Командир женской роты снайперов Гвардии старший лейтенант Нина Лобковская

Родилась 8 марта 1924 года в селе Фёдоровка Карагандинской области (Кузбасс). В июне 1941 года, окончив 9-й классов, добровольно пошла в стрелковый кружок ОСОАВИАХИМа. С декабря 1942 года...

Родилась 8 марта 1924 года в селе Фёдоровка Карагандинской области (Кузбасс). В июне 1941 года, окончив 9-й классов, добровольно пошла в стрелковый кружок ОСОАВИАХИМа. С декабря 1942 года в рядах Красной Армии, призвана Душамбинским РВК города Сталинобада. Окончила Центральную женскую школу снайперской подготовки в городе Подольске. С августа 1943 года в действующей армии, сражалась на Калининском, 2-м Прибалтийском и 1-м Белорусском фронтах. 10 августа 1943 года открыла свой боевой счёт, в ноябре 1943 года получила контузию, в октябре 1944 года — лёгкое ранение.

К 20 января 1944 года снайпер 21-й Гвардейской Невельской стрелковой дивизии ефрейтор Н. А. Лобковская уничтожила 52 солдата и офицера противника. Приказом по войскам 3-й Ударной армии № 074 от 31 января 1944 года награждена орденом Красного Знамени.

Командир женской роты снайперов Гвардии старший лейтенант Нина Лобковская

К 5 июня 1944 года снайпер 153-го армейского запасного стрелкового полка Гвардии ефрейтор Н. А. Лобковская уничтожила 64 врага. Приказом по войскам 3-й Ударной армии № 137/н от 3 июня 1944 года награждена орденом Славы 3-й степени.

К концу командир отдельной роты девушек-снайперов (3-я Ударная армия) Гвардии лейтенант Н. А. Лобковская уничтожила лично 89 врагов. Её снайперская рота истребила 3112 солдат и офицеров противника. Приказом по войскам 3-й Ударной армии № 131/н от 5 июля 1945 года награждена орденом Отечественной войны 1-й степени.

После войны окончила исторический факультет МГУ и больше 20 лет работала лектором Центрального музея В. И. Ленина, вела большую пропагандистскую и военно-патриотическую работу, выступала перед школьниками, студентами, слушателями военных академий. В 1974 году Президиум Верховного Совета СССР присвоил Н. А. Лобковской почётное звание заслуженного работника культуры РСФСР.

Награждена орденами: Красного Знамени, Славы 3-й степени, Отечественной войны 1-й степени (дважды), Отечественной войны 2-й степени; медалями: «За отвагу», «За боевые заслуги», «За взятие Берлина» и другими.

*    *    *

Из воспоминаний снайпера Н. А. Лобковской

Снайперская школа.

До войны я жила с родителями в столице Таджикистана Сталинабаде, ныне Душанбе. Отец работал на строительстве Варзоб ГЭС, шёлковом и мясокомбинатах. Мать учительствовала в школе. Семья 8 человек: 5 детей (я была старшей) и больная бабушка. Когда пришли сведения о начале войны, я училась в 10-м классе. Это не стало для нас неожиданностью. Накануне войны явственно ощущалась обстановка напряжённости: в школе, например, все ученики проходили усиленную военную подготовку (учились ползать по-пластунски, обращаться с многими видами оружия), многие имели значки «Ворошиловский стрелок».

Очень скоро война отразилась на нашей жизни: вслед за эвакуированными в город стали поступать эшелоны с тяжелоранеными воинами. Все чаще и чаще стали провожать отцов и братьев на фронт мои подруги и знакомые. В январе 1942 года на фронт уехал и мой отец. Так война оказалась совсем рядом. В своих письмах с фронта отец писал о страшных зверствах, чинимых фашистами в захваченных городах и сёлах, что очень скучает о нас и бьёт врага из пулемёта, жаждет скорее разбить и выгнать врага из нашей Родины.

Горе очень скоро пришло в наш дом. Почта принесла «похоронку», в которой извещалось, что «Лобковский Алексей Григорьевич пал смертью храбрых в боях за город Воронеж». Чувство глубокой ненависти и мести к врагу, который принёс столько горя и слёз, переполняло моё сердце, всё твёрже крепло во мне желание попасть на фронт. Но сделать это было непросто — девушек не брали в армию. И чтобы это обойти, я после окончания школы поступила в медицинский институт, где наряду с изучением специальных дисциплин учили оказывать помощь раненному: как делать перевязки, накладывать шину, выносить раненного с поля боя. Я надеялась, что медицинские знания помогут мне попасть на фронт. Параллельно с этим со своими сверстниками поступила на курсы стрелков при райвоенкомате. Стреляла я прилично и закончила курсы с похвальной грамотой.

Командир женской роты снайперов Гвардии старший лейтенант Нина Лобковская

В октябре 1942 года ЦК комсомола обратился к молодёжи с призывом овладеть оружием и вместе с отцами и братьями встать на защиту Родины. Вскоре Главвсеобуч при Центральной мужской снайперской школе под Москвой на станции Вешняки создал женские курсы снайперской подготовки. На эти курсы в город Сталинабад пришло две заявки. Помню, в институте шли занятия. Вдруг меня вызвали в учебную часть и сообщили, что райвоенкомат предлагает поехать на эти курсы. Я с радостью согласилась. Вторую путевку получила моя подруга Оля Марьенкина. Женские курсы размещались в оранжерее усадьбы Шереметьева, сейчас там висит мемориальная доска. Приёмная комиссия с особой тщательностью отобрала 300 наиболее физически крепких и выносливых девушек. В их числе оказались я и Оля. Нас одели в солдатскую форму, коротко остригли и зачислили в 1-й взвод 3-й роты, командиром которой был старший лейтенант С. С. Писарев, побывавший на фронте.

Поначалу думали просто: позанимаемся месяц-другой, научимся метко стрелять и на фронт. Всё время от подъёма до отдыха было расписано по минутам. Занимались по 10-12 часов, из них 8-10 на местности. А зима 1942 года выдалась суровая, холода стояли лютые. Часами учились ползать по-пластунски, быстро и искусно окапываться и маскироваться, стрелять по движущимся мишеням. Вечерами чуть живые добирались до казармы, падали на нары чуть живые. И только на фронте поняли, что командиры старались закалить нас, создать тройной запас выносливости, чтобы в боевой обстановке хватало сил для выполнения задачи.

Несмотря на трудности и мороз, мы учились старательно, внимательно осваивая премудрости военного и снайперского дела. За отличные показатели многие из нас были награждены «Похвальными грамотами» ЦК комсомола, а Саша Шляхова и Клава Прядко — именными снайперскими винтовками. В мае 1943 года приказом НКО СССР женские курсы при мужской школе были преобразованы в Центральную женскую школу снайперской подготовки и переведены в город Подольск. В июне 100 девушек были направлены на Калининский и Северо-Западный фронты. Остальные остались младшими командирами-инструкторами обучать пополнения курсантов.

Калининский фронт.

Настал долгожданный день. Солнце освещало золотистыми лучами окна домов, когда мы с вещевыми мешками, снайперскими винтовками и скатанными шинелями шагали по улицам Москвы к Рижскому вокзалу и пели «Прощай, любимый город». На вокзал приехал начальник Главвсеобуча генерал-майор Николай Николаевич Пронин, которого за ласковую улыбку и отцовскую заботу называли «батей», и заведующий военным отделом ЦК комсомола Александр Николаевич Шелепин. Они вручили каждой пакет с бумагой и прекрасный нож, который на фронте очень пригодился и был предметом зависти разведчиков.

До места назначения нас сопровождали командир 3-й роты капитан С. С. Писарев и начальник политотдела майор Е. Н. Никифорова. Наша группа — 50 девушек-снайперов была направлена на Калининский фронт в 3-ю Ударную армию, которая только что провела успешные бои по освобождению города Великие Луки. Привезли нас в расположение 153-го запасного стрелкового полка армии. Командир полка — полковник Чикарьков и штабные офицеры встретили нас с нескрываемым любопытством и восхищением, видя нашу армейскую выправку. Нас спрашивали, нет ли кого из Киева, Ленинграда, Москвы… Называли множество больших и малых городов и очень радовались, когда находили своих землячек.

Командир женской роты снайперов Гвардии старший лейтенант Нина Лобковская

На следующий день были назначены пристрелка винтовок и показательные стрельбы. Узнав, что проверку мы прошли успешно, в полк приехал командующий армией генерал-лейтенант К. Н. Галицкий, начальник политотдела армии полковник Ф. Я. Лисицин, его помощник по комсомольской работе майор С. В. Игнатов. В торжественной обстановке командующий вручил снайперские книжки — как путёвки в боевую жизнь, пожелал нам солдатского счастья и бить врага так же метко, как поражали мишени. Сообщил также, что штаб армии решил не разбивать нашу роту по дивизиям, а сформировать армейскую роту снайперов, направлять её на те участки фронта, где будет наибольшая нужда в снайперах. Нам представили командира роты старшего лейтенанта Чечина, а затем избрали комсорга роты — Сашу Шляхову.

Вскоре выдали маскировочные костюмы зелёного цвета. Ранним июльским утром пришла три машины. Ещё до восхода солнца рота погрузилась и отправилась на передовую в расположение одной из лучших дивизий армии — 21-й Гвардейской, которая занимала линию обороны в районе Птахинской высоты в Псковской области. Высота господствовала над местностью на многие километры в глубь зоны противника, что создавало благоприятные условия для снайперской «охоты». В штабе дивизии роту разбили на три группы и в сопровождении проводников отправили по стрелковым батальонам. Жили в землянках по 8-10 человек при штабах батальонов. К каждой снайперской паре прикрепили опытного снайпера или бывалого солдата. Мне и Вере Артамоновой в наставники дали Черных — пожилого человека, побывавшего во многих боях. На груди его сверкали медаль «За отвагу» и Гвардейский знак. Он сразу расположил к себе тем, что назвал нас «дочками».

Черных учил нас, как оборудовать снайперскую ячейку в болотистой почве, как маскироваться, где лучше выбирать позицию для охоты, как распознавать вражеских стрелков, пулемётные точки.

Девушки были охвачены одним желанием — скорее открыть боевой счёт. Первой повезло Ане Носовой, вслед за ней — Любе Макаровой. В нашей группе первыми успеха достигли Нина Белоброва, Рая Благова и Лида Ветрова. А у меня и Веры долго ничего не получалось. И только на седьмой день упорного наблюдения удалось заметить вражеского солдата, вычерпывавшего воду из траншеи. Время от времени он прекращал работу, на несколько секунд высовывался из окопа и рассматривал нашу оборону. Было тихо. Стоял тёплый летний день, только стрекотали кузнечики в траве да чуть слышно доносилось из леса щебетание птиц. Вера и я сразу взяли его на прицел. Когда фашист высунулся из окопа по грудь, мы одновременно залпом выстрелили. Черных, наблюдавший в бинокль, радостно воскликнул: «Вот здорово, так их, гадов, и надо бить!»

Пробыв в 21-й Гвардейской дивизии около месяца, девушки-снайперы получили первое боевое крещение и опыт фронтовой жизни. За это время крепко сдружились с бойцами и командирами. Как правило, относились они к нам с большим уважением и доверием, называя нас «сестрёнками» или «дочками». Солдаты помогали выкапывать землянку, выбирать и оборудовать ячейку, охотно вызывались помочь обнаружить вражеского снайпера или пулемётчика и шли на смертельный риск, вызывая огонь врага на себя. Надёжно нас охраняли и прикрывали пулемётным огнём, когда мы находились в засаде на «нейтралке».

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...
Adblock detector