Пять героев-пулемётчиков

Тяжелый бой у дер. Кулик 20. 07. 1915 г. выдержал лейб-гвардии Финляндский полк [Моллер А. Бой 4 батальона полка под дер. Кулик // Финляндец. 1932. № 16. 1933....

Тяжелый бой у дер. Кулик 20. 07. 1915 г. выдержал лейб-гвардии Финляндский полк [Моллер А. Бой 4 батальона полка под дер. Кулик // Финляндец. 1932. № 16. 1933. № 17]. Финляндские батальоны занимали оборону деревни и леса, имея на фланге лейб-гвардии Московский полк.

2-й, 3-й и 4-й батальоны находились на позиции, а 1-й — в резерве полка. Понесший большие потери от артогня германцев правый фланг 2-го батальона вынужден отойти – в итоге была потеряна господствующая высота, являвшаяся ключом позиции полка и находившаяся на стыке финляндцев и павловцев. Контратака 1-го батальона была успешна – батальон выбил противника с высоты и весь бой ее удерживал. Позиция на правом фланге полка осталась в руках финляндцев.

Артиллерийский огонь противника разрушил окопы 3-го батальона – и последний оказался вынужден покинуть то, что от них осталось. Батальон был атакован превосходящими силами противника, понес большие потери, и отошел на другую лесную опушку – на которой и закрепился.

4-й батальон также подвергся атаке, но благодаря решительным и тактически грамотным действиям командира, контратаковал своими резервными ротами. Он не только восстановил положение на своем участке, но и захватил часть окопов 3-го батальона.

Командир 4-го батальона штабс-капитан А. Ф. Моллер вспоминал, как услышал по телефону от командира батареи, что снарядов столь мало, что огонь будет открыт только в нужную минуту и лишь по близким целям. Особое внимание было уделено как можно более качественной маскировке щелей и окопов. Противник начал интенсивную пристрелку – очереди германских снарядов зажгли дома деревни, ближайшие к наблюдательному пункту батальона и позициям 16-й роты. Крытые соломой халупы вспыхнули как факелы – от них загорелись и соседние строения. Очень скоро бушевало море огня. Германская артиллерия вела интенсивный огонь по дер. Кулик, а также «гвоздила» снарядами тяжелых калибров по предполагаемым позициям батальонного резерва — и целые деревья взлетали выше леса. Ураганный огонь превратился в барабанный бой.

Другой очевидец писал: «… часов с 10-ти противник начал обстрел наших позиций по всему фронту легкой и тяжелой артиллерией. Постепенно усиливаясь, канонада вскоре превратилась в сплошной грохот, в котором трудно было различить отдельные выстрелы. С моего наблюдательного пункта видно было, как тяжелые немецкие чемоданы вздымали огромные фонтаны земли и валили деревья в лесу. Связь с передовыми батальонами постоянно прерывалась, пока не удавалось восстановить ее героическими усилиями молодцов телефонистов. Из батальонов стали поступать донесения о потерях и сильных разрушениях; на перевязочный пункт прибывали в большом числе раненые».

После артиллерийской подготовки, причинившей гвардейцам чувствительные потери, в 14 часов началось наступление германской пехоты: «…на пригорке перед окопами батальона появились каски, сначала редкие, а затем все гуще и гуще. Затрещали пулеметы и забил характерным звуком пулевой дождь. Ему ответили резким звуком пулеметы 13-й роты и заклокотал ружейный огонь».

Ключевым фактором, позволившим отбить натиск противника, уже вклинившего в расположение финляндцев, стал огонь русских пулеметов. И в это время совершил подвиг старший унтер-офицер Солдатов.

А. Ф. Моллер вспоминал, как бежал вдоль окопа, приказывая вытаскивать пулемет. Солдаты 13-й роты уже палили по густым цепям немцев, шедших и бежавших на фланге леса в окопы 15-й роты. Пулеметчики 13-й роты во главе с подпрапорщиком Великопольским вытащили пулемет на траверс окопа – через мгновение он застрочил через правофланговый окоп 13-й роты по окопам 15-й роты. Второй пулемет не действовал — он был завален. Но под огнем вдоль окопа немцы, занявшие окопы 15-й роты, побежали назад целыми группами — и по ним, хоть и с перебоями, открыл огонь и 2-й пулемет 13-й роты. Контратака русских пехотинцев была результативной: «Выскочив из полосы дыма, я увидел, как передовые цепи 16-й уже вбегали по … склону к лесу, и немцы, вскакивая, отстреливаясь и мечась между деревьями, убегали в лес… неприятель густо стал мелькать между деревьев и, отбегая вдоль опушки, повалил массой назад. Люди 16-й, кто стоя, кто лежа, кто с колена, остановившись на склоне оврага, палили во всю по ним, через головы своих…. Наконец, махая левой рукой и подойдя к опушке, мне удалось прекратить стрельбу и приказать подтянуться всем к лесу и окапываться…. Я обходил окапывающихся и благодарил за лихую атаку. Потерь все же было не мало, и на всем склоне, то тут, то там лежали убитые и раненые. Зато опушка леса была почти вся завалена трупами и тяжело ранеными немцами — Прусскими Гвардейцами!».

Русские гвардейцы 2-й дивизии проявили в этом бою особенный героизм. А. Ф. Моллер приказал вытащить из окопа единственный уцелевший пулемет, открыв огонь по немцам, обходившим фланг батальона.

В одиночку старший унтер-офицер 13-й роты Солдатов вытащил пулемет, открыв губительный огонь по приближающемуся противнику – германцы, не выдержав пулеметного огня, залегли. Через 2 — 3 минуты в живот герою угодил стакан шрапнели — но и находясь на земле, залитый кровью, с вывалившимися внутренностями, Солдатов продолжал стрелять из пулемета. А. Ф. Моллер вспоминал: на теле героя зияла рана, причем клочья одежды перемешались с кровью и с куском торчавшего большого осколка снаряда. Когда старшему унтер-офицеру расстегивали ворот, он делал правой рукой какие-то полуконвульсивные жесты — видимо желая перекреститься. Штабс-капитан пытался расслышать последние слова умирающего. Солдатов потянулся за колодкой с Георгиевскими Крестами (у него было 2 креста и несколько Георгиевских медалей) и начал ее снимать. Окружающие ему помогли, и унтер-офицер, стараясь улыбнуться и превозмогая боль, протянул награды командиру и, напрягшись, ясно сказал: «Передайте родителям. Скажите — умираю честно». Окружающие плакали – и комбат, и бравый старик подпрапорщик Великопольский. А. Ф. Моллер, перекрестив своего бойца, поцеловал его в лоб, оставив умершего на руках друга — старшего унтер-офицера Андрея Салодовникова.

 

 

Аганесов, Горн, Гончаров, Бондарь, Солдатов.

Лишь сухие строки документов или воспоминания очевидцев свидетельствуют об их подвигах. Но пусть эти подвиги станут памятником русским пулеметчикам, героически павшим на поле брани в годы Первой мировой войны — в борьбе с военной машиной германского блока.

автор: Олейников Алексей

источник: topwar.ru

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...