Я весь набальзамирован войной…

Танкист-ас нуждался в оптике Ион Деген – счастливчик. Прошел путь от Днестра до Кенигсберга и стал в 19 лет танкистом-асом, которому было подвластно победить 12 немецких танков: восемь...

Танкист-ас нуждался в оптике

Ион Деген – счастливчик. Прошел путь от Днестра до Кенигсберга и стал в 19 лет танкистом-асом, которому было подвластно победить 12 немецких танков: восемь типа «Патера», еще одну «Пантеру» захватил в плен, подбил один «Тигр» и четыре самоходки. Орудия, пулеметы и минометы – не считались. В июне этого года ему должно исполниться 92 года.

В железной коробке, в пороховом дыму

Танковая атака — страшное зрелище. Когда сходят в бою несколько танков, тут уж все зависит от мастерства и счастливого случая, которые помогают выжить в кромешном железном аде в пороховом дыму от снарядов. Недаром танкисты считались смертникам в железной коробке, особенно в первые дни войны. Все объясняется очень просто: советская военная промышленность в 1940 году выпустила только 97 танков Т-34, способных оказывать достойное сопротивление немецким «Тиграм» и «Пантерам».

Победный пьедестал для Т-34

Чтобы доказать эффективность своего нового детища – танка Т-34 его генеральный конструктор Кошкин решил сочетать заключительные испытания и перегон танка в Москву из Харькова. Испытания прошли успешно, хотя на обратном пути Кошкин простудился и умер от воспаления легких, не увидев поразительные результаты своего труда.

Танк стал по праву лучшей машиной второй мировой войны. А вкупе с мастерством экипажа такие боевые единицы представляли собой грозную силу, которой подвластны были многочисленные танковые дуэли, из которых они выходили победителями, поражая мировую прессу количеством своих побед и соотношением сил. Неудивительно, что немецкие военные инженеры всерьез задумывали о производстве копии этого мощного и одновременно мобильного советского танка, но для этого всю немецкой промышленности необходимо было перенастроить, а время вермахта было сочтено. Немецкие пропагандисты успокаивали свое население истошными воззваниями о том, что идет выравнивание линии фронта, а потом о том, что немецкие крепости невозможно взять. Немцы стремительно откатывались назад, не сумев ничего противопоставить мощным победным операциям советских военачальников, которые ставили танковые соединения в число главных сил, способных взрезать оборону противника.

Белый круг и звезда на танках второй бригады

Вторая отдельная танковая бригада, сформированная из останков девятой танковой бригады, сразу же отметилась не только своими особыми отличительными знаками. На всех башнях танков второй бригады был нарисован белый круг, наверху которого сияла звезда, от которой шли вниз два луча, — но и особыми подвигами в ходе Витебско-Оршанской операции 1944 года. Витебск был свободен! Люди встречали советские танки со слезами искренней радости, они, настрадавшись от немецко-фашистких захватчиков, расстреливающих за малейшую провинность и просто так мирных граждан, не могли поверить, что, наконец, пришла долгожданная свобода. Люди обнимали своих освободителей и с искренним изумлением иногда смотрели на юного командира танка, которому в ту пору едва исполнилось 19 лет. Люди никак не могли поверить, что он, такой молодой, а уже сражается за Родину. Они удивились бы еще больше, узнав подробности жизни Иона Дегена.

Ион с детства привык к огню и металлу

Он родился в семье, где трепетно относились к медицине: его мама работала фельдшером и смогла привить свое нескончаемое уважение к медицине и своему сыну Иону. Но мальчик еще увлекся кузнечным делом – он пошел помощником к местному кузнецу. Так Ион научился не бояться огня и металла. В 12 лет он помогал кузнецу, мог сам подковать лошадь и его руки были сильными, натруженными тяжелой работой, что потом пригодилось ему в дальнейшем. Ион овладел многими видами стрелкового оружия. Мальчиками они часто приходили на территорию пограничного отряда, где друзья-пограничники обучали всем премудростям военного дела.

Девятый класс окончен лишь вчера.
Окончу ли когда-нибудь десятый?
Каникулы — счастливая пора.
И вдруг — траншея, карабин, гранаты,


И над рекой до тла сгоревший дом,
Сосед по парте навсегда потерян.
Я путаюсь беспомощно во всем,
Что невозможно школьной меркой мерить.

С раненой ногой Ион шел две недели из окружения

В июне 1941 года он получил аттестат зрелости, в последний раз вышел со своими друзьями на берег Днестра, а потом пошел работать пионервожатым, чтобы 22 июня встать в строй добровольцев, отправляющихся на фронт в составе 130-й стрелковой дивизии. Она волею судьбы многих советских частей того времени попала в окружение и бойцы выходили с оружием в руках, натыкаясь на немецкие заслоны. В одной из таких стычек Ион был ранен в бедро правой ноги. Пуля прошла навылет рядом с подколенной частью сустава, но медицинской помощи ему пришлось ждать чуть дольше двух недель недели, когда он и его товарищ выходили из окружения и смогли доставить его в госпиталь в Полтаве. Там 16-летнему мальчику врачи поставили страшный диагноз – гангрена и попытались отнять конечность, но Ион просто орал от возмущения и боли. Так он отвоевал свою ногу.

Второе ранение в разведке

Врачи его пожалели и решили оставить ему ногу, посчитав, что молодой организм справиться с тяжелым заражением крови. Он справился. Выздоровел и снова попал на фронт, в дивизион разведчиков, входящих в состав двух бронепоездов охранявших подступы к Беслану и Моздоку. И здесь его снова ранило при выполнении особо сложного разведзадания в тылу врага. Молодой организм победил и это тяжелое ранение.

Танкистом стал в 18 лет

После выписки из госпиталя Ион получил направление в Харьковское танковое училище, закончив которое с отличием в 1944 году, младший лейтенант получил направление во вторую танковую бригаду, ставшее для него судьбоносным.

На фронте не сойдешь с ума едва ли,
Не научившись сразу забывать.
Мы из подбитых танков выгребали
Всё, что в могилу можно закопать.


Комбриг уперся подбородком в китель.
Я прятал слезы. Хватит. Перестань.
А вечером учил меня водитель
Как правильно танцуют падэспань.

Лето 1944

Случайный рейд по вражеским тылам.
Всего лишь взвод решил судьбу сраженья.
Но ордена достанутся не нам.
Спасибо, хоть не меньше, чем забвенье.


За наш случайный сумасшедший бой
Признают гениальным полководца.
Но главное — мы выжили с тобой.
А правда — что? Ведь так оно ведется.

Сентябрь 1944

Иону повезло, что в 1944 году на танкостроительном заводе в Нижнем Тагиле количество выпускаемых танков выросло почти с 2996 единиц в 1941 году до 3985 в 1944 году. Причем с каждым годом конструктивные особенности танков улучшались. Т-34 считался по праву лучшим танков второй мировой войны, но железной махиной необходимо было мастерски управлять. Вдвойне тяжелее, когда Иону пришлось командовать ротой, а потом танковым взводом.

Ион нашел свою могилу после войны

При освобождении в 1944 году Восточной Пруссии, экипаж Т-34 под командование Иона первым ворвался на окраину города Эбенроде (сейчас он называется Нестеров). Но танк их был подбит. Все члены экипажа, за исключением Иона и его механика-водителя Бориса Макаровым не смогли вылезти из горевшего танка. Уцелевшие командир и водитель смогли спрятаться на местном кладбище и два дня пролежали здесь в склепе, укрываясь от немецкого танка Т-6 «Тигра», который «припарковался» чуть ли не рядом со склепом, где затаились советские танкисты. Наконец, советское наступление развилось во всю мощь и два танкиста были свободными. В сумятице наступления они не сразу нашли свою родную, вторую танковую бригаду – их посчитали убитыми.

Когда после боя здесь работала похоронная команда, она нашла обгоревшие останки – вернее, страшное человеческое месиво – и парадные лейтенантские погоны Иона, которые он положил в свой планшет, где еще хранились стихи. Поэтому Иона посчитали убитым и похоронили на местном кладбище, куда он, живой возвратился после войны и увидел свою братскую могилу, которую сфотографировал на долгую память.

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями: