погранотряда привели к тому, что командование и штаб Тихоокеанского погранокруга, Иманского погранотряда своевременных действенных и эффективных мер по активизации всех видов разведки и усилению погранзастав на Даманском направлении дополнительными силами и средствами поддержки не приняли. Не были внесены коррективы и в ставшую шаблонной, досконально изученную противником тактику действий тревожных групп и резерва застав при нарушении границы с сопредельной территории.

Поэтому фактор внезапности и сработал.

Прибывшие в 11.10 к месту нарушения границы начальник заставы старший лейтенант И. Стрельников, оперуполномоченный особого отдела старший лейтенант Н. Буйневич и сопровождавшие их пять пограничников подошли вплотную к китайским военнослужащим. Первая шеренга китайцев расступилась, после чего стоявшие во второй шеренге солдаты открыли огонь на поражение. Стрельба велась в упор. Одновременно из засады был открыт огонь по второй группе пограничников. Он велся из пулеметов, автоматов, гранатометов. Несколько пограничников были убиты сразу, остальные бросились врассыпную и смогли открыть ответный огонь. Однако, находясь на открытом пространстве, через несколько минут они были полностью уничтожены. После этого китайцы стали добивать раненых штыками и ножами.

Наступило минутное затишье. Минутное…

А потом грянул бой. Бой, достойный героев Брестской крепости и обороны Севастополя. Бой, где никто не ступил ни шагу назад.

Даманский – остров, залитый кровью наших героев

Старший лейтенант Николай Михайлович Буйневич. Фото из архива автора

СМЕРТЕЛЬНЫЙ БОЙ

Вскоре после гибели Стрельникова, Буйневича и других пограничников к месту боестолкновения прибыла группа младшего сержанта Юрия Бабанского, задержавшаяся из-за неисправности автомашины ГАЗ-63. Пограничники, мгновенно оценив обстановку, умело рассредоточились и открыли стрельбу по залегшим на острове нарушителям. В ответ китайцы открыли огонь из автоматов, минометов, пулеметов и гранатометов. Еще через несколько минут после начала боя на остров Даманский на БТР прибыли пограничники соседней 1-й погранзаставы «Кулебякины сопки» под командованием ее начальника старшего лейтенанта Виталия Бубенина.

Пятьдесят пограничников 1-й и 2-й застав два часа насмерть бились с батальоном противника. Соотношение сторон – один к десяти в пользу китайцев. Плюс за противника – рельеф местности, рубеж подготовленной обороны, оборудованные огневые позиции, простреливаемое огнем открытое пространство острова.

И плавился лед Уссури от пуль, мин и снарядов. Белый мартовский снег острова Даманский превратился в грязно-кровавый. По официальным данным, за два с небольшим часа боя советскими пограничниками было уничтожено до 250 китайцев. Погибли 32 наших пограничника, ранено 20.

На исходе боя у острова приземлился вертолет с офицерами штаба, политотдела и особого отдела Иманского погранотряда. Вспоминает начальник политотдела полковник А.Д. Константинов: «Вокруг все горело: кусты, деревья, машины. Мы полетели над нашей территорией, наблюдая за Даманским. У какого-то дерева увидели наших солдат, приземлились. Я стал высылать группы солдат на поиски раненых, дорога была каждая минута. Бабанский сообщил, что нашли Стрельникова и его группу. Мы по-пластунски поползли туда. Они так рядком и лежали. Первым делом я проверил документы. У Буйневича – на месте. У Стрельникова – исчезли. У рядового Петрова, отправленного на заставу политотделом для кино- и фотодокументирования, исчезла кинокамера. Но под полушубком мы нашли фотоаппарат, которым он снял три своих последних кадра, обошедших весь мир. Наломали веток, уложили трупы и, встав в полный рост, пошли к своим. Солдаты тащили тела, а мы с офицерами чуть поотстали – с пулеметами и автоматами прикрывали отход. Так и вышли. Китайцы огня не открывали…»

На самом деле погибшего Буйневича осматривал и обнаружил в его кителе окровавленные оперативные документы не начальник политотдела, а начальник особого отдела майор Синенко. Он же и выносил на руках бездыханное тело своего подчиненного.

Вспоминает младший сержант А. Скорняк: «Вышли на лед, где ребята полегли. До сих пор запах крови на морозе помню, запах смерти. Китайцы даже над мертвыми издевались – штыками кололи. Особенно досталось офицерам Буйневичу и Стрельникову. Снег был красным от крови».

Из докладной начальника медслужбы 57-го погранотряда майора В.И. Квитко: «Медицинская комиссия… тщательно обследовала всех погибших на острове Даманском пограничников и установила, что 19 раненых остались бы живы, потому что в ходе боя получили несмертельные ранения. Стреляли в упор с одного-двух метров. С такого расстояния были добиты Стрельников и Буйневич».

Тогда еще молодой и неизвестный журналист Александр Проханов, посетив место боя, писал: «Мы на высоком снежном берегу Уссури, на пограничной заставе Нижне-Михайловка. Уссури – ослепительно-белая, туго вытянутая подкова, покрытая льдом и снегами. На нашей стороне сопки в неопавших дубах, катятся, волна за волной до дальнего мыса. А на той стороне – низина, рыжие травы, кусты… Там – Китай! С пограничной вышки в окуляры дальномерной трубы видны сухие кроны деревьев, фанза под красной черепицей, дым… Между этими берегами лежит советская земля – остров Даманский, тот небольшой остров протяженностью два километра, где снег сейчас распорот минами, усыпан стреляными гильзами, полит кровью.

Десять дней назад, 2 марта, как уже сообщалось в печати, здесь, на острове Даманском, немногочисленный отряд советских пограничников принял неравный бой со специально подготовленным для диверсий китайским батальоном, подло, под покровом ночи нарушившим советскую границу. Банда нарушителей была поддержана с китайского берега противотанковой батареей, тяжелыми минометами, гранатометами…

Маоистские бандиты были разгромлены и изгнаны с советской земли. Но 29 советских солдат и 2 офицера пали смертью храбрых в бою за Родину.

Мы покидали границу вечером. Солнце заканчивало свой путь, вызолотив пуржистые леса, белые сопки, притихшую Уссури и припавший к ее груди наш остров Даманский.

Вот-вот в небе вспыхнут первые звезды. Они будут сиять над братской могилой. Пройдет немного времени – здесь поднимется обелиск. И он, как вечный часовой, станет охранять сон героев Даманского».

14 марта китайцы вновь заняли Даманский. И выбивать их пришлось значительно большими силами пограничников с привлечением частей Дальневосточного военного округа. Развернулось настоящее приграничное сражение с применением танков и артиллерии, как этого ни опасались политики. Ибо участие регулярной армии в боях с наступающими на государственную территорию подразделениями армии сопредельного государства – это война. Пусть кратковременная, скоротечная, но война. И опять десятками гибли советские солдаты и офицеры.

Только через сутки, после немалых и неоправданных потерь личного состава и боевой техники, 15 марта до высшего командования дошла прописная военная истина, гласящая о том, что в бою вперед сначала продвигают огонь, а потом бойцов. И никак не наоборот. Генеральным штабом (в то же время есть утверждения о том, что лично председателем Совета министров СССР А.Н. Косыгиным) была дана санкция на применение реактивных систем залпового огня «Град» – наследниц знаменитых «Катюш». За считаные минуты китайские боевые порядки и тыловые районы базирования превратились в горящее, перемешанное с землей, трупами и металлом кровавое месиво. Потери китайских провокаторов исчислялись тысячами солдат, сотнями единиц техники.

И война на Даманском прекратилась…

ПАМЯТЬ

Все без исключения солдаты и офицеры – участники боевых действий, мертвые и чудом уцелевшие, здоровые, без единой царапины и раненые, абсолютно заслуженно и справедливо отмечены боевыми наградами. Закрытым постановлением ЦК КПСС и Совета министров военнослужащие, воевавшие на Даманском, были приравнены по статусу к участникам Великой Отечественной войны с выдачей соответствующих удостоверений.

В военных академиях проведено всестороннее изучение боевого опыта Даманского. Кто-то даже защитил по теме Даманского диссертации на соискание ученых степеней кандидатов и докторов военных наук. По всей стране развернута мощнейшая пропагандистская кампания, прославляющая действительно героических защитников рубежей Отечества. Организовывались партийные и комсомольские собрания, активы, многотысячные митинги трудящихся на заводах, фабриках, учреждениях и в воинских частях, публиковались статьи в центральных и местных газетах, проводились встречи с героями, снимались документальные фильмы, печатались плакаты, издавались альбомы, книги. Именами погибших героев назывались улицы, школы, пограничные заставы, железнодорожные станции. Появилась песня композитора Михаила Иорданского на слова поэта Ивана Николюшина «На острове Даманском».

Песнь во славу павших – святое дело. Но вопросы – почему наши пограничники и воины Советской армии заплатили своими жизнями за чьи-то стратегические просчеты и отсутствие оперативного предвидения у высшего военного и пограничного командования, а может быть, наличие волокиты и халатности, пренебрежение к данным внешней, но не пограничной разведки со стороны политического руководства страны, остаются.

В мемуарах резидента советской внешней разведки в Китае в 1964–1968 годах генерал-майора Юрия Ивановича Дроздова есть непосредственно относящаяся к Даманским событиям информация: «…нашим сотрудникам удалось побывать в провинции Хейлунцзян и Харбине. Они провели несколько встреч с нашими престарелыми соотечественниками. Один из них рассказал, что китайские власти выселили его с принадлежащей ему пасеки, превратили ее в огромный ящик с песком, какие бывают в классах тактики военных академий. Изображенная на нем местность отображает сопредельную советскую территорию. Старый 84-летний амурский казачий офицер этим был очень озадачен.

Представитель фирмы «Крупп» в Пекине в беседе со мной обозвал русских дураками, которые не видят, что делается под их носом.

Мои западные коллеги, наблюдавшие за советско-китайскими пограничными отношениями, осторожно давали понять об усилении группировки китайских войск на границе с СССР.

Мы обобщили эти и другие данные и направили сообщения в Центр, изложив просьбу проверить информацию средствами космической, радиотехнической, военной и пограничной разведки. Ответа не последовало.

Осенью 1967 года я прилетел в Центр в отпуск, где мой прямой начальник заявил, что мои шифровки вгонят его в очередной инфаркт. Я промолчал. В нашем подразделении мне рассказали, что тревожная шифровка была направлена в инстанции, откуда вернулась с грозной резолюцией: «Проверить, если не подтвердится, резидента наказать».

Проверили. Все подтвердилось. Не извинились. Не принято.

В 1969 году в районе, близком к пасеке, произошел известный вооруженный конфликт».

Указом Президиума Верховного Совета СССР старший лейтенант Николай Михайлович Буйневич награжден орденом Красного Знамени посмертно. Память о героически погибшем офицере военной контрразведки увековечена не единожды. Его имя присвоено улице в селе Заборье Красногорского района Брянской области, где он родился в 1944 году, улице в районном центре и заборской средней школе. Там же на территории школы был установлен бюст контрразведчика-пограничника. После чернобыльской трагедии село Заборье оказалось в зоне обязательного отселения. Село покинули жители, но бюст Николая Михайловича Буйневича местные власти и земляки героя сочли необходимым переустановить непосредственно в районном центре во дворе средней школы № 1 Красногорского района, расположенной на улице, носящей имя Буйневича.

В 1972 году железнодорожная станция Хунхуз Дальневосточной железной дороги в Пожарском районе Приморского края переименована в станцию Буйневич в честь сотрудника особого отдела Буйневича Николая Михайловича.

Благодарная память о Николае Михайловиче Буйневиче не угасает со временем, а его достойное место в истории отечественной военной контрразведки отражено в той полной мере, какой он заслуживает как первый после Великой Отечественной войны военный контрразведчик, павший в бою, защищая неприкосновенность территории Советского Союза. Павший в одном боевом строю вместе с теми, чью безопасность он обеспечивал. Не уклонился от боестолкновения с врагом за спинами обслуживаемого личного состава, а пошел на противника сам, инициативно, уверенно и безоглядно, зная, что за его спиной Родина…

19 мая 1991 года по распоряжению президента СССР Михаила Горбачева было подписано советско-китайское межправительственное соглашение о передаче острова Даманский Китаю. Сейчас на острове – музей, посвященный «победе китайской армии над советской» в марте 1969 года…

автор: Андрей Шаваев

источник: nvo.ng.ru

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...
Adblock detector