«Глаз коршуна» против нацистской гадюки

Среди нанайцев и ульчей 8% от общей численности народов отправились на фронт. Маленький народ орочи насчитывал к 1941 году около 600 человек. Конечно, никто не собирался призывать орочей...

Среди нанайцев и ульчей 8% от общей численности народов отправились на фронт. Маленький народ орочи насчитывал к 1941 году около 600 человек. Конечно, никто не собирался призывать орочей в действующую армию, но молодые парни и мужчины просились на фронт сами. Только из одного села Усть-Орочи Ванинского района ушли на фронт 30 орочей, 14 из которых не вернулись с поля боя. Из села Булава Ульчского района на фронт отправились 43 человека, не вернулось 16 человек. Село Кондон Солнечного района, населенное нанайцами, отправило на фронт 150 человек, 62 из которых погибли.

Из села Усть-Орочи отправился на фронт 19-летний ороч Кирилл Николаевич Батум. Охотника по профессии, Кирилла Батума зачислили снайпером, вскоре он получил сержантские лычки. Более 50 уничтоженных гитлеровцев было на счету совсем молодого парня из далекого орочского селения. 27 июня 1943 года снайпера сержанта Кирилла Батума представили к званию Героя Советского Союза, но вышестоящее командование решило ограничиться лишь орденом Красной Звезды. Сержант Кирилл Батум и его сослуживец сержант Потап Русских погибли 19 июля 1943 года, возвращаясь с задания по разведке в немецком тылу. Они вызвали огонь на себя.

В основном дети Севера и Дальнего Востока шли на фронт снайперами, 16,5% всех служивших на фронте представителей коренных народов Приамурья приходились на фронтовую разведку. Это и понятно. Все они с раннего детства проходили суровую школу таежных охотников под руководством отцов или других родственников – мужчин. Из села Усть-Нюкжа Тындинского района подали заявления об отправке на фронт в июне 1941 года 16 амурских эвенков. Многие из них толком и не разговаривали по-русски – в то время система образования в труднодоступных районах Сибири и Дальнего Востока еще не была хорошо отлажена, а в быту русский язык охотникам особо не требовался. Ведь и видели они лишь своих родных да оленей или дичь таежную.

Оленевод Егор Николаев из Усть-Нюкжи попал на фронт позже, в 1943 году. Практически сразу он оказался на самом сложном участке фронта – на Курской дуге. Парня, который не говорил по-русски, сначала поставили на подсобные работы – таскать раненых, дежурить по кухне. Но вскоре командиры поняли – Егор стреляет очень метко. Его перевели в снайперы. С винтовкой Николаев прошагал до Берлина. Когда все сослуживцы Егора писали на стенах Рейхстага свои имена, Николаев не мог этого сделать – он не умел писать. И тогда сослуживцы написали на бумажке его имя и фамилию, а Егор перерисовал буквы на стену Рейхстага. Вернувшись с фронта, Егор Николаев вновь стал оленеводом, заслужив за долгий и добросовестный труд орден Трудового Красного Знамени. Другой амурский эвенк, снайпер-разведчик Петр Стручков из Бомнака, уничтожил из своей винтовки 53 гитлеровца. Лишь в одном из боев 19 декабря 1942 года Стручков «положил» пятерых гитлеровцев. Как и Николаев, Стручков дошел до Берлина.

Самый известный эвенкийский снайпер – Семен Номоконов. Эвенк-хамниган по национальности, выходец из села Делюн (Сретенский район Забайкальского края), Семен Данилович отправился на фронт уже немолодым человеком. Он родился в 1900 году в семье охотников и достиг совершенства в охотничьем мастерстве еще в подростковом возрасте. Не зря его называли «Глаз коршуна». Семеном он стал лишь в 15 лет, после крещения. В 1919 году он женился, поселился в берестяном чуме на берегу реки Урульги, воспитывал детей, промышляя охотой.

С 1928 г. Семен Номоконов жил в селе Нижний Стан Шилкинского (Тунгокоченского) района, работал плотником, не бросая охоту. В 1941 году Семен Номоконов отправился на фронт. Как и многие другие соплеменники, Номоконов столкнулся с главной проблемой – незнанием языка. Его прикомандировали к госпиталю и определили на кухню – помогать повару, но вскоре и повар отказался от помощи эвенка, который не понимал по-русски и неправильно резал хлеб.

Вскоре госпиталь, где служил Номоконов, попал в окружение. Номоконов без труда нашел дорогу в расположение Красной Армии и был зачислен в новое подразделение. Ему довелось участвовать в бою против немецких танков, затем, после контратаки, Номоконова вновь перевели на вспомогательную должность – в похоронную команду, а формально – сапером 529-го стрелкового полка. В конце сентября 1941 г. он застрелил восемь немцев на Валдайских высотах. Только тут командование заметило, что Номоконов – прекрасный снайпер. Он был зачислен в снайперский взвод под командованием лейтенанта Репина, и уже в декабре 1941 года газета Северо-Западного фронта «За Родину» сообщала, что снайпером Номоконовым были уничтожены 76 гитлеровских солдат и офицеров.

Количество пораженных гитлеровцев старшина Семен Номоконов подсчитывал, выжигая на своей курительной трубке точки, обозначавшие солдат, и крестики, обозначавшие офицеров. «Дайн-тулугуй» — беспощадную войну – объявил эвенкийский охотник Семен Номоконов гитлеровским оккупантам. Валдайские высоты и Карельский перешеек, Украина и Литва, Восточная Пруссия, а после победы над Германией – Маньчжурия – вот фронтовые дороги Семена Даниловича Номоконова. По официальным данным, старшиной Номоконовым было уничтожено 368 солдат и офицеров противника. Гитлеровцы называли легендарного снайпера «Таежным шаманом».

Восемь раз был ранен старшина Номоконов, но выжил, пройдя фронтами Великой Отечественной и Советско-японской войн. В августе 1945 г. на Забайкальском фронте Номоконов уничтожил 8 солдат и офицеров японской Квантунской армии, получив в награду от командования именную снайперскую винтовку, бинокль и лошадь. Вернувшись с фронта, Семен Номоконов продолжал работать в совхозе, затем переехал в село Зугалай Могойтуйского района Агинского Бурятского автономного округа, где трудился в колхозе имени В. И. Ленина. Семен Данилович Номоконов умер 15 июля 1973 года.

Однако, снайперов-сибиряков и дальневосточников не очень жаловало в плане наград советское командование. Максим Пассар получил посмертную Золотую Звезду Героя уже в Российской Федерации, в 2010 году. Семен Номоконов Героем Советского Союза так и не стал, а в 2010 году, когда земляки пытались инициировать присвоение легендарному снайперу звания Героя Российской Федерации, эта идея опять была отклонена военным ведомством.

Не стал Героем Советского Союза, хотя и дважды представлялся к этому высокому званию, Иван Николаевич Кульбертинов (1917-1993). Уроженец села Тяня Олёкминского улуса Якутской области, Иван Кульбертинов родился в семье охотника-оленевода и до армии работал в колхозе, совмещая оленеводство и охоту. В армию Ивана призвали 12 июня 1942 года, а 27 февраля 1943 года под Старой Руссой он перевернул первую страницу своей биографии фронтового снайпера.

Кульбертинов служил снайпером 23-й отдельной лыжной бригады 7-го гвардейского воздушно-десантного стрелкового полка 2-й гвардейской воздушно-десантной Проскуровской дивизии. Он сражался под Москвой, освобождал Курск и Орел, Киев и Винницу, Польшу, Чехословакию, Германию. На счету Ивана Николаевича Кульбертинова – 487 гитлеровских солдат и офицеров. Демобилизовавшись в 1946 г., Кульбертинов работал озотником-заготовителем в Тяньском отделении совхоза «Дмитровский», затем трудился оленеводом, промысловиком. Умер Иван Николаевич в 1993 году в возрасте 76 лет.

Казалось бы, людям с Дальнего Востока гитлеровская Германия никоим образом не угрожала – линия фронта проходила на другом конце Советского Союза. Но они, охотники тайги, оленеводы тундры, рыбаки тихоокеанского побережья шли на фронт, часто — добровольцами. Ведь защитить свою страну от агрессора они считали своим долгом. За подвиги, совершенные на фронтах Великой Отечественной войны, более 2 тысяч представителей народов Сибири и Дальнего Востока были награждены орденами и медалями.

автор: Илья Полонский

источник: topwar.ru

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓
Понравилось? Поделись с друзьями:
Загрузка...