Воин в красной накидке Евгений Родионов

СЫН Единственный сын Любови Родионовой Евгений родился в половине первого ночи 23 мая 1977 года. Когда младенец огласил мир своим первым криком, Любовь Васильевна почему-то взглянула в окно....

СЫН

Единственный сын Любови Родионовой Евгений родился в половине первого ночи 23 мая 1977 года. Когда младенец огласил мир своим первым криком, Любовь Васильевна почему-то взглянула в окно. Там по ночному весеннему небу медленно падала звезда, оставляя за собой длинную светящуюся полоску. «Это — добрая примета, — перехватив настороженный взгляд роженицы, успокоила ее акушерка. — И ты будешь счастливой, и паренек твой тоже…»

И действительно, желанный ребенок принес в дом огромную радость. Спокойный, ласковый, с милым серьезным личиком, он почти не болел, редко кричал по ночам, хорошо кушал. Тревожило одно — малыш довольно долго не ходил. Пошел только в год и два месяца — после того, как родители, по совету бабушек и деда, окрестили его в ближайшем храме.

КРЕСТ

Какие слова нашел тогда батюшка, на самой первой Жениной исповеди, никто не знает. И уже не узнает. Возможно, он рассказал ему старинную притчу, образ, родившийся еще у первых христиан в тяжкие времена гонений: «Крестик — это колокольчик на шее овцы. Чтобы Пастырь мог скорее услышать ее, когда она в беде». С тех пор мальчик стал носить крест не снимая. Продел толстую прочную веревку — «так надежнее». Мама была в смущении: «Над тобой в школе смеяться станут».- «Пусть, я так решил, и так будет».

Но, знаете, над Евгением никто и не думал смеяться. Мало того, постепенно друзья Жени сами стали делать крестики. Дети приспособились отливать распятия в специальных формочках. Сегодня именно такие массивные самодельные кресты очень распространены в Чечне. Их там мастерят солдаты. Стараются, чтобы вышли потяжелее. Нашим мальчишкам очень трудно на той войне. Морально, физически, как угодно. И им просто необходимо постоянно ощущать присутствие православного креста на своем теле.

СЛУЖБА

В 18 лет Женю призвали в армию. Служить ему особо не хотелось. Но он, как и все ребята из его компании, был убежден, что есть вещи, которые не обсуждают. Евгений ушел из поселка Курилово Подольского района Московской области 25 июня 1995 года. Новобранца определили в погранвойска. 10 июля 1995 года он принял присягу.

До отправки на Северный Кавказ мама и сын виделись всего раз. В сентябре 1995-го. Вот как это было (рассказ мамы): «Полковник части, где служил сын, сначала встретил меня неприветливо. Сказал: »Еще одна мамаша приехала с тре

бованием, чтобы ее сына не посылали в горячую точку»». И лишь когда Любовь Васильевна ответила, что все будет так, как решит Женя («Он у меня взрослый мужчина»), начальник изменил к ней свое отношение. Не только помог добраться до полевого учебного центра, где служил Евгений, но и дал ему восемь дней отпуска… Напоследок…

Женя очень гордился, что он — пограничник, что занят настоящим делом, которое нужно Родине. И именно тогда, на той последней их встрече, Женя сказал матери: «Из нашей части всех посылают в горячие точки, и я уже написал рапорт…» Увидев, как побледнела мать, попытался ее успокоить: «От судьбы еще никто никогда не ушел. Я могу выйти на дорогу, и меня убьет машина… А плен… Плен — это уж как повезет».

ПЛЕН

Эти его слова оказались ПРОРОЧЕСКИМИ. 13 января 1996 года рядовой Евгений Родионов был направлен в командировку под командование Назранского погранотряда в/ч 2038. В плен попал ровно через месяц. Дело было так: отряд из четырех человек — Александр ЖЕЛЕЗНОВ, Андрей ТРУСОВ, Игорь ЯКОВЛЕВ и Евгений РОДИОНОВ — заступил на очередное дежурство. Дежурили они на контрольно-регистрационном пункте (КРП) на административной границе между Чечней и Ингушетией. Там проходила единственная в горах дорога, по которой боевики постоянно провозили похищенных людей, оружие, боеприпасы… Но этот важнейший пост тогда был больше похож на автобусную остановку. У ребят не было даже электричества. Они так и стояли незащищенными посреди шоссе, кишащего бандитами.

Понятно, что долго так продолжаться не могло. Но именно в ночь, когда дежурил наряд Евгения, к КРП подъехал микроавтобус с надписью «скорая помощь». Оттуда выскочили пятнадцать вооруженных до зубов здоровых амбалов… Мальчики не сдались без боя. На асфальте остались следы крови. Сослуживцы Евгения, находившиеся буквально в 200 метрах от дороги, ясно слышали крик: «ПОМОГИТЕ!!!» Но все это почему-то не произвело на них никакого впечатления. Многие спали!

Никто не объявил никакой тревоги. Не было погони. Ребят вообще не искали. Хотя нет, искали. И даже активно. Но не в Чечне, а в далеком и мирном Подмосковье! 13 февраля Евгения захватили бандиты, а 16 февраля Любовь Васильевна уже получила телеграмму, из которой поняла, что ее сын ушел из части в самоволку. Тут же нагрянула милиция. Квартиру обыскали, ища дезертира.

Тут уж Любовь Васильевна, точно знавшая, что сын ни в какую самоволку уйти не мог, «не та натура», сама кинулась в Чечню спасать Евгения. Там ей подтвердили: «Да, действительно, вышла ошибка, ваш сын пропал без вести…»

ХОЖДЕНИЕ ПО МУКАМ

Любовь Васильевна прибыла в Ханкалу, туда, где в надежде найти своих пропавших детей собирались отцы и матери со всей России. «Нет такого поселка, где бы я ни побывала, — рассказывает Любовь Васильевна. — Нет ни одного полевого командира, с которым бы не беседовала… Мне пришлось пройти все муки, все круги ада, какие только есть на земле. Видно, Господь меня водил по тем дорогам, где я ходила и не подорвалась, хотя мин там было больше, чем камней. Видно, Он меня защищал от бомбежек, посчитал, что мой долг, долг матери — найти сына, чтобы похоронить его в родной земле по христианскому обычаю. Я молилась тогда: «Господи, помоги ему, не оставь его, ведь он совсем ребенок… Он никому не нужен кроме меня, матери, и Тебя, Творца и Спасителя. Помоги ему, не оставляй его!»

На встречах с боевиками ей все время говорили: «Твой сын жив. Точно жив. Но он в пленуи» И после этого многозначительно замолкали. Вероятно, оценивали, сколько можно «содрать» с несчастной. И лишь рассчитав, что тут сильно не поживишься, пришли к страшному решению.

А Любовь Васильевна ничего этого не понимала. Думала, Женю ищут и военные. Верила, найдут, не оставят. «Он же государственный человек, не за себя стоял, за Родину».

Любовь Родионова нашла своего ребенка. Но лишь через девять месяцев. И уже мертвого. И даже за его останки бандиты потребовали с несчастной одинокой женщины 4 миллиона тогдашних рублей — примерно 4 тысячи долларов. И все эти деньги (ВСЕ!!!) выплатила она сама. Никто не дал ей ни единой копеечки и вдумайтесь только — одинокая женщина без какого то ни было «официального прикрытия» сама «вела переговоры» с самыми отпетыми и жестокими бандитами. Любовь Васильевна до сих пор по ночам слышит автоматные очереди и, сжимаясь под одеялом, ждет удара! Ведь она сама тоже побывала в плену, три дня прожила в заложниках. От боевиков Любовь Васильевна и узнала подлинную историю крестного пути своего сына.

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...